Демон Жадности. Книга 3 (СИ) - Розин Юрий - Страница 2

Ажиотаж рос как снежный ком. Сначала ко мне приходили с робкими вопросами, потом — более уверенные, а к концу недели у дверей моего барака выстроилась живая очередь из желающих записаться на турнир.

Я принимал всех, принимая монеты и занося имена в толстый гроссбух. Звон золота был музыкой для Маски.

К сожалению, хотя чистая математика говорила, что с учетом вступительного взноса и при удваивании призов в каждом раунде можно было выйти в ноль, для повышения привлекательности турнира я установил немного иные награды.

Шестьсот за первый раунд, тысяча триста за второй, две семьсот за третий и так далее — каждый раз на сто золотых больше удвоения. И это повышение я должен был оплатить из своего кармана. Благо, четыре миллиона никуда не делись и по идее я смог бы обеспечить турнир даже на десяток тысяч человек.

Тем не менее, через неделю меня все равно вызвали к Вейгарду.

— Марион, — он произнес мое имя так, будто пробовал на вкус нечто неприятное. — Ко мне поступили… тревожные доклады. Ты, что, устраиваешь нелегальные подпольные бои?

— Никак нет, полковник, — ответил я, стоя по стойке смирно. — Открытое спортивное мероприятие для повышения боевого духа личного состава. Со всеми соответствующими взносами и призовым фондом.

— Несколько тысяч заявок, Марион! Ты с ума сошел? Где ты вообще это разместишь? Ни на одном плацу не хватит места!

Я позволил себе улыбнуться.

— Я как раз хотел доложить. Прошу разрешения перенести место проведения турнира за пределы главной базы. На окружающее плато. Места там предостаточно.

Вейгард смерил меня долгим, тяжелым взглядом, потом вздохнул.

— Ладно. Но если это мероприятие как-то серьезно навредит обороноспособности базы, я лично сдеру с тебя кожу и сделаю из нее абажур. Понятно?

— Так точно, полковник.

— Я организую контроль твоего турнира младшим офицерским составом. Для безопасности.

— Спасибо, сэр.

— Свободен.

Утро дня турнира встретило нас ясным, но холодным небом. Огромное поле, обычно пустое, теперь кишело людьми. Тысячи Артефакторов в повседневной униформе, в тренировочной броне, некоторые даже в гражданском — все толпились, галдели, разминались. Воздух гудел от возбужденных голосов, треска маны и звона металла.

Мой взвод стоял особняком. Они уже не были сбродом, но, похоже, чувствовали некое отторжение как в сторое других Артефакторов, так и с их стороны.

Хамрон, Нервид, Бьянка и другие командиры отрядов стояли по периметру огромной импровизированной арены, которой стало все поле. Их лица были серьезны, позы — уверенны. Они чувствовали ответственность.

Вместе с ними замерли около сотни Артефакторов в полной боевой экипировке с нашивками лейтенантов и капитанов — младший офицерский состав, обещанный Вейгардом. В основном Сказания, но несколько Хроник выделялись своими спокойными, но абсолютно непререкаемыми аурами.

Их холодные, оценивающие взгляды скользили по толпе, готовые в мгновение ока пресечь любую попытку беспорядков. Впрочем, так как эти офицеры были командирами подразделений, в которых состояли сотни участников турнира, я не ожидал, что они до конца турнира останутся такими же беспрестрастными.

Я взобрался на сложенный из ящиков с снаряжением импровизированный помост, активировал тату «Вопля».

— Участники турнира! — мой голос прокатился над полем, мгновенно заглушив гул толпы. Несколько тысяч голов повернулись ко мне. — Добро пожаловать! Правила просты. Бой до первого серьезного ранения, потери сознания или признания поражения. Запрещено калечить и убивать. Нарушители будут дисквалифицированы и переданы под трибунал. Разбивка на пары произвольная, ищите себе оппонентов сами, но мешать другим парам запрещено, так что постарайтесь контролировать себя. У вас есть десять минут на то, чтобы составить пары. Те, кто нашел своего оппонента, пусть поднимутся в воздух, чтобы остальным было проще искать противников. После истечения десяти минут, если на земле будет стоять больше одного человека, все, кто не взлетел, будут дисквалифицированы. Повторять правила я не собираюсь, оставляю все на вашу усидчивость и жажду победы и награды. Начали!

Десять минут прошли в сумбурной суете. Кто-то попытался взлететь без пары, чтобы прошмыгнуть в следующий раунд, понадеявшись на то, что в толпе его не заметят, но таких было меньшинство и при поддержке сотни контролирующих турнир Артефакторов таких быстро вычисляли.

А затем поле погрузилось в хаотичный, но контролируемый ад. Повсюду вспыхивали дуэли. Клинки звенели, щиты трещали под ударами, сгустки маны проносились в воздухе с шипением.

Младшие офицеры сновали между дерущимися, разнимая тех, кто слишком увлекался, защищая участников от случайных попаданий, пресекая нечестную игру, определяя победителей, провожая пострадавших к медицинскому пункту, разбитому на окраине поля.

Я стоял на своем импровизированном командном пункте, наблюдая за этим безумием. Впрочем, помимо некоторых особо выдающихся персонажей интересовали меня из всех четырех с хвостиком тысяч всего сорок три человека.

И то, что я увидел, заставило меня мысленно усмехнуться. Они не просто дрались. Они вгрызались во врага, привыкшие к схваткам не просто ради тренировки, а за награду и статус лучшего.

Гронд с яростным ревом бил своими кастетами по клинку оппонента, заставляя того отступать. Карина с ее ирокезом вихрем носилась вокруг закованного в тяжелую броню бойца, находя щели для своих кинжалов. Даже бесталанный Лорик, отступая под натиском врага, делал это грамотно, сохраняя дистанцию и находя момент для точных уколов своим мечом.

Они использовали все, чему научились сами и чему их учили мы с Силаром последние недели. И использовали более чем эффективно.

Сигнал об окончании раунда прозвучал как раз тогда, когда последние пары завершали свои схватки. Насколько я успел увидеть, из всего взвода выбыло всего двое: лентяй Альфер и девушка по имени Сайва, которой очень сильно не повезло с противником.

С учетом того, что еще пару месяцев назад этих же ребят просто сплавили мне, чтобы избавиться от слабых звеньев, такой результат был более чем впечатляющим.

Но это я-то знал, чего он стоил на самом деле. В буквальном смысле.

— Проигравшие — очистить поле и вернуться на базу, забрав жетоны! — скомандовал я, и татуировка «Воя» понесла мои слова над толпой. — Победители — приготовиться ко второму раунду! Сформировать новые пары!

Проигравшие, понуро бредя и потирая ушибы, потянулись к краю плато. А среди оставшихся я заметил новое, явно не просто хаотичное перестроение.

Несколько Артефакторов целенаправленно пробирались сквозь толпу, выбирая себе в пары моих бойцов. Они смотрели на них с любопытством и вызовом, явно удивленные тем изменениям, что произошли с «мусором».

И удивляться было чему.

Второй раунд начался, и напряжение возросло на порядок. Здесь уже не было случайных побед. Здесь бились те, кто уже доказал свое право быть здесь. Удары стали жестче, тактика — изощреннее.

Но, когда последняя дуэль закончилась, итоги оказались даже более шокирующие, чем в предыдущем раунде. На поле не осталось ни одного проигравшего из моего взвода. Все они прошли. Все. Без исключений.

И вот тут я почувствовал это. Не просто удивление. Нечто другое. Холодное, тяжелое.

Я обвел взглядом периметр, где стояли смотрители — офицеры из других подразделений. Их лица были каменными. Они не аплодировали. Не перешептывались.

Они смотрели на моих бойцов с плохо скрываемым раздражением. Один сжал губы так, что они побелели. Другой смотрел на Карину, отряхивающую окровавленные клинки, с таким выражением, будто хотел ее арестовать за чрезмерную эффективность.

Долго думать было не надо.

Они боялись. Не за своих подчиненных, а за себя. Они видели, как те, кого списали со счетов, под моим командованием превращаются в грозную силу. И их солдаты видели это тоже.

И офицеры понимали, что скоро начнутся вопросы. «Почему у них есть стимул дратьсяв виде постоянных поощрений золотом, а у нас только зарплата?», «Почему они так выросли за пару месяцев, а мы — нет?», «Почему Марион может, а вы — нет?».