Симбионт (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович - Страница 76

Сам Татищев застыл возле окна и что-то рассматривал на улице. Я заинтересовался и покосился туда же, пока граф не соизволил повернуться в мою сторону. Оказывается, напротив особняка, метрах в ста, находилось ещё какое-то одноэтажное строение. Причём, оно было сложено из камня и покрыто односкатной крышей. Подобные домики, кажется, строят в Альпах или в горных районах Кавказа. Нет, там всё попроще. А это шале, скорее всего. Во, вспомнил!

Граф развернулся резко и уставился на меня, как удав. Взгляд его был очень неприятным, по позвоночнику покатились ледяные капли пота.

— Оставьте нас одних, — безэмоциональным голосом обратился к охране Татищев, и те мгновенно испарились.

В кабинете зависла жуткая тишина. Я не знал, как вести себя с человеком, желающим получить мою голову в отдельности от тела, поэтому засунул руки в карманы брюк, чтобы унять дрожь пальцев.

— Здравствуй, Михаил, — голос графа слегка потеплел, или мне так показалось? — А ты храбрый юноша, раз решил в одиночку приехать сюда.

— Здрасьте, Василий Петрович, — кашлянул я, прочищая горло. — Сами же сказали, чтобы я не смел обращаться в полицию или звать с собой бойцов.

— Насчёт полиции я ничего не говорил, — усмехнулся Татищев и медленно пересёк кабинет от окна к креслу. — Присаживайся, поговорим. Коньяк, чай, соки?

— Спасибо, сначала к делу, — я устроился в соседнем кресле, словно лом проглотив.

— Ну что ж, к делу, так к делу, — хозяин особняка пожал плечами и сцепил пальцы рук на животе. — Скажу откровенно: ты меня разозлил, Михаил. Из-за твоих внезапно открывшихся способностей я потерял нескольких человек. Нет, чтобы сразу согласиться приехать ко мне и решить проблему, ты начал направо и налево резать людей, как волк в овчарне.

— О каких способностях вы говорите, Василий Петрович? — решил я поиграть в дурачка и сразу осёкся. Граф смотрел на меня с укоризной.

— Давай без этих экивоков, парень. Мне от тебя нужна сущность, симбионт, слившийся с твоей матрицей во время рекуперации. Да, я знаю, что ты погиб во время аварии, и нет твоей вины, что некоторые идиоты не умеют правильно провести ритуал. Я искренне прошу прощения за причинённые увечья и боль, и готов возместить моральные страдания хорошим подарком, помимо того, что ты получишь свою девушку живой и невредимой.

— Взамен чего?

— Ритуал извлечения, — граф поиграл пальцами, на которых были нанизаны очень дорогие перстни с камнями. — Ты даёшь добровольное согласие, мы со всей тщательностью проводим необходимые манипуляции, и уже вечером ты возвращаешься домой и живёшь своей жизнью. Никто тебя более не потревожит.

— А как же убитые? Вира там, кровь за кровь?

Татищев отмахнулся.

— Ты же не моих родных убивал, а отпетую мразь, служившую мне. Ну… кроме одного человека, Бикмета. Того, кто в гостиницу к тебе приходил. По-хорошему, я должен при всех своих слугах наказать тебя ради справедливости.

— И что вам мешает зарезать меня во время ритуала? — ехидно спросил я. — Чик по горлу ножичком, а кровь моя станет пищей для Алтаря.

Граф холодно взглянул на меня, как на человека, споровшего несусветную глупость, но всё-таки ответил:

— Мне твоя кровь не нужна, если получу то, что находится в твоей голове. Какой смысл наказывать смертью юношу, добровольно согласившегося отдать то, что ему не принадлежит? Это разумное и правильное решение, и я буду рад, если у нас всё получится.

Я глубоко задумался. У меня не было ни единого шанса вырваться из лап Татищева. Допустим, врублю сейчас боевой режим, но не факт, что Субботин сможет одолеть одарённого аристо. Следовало действовать тоньше и хитрее. Но как именно, не представлял.

«Соглашайся, тёзка», — послышался едва слышный шёпот майора. — «Это единственный шанс вырвать Лизу из лап графа и самому уйти живым-здоровым».

«Издеваешься?» — я едва не подпрыгнул от неожиданности. — «Да меня же распластают на Алтаре! Не верю я словам Татищева! Сначала выдернет твою матрицу, а потом меня кончит! Неужели тебе хочется служить этому старому пню?»

«С чего ты взял, что я буду ему служить?» — хмыкнул Субботин. — «Да и не получится у него ничего».

«Как ты можешь быть таким уверенным?»

«Мишка, когда тебя оживляли, через меня проходили такие потоки Силы, что я мог развалить ваш подвал на мелкие кусочки. Скажи графу, что согласен. А всё остальное сделаю я».

«Страшно», — поёжился я. — «Нет уверенности».

«Как хочешь. Тогда попробуй отказать графу, и увидишь, что его первое предложение было куда лучше, чем последующее», — мне показалось, майора забавляла моя неуверенность. — «Не ссы, пацан, я не дам тебя погубить. Мы победим или отправимся вместе изучать астральные дали».

«Шутки у тебя, майор, дурацкие», — криво усмехаюсь я и замечаю, что Татищев пристально смотрит на меня, ожидая ответа.

— Я даю слово дворянина, что с вами ничего не случится ни сейчас, ни после того, как вы покинете мой дом в полном здравии, — твёрдо заявил граф. — Ни я, ни мои люди никаким образом, никогда больше не будут умышленно или неумышленно причинять вам вред. Такое же слово даю в отношении твоей девушки. Этого достаточно?

— Девушку вы отпускаете сейчас же, — неожиданно ответил я. — И как только я удостоверюсь, что она находится дома, в безопасности, и рядом нет ваших головорезов — то дам согласие на ритуал. В ином случае нам говорить не о чём.

— Смело, юноша, смело, — улыбнулся Татищев, превратившись на мгновение в доброго дядюшку. — Когда-то я был таким же горячим, принимая необдуманные решения, будучи уверенным, что совершаю правильные поступки… сообразно десяти божественным заповедям. Но это проходит с годами… Хорошо, Михаил, я уступлю вашему требованию, несколько поспешному.

— Почему? — я напрягся.

— Ну, хотя бы потому, что мои люди отвезут девушку домой, но будут находиться рядом, заставив её лгать тебе. А заодно подвергать риску семью твоей подружки.

Я рассмеялся и покачал головой.

— Нет, Ваша светлость, такого не произойдёт. Лиза уедет отсюда на моей машине, одна и без сопровождения. Только так.

— Умеешь торговаться, — с уважением ответил Татищев. — Сразу видно купеческую породу. Я вовсе не оскорбляю тебя, Михаил, а констатирую факт.

— Пустое, нет сейчас смысла обижаться. Давайте закончим побыстрее.

— Увы, так быстро не получится, — граф развёл руками. — Подготовка к ритуалу займёт два-три часа. Нужно подождать. Могу угостить чаем, провести экскурсию по усадьбе. Здесь много интересного.

— Первым делом выполните своё обязательство, — настоял я.

Ничего не говоря, Татищев поднялся с кресла и направился к двери. Открыв её, что-то сказал вполголоса тому, кто стоял снаружи. Потом вернулся, но уже за стол, и не говоря ни слова, стал быстро писать дорогой ручкой с золотым пером. Через пару минут в кабинет ввалился сухощавый и гибкий, как фехтовальный клинок, мужчина лет тридцати пяти, скуластый и остроносый степняк.

— Казим, — граф поднял руку, подзывая его к себе. — С девушкой всё нормально?

— Да, хозяин. Накормили, теперь спит, — степняк ухмыльнулся. — Крепкие нервы у девчонки.

— Никто не обижал?

— Нет.

— Тогда слушай внимательно. Сейчас пойдёшь и выпустишь её. У дома стоит машина вот этого молодого человека. Она сядет в неё и уедет домой.

— Одна? — уточнил Казим, цепко поглядев на меня.

— Одна, — с нажимом повторил Татищев. — У нас уговор с молодым человеком. И сразу же найди Горыню, пусть зайдёт ко мне.

— Слушаюсь, будет исполнено, — Казим резво вышел из кабинета.

— Мне нужно отдать Лизе ключ от машины, — я вытащил из кармана брелок и продемонстрировал его графу.

— Ну что ж, давай, прогуляемся, — не стал со мной спорить хозяин имения. — Надо же как-то время убить.

Глава 4

Не будите во мне зверя!

Как только Лиза увидела меня, стоящего вместе с графом возле крыльца, бросилась на шею и зашмыгала носом, мужественно сдерживаясь, чтобы не заплакать. Молодец, крепкая девочка.