Тьма. Том 9 (СИ) - Сухов Лео - Страница 47

Болтая по дороге, девушки влились в поток молодёжи, вытекающей из колыбели знаний. София и Анна обсуждали погоду, преподавателей, однокурсников… И старательно избегали серьёзных вопросов, хотя заметно было, что Попову что-то сильно гложет.

Анне, в свою очередь, было интересно узнать о Софином брате. Правда, догадываясь, что подруга всё же сильно беспокоится, она держала этот интерес в узде. В конце концов, большая часть новостей о втором владельце производства, помимо её отца, была доступна в сети. И вряд ли София сейчас, без связи, знала больше, чем осведомители «Ишимского вестника».

— Во! Во! Во! Какая встреча! — вдруг дорогу перегородил Михаил, один из однокурсников, по слухам, влюблённый в Седову.

Что, впрочем, не мешало ему подкатывать к другим однокашницам. Возможно, он следовал мудрому принципу не складывать яйца в одну корзину. А возможно, просто надеялся отточить скромные пока ещё навыки обаяния.

В любом случае, что Софию, что Анну он частенько раздражал.

— Миш, свали, будь добр! — беззлобно попросила Седова. — Не мешай девчонкам отдыхать.

— Отдыхать? Без меня? Разве можно двум девушкам отдыхать в гордом одиночестве? Нет-нет, я готов как настоящий мужчина вас сопроводить…

— Ой, всё, Миш! — София легонько оттеснила парня с дороги, потянув за собой Анну. — Ищи себе других спутниц, общительный ты наш.

— Софочка! Ты зря отказываешься! — закричал Миша вслед ускользающим, как песок из пальцев, красавицам.

И даже готов был кинуться следом…

Но девчонки слишком быстро затерялись в толпе. Пожав плечами, Михаил решил не расстраиваться и начал высматривать новую спутницу. Да, его нельзя было назвать успешным у женщин. Чаще всего он получал сплошные отказы. Однако иногда и ему везло… Правда, если бы кто-нибудь признался, что общается с ним из жалости, а не в силу его обаяния, Миша бы, наверно, удивился.

— Липучка! — Анна, оглянувшись, убедилась, что их не преследуют. — Как же он меня в последнее время достал…

— Да просто шли его куда подальше… — посоветовала София. — Он вообще-то безобидный.

— Тебе легко говорить! Ты на такси уезжаешь, приезжаешь… А многим приходится ещё и в подземке его терпеть! — сообщила Анна. — Он ведь приставучий, жуть просто…

— А кто мешает его в подземке послать? — искренне удивилась София, которая с детства росла рядом с братом, а не была единственным ребёнком в семье.

— Ну… Да никто… — смутилась Анна, которой и вправду такая мысль не приходила в голову, но тут же нашла оправдание: — Он ведь просто едет с тобой, ну и пытается общаться. И вроде как нет поводов бежать от него с криками: «Помогите! Насильник!». Вот и терпят девчонки его навязчивые ухаживания…

— Как нет? — удивилась София. — Он когда улыбается, глядя мне на грудь, всамделишный же насильник! Чуть слюнку не роняет изо рта. И чем не повод?

— Когда улыбается, глядя на грудь или юбку, то да… — передёрнула плечами Аня. — Но ты же знаешь, какие у нас в Ишиме люди решительные. Вдруг кто поверит, морду ему начистит… Жалко… Сама же сказала, он безобидный.

— Так он, может, после начищенной морды к девчонкам липнуть перестанет? — предположила София. — И жизнь его заиграет новыми правильными красками. Ну там, книжки начнёт читать, зарядку делать, станет наконец-то интересным мужчиной…

— Держи карман шире! — Аня засмеялась, представив на секунду Мишу интересным мужчиной. — Скорее, ещё приставучее станет… Ну и на жалость давить постоянно будет… Знаю я таких…

Вот так, за разговорами, девушки добрались до «Пан или пропал». И даже сумели занять один из уютных столиков на летней беседке. А дождавшись, когда вынесут прохладные напитки, наконец, приступили к серьёзному разговору.

— Ну давай, жалуйся уже, Ань!.. — потребовала София. — Снова, что ли, владельцы торговых рядов чудят?

— Не-е! С ними как решили в последний раз, больше вопросов не было… — вздохнула Анна. — У меня другая беда. Отец хочет на всё лето к дальней родне меня отправить. Представляешь?

— А ты не хочешь? — подняв бровь, удивилась София, которая всегда радовалась любой поездке за пределы города.

Особенно в последнее время. Её обожаемый брат буквально за пару месяцев нашёл столько приключений на пятую точку, что Софии было строго рекомендовано не то что в Ишиме сидеть — а за границы прямой «дом-пандидактион» не вылезать.

И это было обидно. Но волнение за брата каждый раз пересиливало раздражение от затворничества.

— Да я этих родственников ни разу в жизни не видела! — призналась Анна, подцепив ягодку с края бокала. — К тому же, у меня здесь заказчики, работа… Я хотела и летом подзаработать. А там мне что делать? Это посёлок где-то аж под Болгаром!

— У-у-у… — оценила София: пожалуй, в посёлке под Болгаром приключений и вправду не будет, разве что учиться коров доить. — И чего на твоего папу нашло?

— А у него там что-то по лаку нашему не срослось… Твой брат же разрешил договариваться о поставке в другие княжества. Ну вот папа и нашёл покупателей где-то на западе. А потом ему какой-то мужик позвонил, стал угрожать… Папа его, конечно, послал, но всё же испугался. И теперь хочет меня услать на лето подальше. Говорит, что угрожали мне навредить.

— Вообще-то могу его понять… — с мудростью, взращённой за последние месяцы, заметила София. — Мы с тобой в одной лодке, подруга. Мне брат, между прочим, вообще запретил на подземке и автобусах ездить. А это, кстати, намного дешевле…

— На твоего брата уже сколько раз нападали… У него всегда всё серьёзно, ну и да, он же настоящий герой, известный на всю Русь… Тамгу защитил, у царя во дворце гостил, на приёме с князем и цесаревной всех спас… В общем, если у тебя брат такой знаменитый, то и вправду лучше поостеречься. А у меня-то всё просто, и никто особо про связь лаков с твоим Фёдором не знает. Ну вот и зачем мне лето портить из-за пустых страхов? — мрачно спросила Анна.

— Тоже верно… А если договориться с твоим отцом об охране? И уезжать, может, в таком случае не придётся… — задумалась София.

— Ага… Охрану я и сама себе могу нанять. Вот только спущу на это всё заработанное!.. — опечаленно поджала губы Анна. — Ну и какой смысл работать, как проклятой? Тогда уж лучше под Болгар поехать…

— Да, неприятное положение! — оценила София.

Жаль, помочь она действительно ничем не могла. Разве что предоставить свободные уши и, попивая сливовое вино, поддакивать в нужных местах.

Это был грустный вечер. На сей раз Михаила кинули даже его приятели. Отправились гулять куда-то на окраину, а с собой не взяли.

— Нету лишних мест… Скажут тоже! — вздохнул он, бредя вдоль широкой улицы у пандидактиона. — Могли бы и раньше предложить съездить…

Ему не приходило в голову, что его банально не хотели видеть в этой поездке. Кого-нибудь другого поведение приятелей заставило бы усомниться в «приятельстве»… Но Михаил был не таков. Он и без того приятелями никого, положа руку на сердце, не считал.

Михаил давно понял: дружба, любовь, приятельство и товарищество — это просто четыре слова, которые люди используют, чтобы получить от другого человека что-то бесплатно. И когда он осознал эту простую истину, друзей и приятелей в его жизни стало так много, что при большом желании можно было бесплатно жить, бесплатно есть и бесплатно развлекаться.

Если, конечно, напрягать друзей и приятелей не чаще раза в два-три месяца. Тогда они далеко не сразу понимают, что им немножко сели на шею. Главное было соблюдать равновесие, ну и не забывать, у кого, что и когда просил.

Михаил нечасто позволял себе прибегать к подобной экономии. Однако всё же иногда случалось. Так что, когда его не пригласили в поездку, поставил себе в памяти зарубку. Оставить вот именно этих приятелей в покое на полгодика, чтобы, видимо, успели остыть.

И всё же увы! Он рассчитывал на вечер пятницы в их обществе. Вот и не успел больше ни с кем договориться. Несколько знакомых, к которым он попытался сунуться, встретили его не слишком приветливо. А никто из красивых девушек не захотел скрасить одиночество его присутствием.