Симбионт (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович - Страница 46

— Очнись, донжуан, — хлопок по плечу вывел Яковлева из транса. — Не засматривайся так на мою сестру. У неё жених есть, между прочим.

— Не преувеличивай, — Алла подошла к молодым людям. — Нет никакого жениха, а всего лишь намерения родителей. А у тебя, Андрон, девушка есть?

— Я свободен как ветер в поле, — он с трудом проглотил комок, перекрывший дыхание. — Вы великолепны, Алла Германовна.

— Ой, только не это, — сморщила аккуратный носик Ростоцкая. — Просто Алла. Я же помню, как вы оба меня дразнили в детстве: «Алка — палка». А что теперь скажешь?

Она ловко покрутилась на месте, держа руки на бедрах. Да, на сухощавую и длинноногую мосластую девчонку с раскрасневшимися от беготни щеками Алла сейчас походила мало.

Андрон отчаянно покраснел, а Вадим расхохотался.

— Уела, сестра! А где родители, Лёва?

— Мама гостит у тётки Марфы, а отец с Лёвой на завод уехали. Там какое-то расширенное совещание намечалось.

— У него каждый день совещания, — проворчал Вадим.

— А ты как думал? Хочешь сделать хорошо — сделай сам, — девушка обвела рукой гостиную. — Иначе бы этого ничего не было. Держи вожжи в руках, а то слетишь с седла, ковбой, — сказала она очередной афоризм. Ты насчёт обеда распорядился? Ребята голодные, небось.

— Да, не переживай, — отмахнулся брат и показал знаком, чтобы гость присаживался на удобное ему место. В это время вошли Кирьян и Марк, смущённо затоптались на месте, но Алла с гостеприимной улыбкой пригласила их присоединиться к компании.

— Рассказывай, почему вы такие бледные? — Вадиму не терпелось услышать нечто интересное. — Неужели появились проблемы с экзаменами? Надо помочь?

— С экзаменами нормально, — поморщился Андрон. — Ты про Дружинина Мишку что-нибудь слышал?

— Ну… как-то пересекались в Оренбурге, — пожал плечами Ростоцкий. — Года два назад. В закрытых конференциях частенько общаемся… да там многие пасутся.

— Есть что сказать о нём? — настойчиво спрашивал Яковлев. — Он меня оскорбил, а моих свитских в драке за три секунды из строя вывел.

— Мишка? — снова развеселился Вадим. — Да он слабак во всём! Ни на клинках толком не может узор создать, не говоря уже о поединках, ни в рукопашной завалить противника с одного удара. А ты говоришь — три секунды.

— Так и было, — подтвердил Кирьян. — Резкий стал, значит.

— Не знаю, не знаю, — переглянулся Вадим с сестрой. Та лишь пожала плечами, не вмешиваясь в разговор. — Может, рекуперацию прошёл, вот и улучшил свои показатели? Он же в аварию попал, слухи ползли, что погиб.

— Да ну⁈ — не поверил Яковлев. — После рекуперации встают на ноги через двенадцать часов максимум, не отличишь оригинал от копии. А Дружинин долго не появлялся в инфополе. Я специально историю общений прокрутил назад. Неделю его не было. А потом появился, объяснил своё отсутствие тем, что переломы лечил.

— После переломов, и за три секунды уделал твоих приятелей? — покачал головой Вадим. — Не поверю. Только модификация генов даёт возможность улучшить физику и химию организма. А это рекуперация. Без вариантов.

— Давайте проверим, — Алла обвела взглядом парней. — Братик, у тебя же есть дружки из нехорошей компании, киргизская мафия, и ещё какие-то хмыри. Подговори, пусть инсценируют ситуацию, в которой можно выявить особенные маркеры модификации.

— На Дружинина натравить гопоту? — удивился Вадим. — Да Александр Егорович потом весь Уральск на уши поднимет.

— Уральск — наш город, — жёстко произнесла девушка, чего совсем не ожидал Андрон. — Никто здесь свои порядки не установит.

— Ха-ха! Кто тебе такое сказал, сестрица? Ростоцкие не будут ссориться с Дружиниными, — ответил брат. — Они проведут зачистку совместно, и вся правда всплывёт.

— Ну так скажи исполнителям, чтобы они сразу из города уехали на пару месяцев, — мудро решила Алла. — Пока шум не уляжется. Да и чего вы боитесь, если так уверенно заявляете о модификации Михаила? Значит, он с ними справится за минуту. Надо только наблюдателя послать. С камерой. Потом посмотрим, аналитики проанализируют. И мы заодно двух зайцев прихлопнем. Проверим Дружинина и гопников на принудительное лечение переломов отправим.

— Целую шпионскую операцию решила провернуть! — восхищённо произнёс Вадим, разглядывая сестру, словно впервые увидев её в новом качестве. — Может, тебя и в самом деле замуж отдать? А то наворотишь дел, отцу не понравится.

— Хотите побыстрее от меня избавиться? — промурлыкала девушка, прищурив блеснувшие злостью глаза. — Не получится, я ещё вам лет пять кровь буду пить, пока сама не сочту нужным уехать отсюда.

— А если Дружинин их убьёт? — с тревогой спросил Андрон, чувствуя, как ситуация ускользает из-под контроля. Ростоцкие и так слывут странными, как бы на него стрелки не перевели.

— Тогда у тебя не будет конкурентов, когда его посадят! — Вадим подмигнул ему. — Вы же явно из-за девушек поцапались. Наверное, и на дуэль вызвал?

— Вызвал, — внутренне поморщившись как от зубной боли, признал Яковлев. — Иначе пальцем тыкать будут.

— С клинками у Мишки туговато идёт, плюс к этому непонятное физическое состояние после аварии, — заметил Ростоцкий. — Не стоит тянуть с дуэлью. Лучше сразу, как только вернётесь на учёбу. А насчёт проверки его возможностей Алла правильно предложила.

— Не боишься, что отец узнает о наших художествах? — спросила девушка, что очень понравилось Андрону. Она не стала разграничивать «твоё» и «моё», сразу показывая готовность к наказанию, если дело получит огласку.

— Месяц ареста, — подумав, ответил Вадим. — Не страшно. Дистанционно буду учиться.

Вадим год назад поступил на агропромышленный факультет университета «Уральский» по требованию отца, которому нужны были специалисты для развития сети, включающей в себя неимоверное большое количество направлений. После окончания учёбы Вадим ещё несколько лет поработает младшим сотрудником на одном из предприятий, а потом возглавит какой-нибудь блок, вроде пищевого.

— Ну что, Андрон, согласен? — глаза Ростоцкого в ожидании загорелись опасным огоньком. — Надо же проверить Мишку насчёт рекуперации, самому даже интересно стало.

— И когда? — сдался Яковлев после недолгих нравственных колебаний.

— Да хоть завтра.

— Завтра экзамены. Я же не такой сволочной, чтобы конкурента выбивать на старте, — решил поиграть в благородство Андрон, как будто это решение давало ему индульгенцию. — Денька через три.

— А что это изменит? — усмехнулась Алла. — Если Михаила поломают, ему уже будет без разницы, когда какой экзамен сдавать.

Яковлев лишь плечами пожал на справедливое замечание девушки, не собираясь считаться с возможными проблемами человека, разозлившего его.

— Где он устроился? — в голосе Ростоцкого прорезались деловые нотки.

— В «Золотой подкове».

Алла хмыкнула. Непонятно только, по какому поводу. Андрону показалось, что девушке известно гораздо больше об этом заведении, просто говорить не хочет. Тем не менее уверенно добавил:

— А что? Я считаю, гостиница довольна приятная для проживания. Некоторые номера и вовсе бронируются задолго до приезда. Про апартаменты даже заикаться не стоило. Сутки стоили бешеных денег.

Алла на эту реплику не успела ответить.

— Господа, обед готов, — в гостиную вошла та самая горничная в аккуратной униформе: строгое однотонное коричневое платье с кружевным передником.

— Ну что, студенты, пошли, откушаем, что нам Авдотья на сей раз приготовила, — на правах хозяина заявил Вадим и хлопнул ладонями по коленям. — А за столом и обсудим детали.

Zeig dein Gesicht, Herr major!

— Неужели ты не помнишь свои последние мгновения в той жизни, людей, проводивших ритуал, и как вообще вышло, что попал в моё сознание? — наконец-то я собрался с мыслями, чтобы обсудить некоторые вопросы со своим симбионтом, тёзкой Михаилом Субботиным, офицером русской армии, погибшим в далёкой Сирии. Тем более, ситуация позволяла. Уже была глубокая ночь, из гостиной доносился жуткий храп Глеба, не мешавший мне разговаривать вполголоса. Ведь мысленное общение периодически утомляло и раздражало, не давало облечь фразы в нужную интонационную форму.