Преодоление (СИ) - Гор Александр - Страница 3

— Я понял, Борис Михайлович. А теперь ваша очередь. Как в целом развиваются контрудары наших войск?

— Тяжело развиваются, — вздохнул начальник Генерального Штаба. — Медленно, с серьёзными потерями как в людях, так и в боевой технике.

— Но почему? У нас ведь и техника лучше, чем у поляков, и уставы новые мы вам дали, и людей готовили на совесть.

— Учить-то учили. И уставы прекрасные, и оружие отличное. Вот только мозги кое-у-кого до сих пор так и не перевернулись в нужную сторону. Откровенных бездарей, конечно, в ходе оборонительной операции поляки выбили, а уцелевшие командиры из первого эшелона наших войск научились обороняться. Ну, и те из второго эшелона, которые по ротации на фронте побывали. А вот наступать они только-только начали учиться. Тяжело учатся, с большой кровью.

Как же это знакомо! У нас ведь тоже сорок второй год оказался самым тяжёлым не только из-за того, что немцы ещё были очень и очень сильны. Офицеры Красной Армии «доучивались» обороняться и буквально с нуля учились наступать, поскольку опыт контрударов 1941 года был очень плачевным: по несколько армий за раз теряли, забравшись в очередной «котёл». Да и в сорок втором такое случалось: вон, одна «Харьковская мясорубка», приведшая к прорыву фашистов под Воронеж и Сталинград, чего стоит!

Фрагмент 2

3

Йозеф Бек, 15 сентября 1941 года

Сегодня ночью над Варшавой снова выли сирены воздушной тревоги, а по тёмному ночному небу метались лучи прожекторов, пытаясь нащупать русские ночные бомбардировщики, с налётами которых нам никак не удаётся покончить. Даже несмотря на поставки из Великобритании радиолокационных станций, призванных засекать в небе большевистских стервятников, терроризирующих красавицу-Варшаву.

Сдвиги к лучшему, конечно имеются. Эти мерзавцы, именуемые у нашего врага «сталинскими соколами», приноровились прорываться к Варшаве, заходя со стороны Балтики на огромной высоте, недостижимой большинству истребителей. Но это же их и выдаёт, поскольку локаторы засекают их на максимальной дальности, и варшавяне успевают спуститься в бомбоубежища. Бомбометание с высоты семь-восемь километров даёт огромное рассеяние, но наша столица так разрослась за время экономического бума, что русские «подарки» всё равно находят какие-нибудь цели. Если не падают в Вислу.

Это вызывает законную ненависть поляков, дома которых рушатся от русских бомб. Настолько яростную, что нашей военной жандармерии с трудом удаётся получить живыми членов экипажей сбитых русских самолётов: их просто забивают до смерти или убивают другими доступными им средствами мирные граждане. Особенно — если во время бомбардировки были применены экспериментальные сверхмощные бомбы, превращающие в щебень сразу целый квартал.

На такой высоте русских можно достать очень немногими зенитными орудиями, среди которых британские QF 3.7' AA калибром 94 миллиметра, 75-мм французские М-24, чешские PL vz. 37 такого же калибра и… немецкие пушки «образца 1918 года» калибром 88 мм. Да, после победы над Германией выяснилось, что эти негодяи в нарушение условий Версальского мира в конце 1920-х втайне занимались разработкой зенитной артиллерии средних калибров, проводя все работы в Швеции совместно с компанией «Бофорс». И даже весьма преуспели в этом деле, разработав отличную пушку, производство которой, к счастью, так и не успели запустить крупной серией. Теперь в серию их запускаем мы, поскольку нас очень сильно припекло с этими проклятыми русскими авианалётами. Покупать французские и английские орудия очень дорого. Даже несмотря на то, что это делается на средства военных кредитов, предоставленныз нашими главными союзниками. Вот и приходится срочно налаживать собственное производство на чехословацких и германских заводах.

Усиление ПВО Варшавы радиолокаторами и зенитной артиллерией (нам приходится направлять на формирование окружающих столицу зенитных батарей до трети получаемых от союзников и производимых собственными силами орудий средних калибров) привело к определённым успехам. Если в первый месяц войны безнаказанными уходили девять из десяти вражеских самолётов, то теперь большевики теряют их от четверти до трети по пути к Варшаве и при отходе от неё. Конечно, некоторую лепту вносят и ночные истребители, но без бортовых радиолокаторов, помогающих экипажам найти в тёмном небе эти чёртовы ДБ-3Ф и ТБ-7, их победы носят случайный характер. Но англичане пока лишь только экспериментируют с установкой данных сложнейших приборов на тяжёлые истребители, поэтому нам ещё долго придётся обходиться только прожекторами, чтобы обнаружить вражеские бомбардировщики.

Ответные авианалёты на Москву? Увы, но этого мы позволить себе не можем. Прекрасно проявившие себя в Последней войне с Германией бомбардировщики «Лось» оказались слишком маловысотными для того, чтобы на безопасной высоте прорваться к Москве. К тому же, московскую систему ПВО большевики, похоже, начали создавать давно, и ничего, кроме потерь, наши попытки разбомбить Кремль вместе со Сталиным и всем его Политбюро не дали. Чуть лучше ситуация с производимыми в Чехословакии Avia B-71, являющимися копией русского СБ-2, но, повторяю, московская система ПВО оказалась намного сильнее варшавской.

Для этой цели нам очень помогли бы французские «Блош МБ.174», но их выпуск французами только-только налаживается, и Париж пока не может продать нам даже хотя бы одну эскадрилью. Возможно, ситуация станет лучше, когда они направят нам в помощь свои лучшие средние бомбардировщики Liore et Olivier LeO 451, но это дело небыстрое, поскольку их ВВС тоже понесли потери в Тунисе и Италии, а переброска даже одного бомбардировочного полка на другой конец Европы — дело донельзя хлопотное.

Англичане сконцентрировались на авианалётах на Санкт-Петербург, действуя, преимущественно, с территории Финляндии и захваченных Моонзундских островов. Но тоже без особых успехов. Сталин нашёл для командования противовоздушной обороны «второй столицы» опытного генерал, уже возглавлявшего ПВО Мадрида во время Испанской гражданской войны, Смушкевича, и потери наших главных союзников при попытках авианалётов очень высоки. Настолько, что британские авиазаводы переводятся «на военные рельсы». К сожалению, только сейчас, а не заранее, но упрекать в этом англичан нельзя, чтобы вообще не лишиться их военной помощи.

Большевики вообще приготовили нам массу сюрпризов (и не только в воздухе, но и на земле), от которых нормальный человек может схватиться за голову. Но мы, военные (напомню: помимо должности главы дипломатического ведомства страны, я ещё и полковник Войска Польского), не какие-то гипотетические «нормальные» люди. Мы просто обязаны решать встающие перед нами проблемы. По результатам Последней войны с Германией мы своевременно оценили почти полную непригодность в современных боевых действиях наших танкеток TKS и постарались избавиться от них, передав большинство этих «игрушек» Финляндии. К сожалению, даже наши 7ТП и чехословацкие ЛТ-35 и ЛТ-38 оказались слабо приспособленными для войны с русскими, оборона которых очень насыщена противотанковыми средствами от крупнокалиберных ПТР до пушек калибром 45, 57 и даже 76 миллиметров.

Именно поэтому мы поставили перед танкостроителями задачу срочно разработать новые образцы бронетехники и предоставить их проекты на утверждение высшему руководству Речи Посполитой. Включая те, что уже были разработаны ранее, но по тем или иным причинам не пошли в серию: мы не в той ситуации, чтобы перебирать харчами, нам нужно срочно что-то противопоставить большевикам.

Конечно, машина 14ТП, выпуск которой увеличивается компанией BS PZ Inż, намного лучше «семёрок» и их чехословацких одноклассников, но до тех пор, пока их производство не станет массовым, этого недостаточно. К тому же, 37-миллиметровая пушка «Бофорс», устанавливаемая на них, показала недостаточную бронепробиваемость и очень слабое фугасное воздействие в борьбе с пехотой противника. Сейчас испытываются модернизированные машины с увеличенным до 47 мм орудием, и они тоже будут представлены на показе высшему руководству страны.