Рассвет русского царства. Трилогия (СИ) - Грехов Тимофей - Страница 76

– Ей‑богу! – стукнул кулаком по столу Шуйский. – Спроси у Ярослава! Спроси у отца Варлаама! Спроси у кого хочешь! Он рубил их, как капусту!

Боярин посмотрел на Ярослава и тот кивнул.

– Правда. Я сам видел.

Бояре переглянулись, но видно было, что они не очень‑то верят. Не выглядел я способным на это

Шуйский, видя их недоверие, рассмеялся ещё громче.

– Не верите? Ну и ладно! – и продолжил дальше пить.

Час прошёл в пиршестве и пьянстве. Я старался держаться в тени, и… просто больше кушать, как и не привлекать внимания. Помещение было плохо проветриваемым, и в какой‑то момент я решил выйти на свежий воздух. Прошёлся вдоль стены, размял ноги. Рука ещё побаливала, но уже терпимо. А синяк на груди почти сошёл.

Вдруг кто‑то врезался в меня сбоку. Да так сильно, что я пошатнулся, едва удержал равновесие.

– Смотри куда прёшь! – крикнул грубый голос с сильным акцентом.

Передо мной стоял мужчина лет тридцати, в странной одежде – короткий камзол, узкие штаны, сапоги с загнутыми носами. Волосы чёрные, зачёсаны назад, лицо смуглое, борода аккуратно подстрижена.

Весь его вид кричал, что он иностранец.

– Я жду извинений! – также с акцентом сказал он

– Это ты на меня налетел.

Он сузил глаза.

– Ты мне перечишь, собака? – и резко замахнулся кулаком.

Я увернулся, шагнув влево и кулак прошёл мимо. Иностранец полетел вперёд, явно рассчитывая на то, что ударит меня, но, встретив пустоту провалился и его хозяин стал заваливаться вперед. Я лишь слегка подтолкнул его… так… не сильно, но достаточно, чтобы он рухнул на землю, оттопырив зад кверху.

В тот момент я еле сдержался, чтобы не пнуть его ногой. Наверное, пиво в голову ударило. Тем не менее я вовремя вспомнил, что понятия не имею, кто он такой. И такое оскорбление мне может ох как аукнуться.

Иностранец вскочил на ноги, лицо перекосилось от ярости. Он выхватил из‑за пояса длинный тонкий клинок – шпагу.

«Вот дерьмо», – подумал я.

– Te mataré, bastardo! – прошипел он, занося шпагу. (* Я убью тебя, ублюдок!)

Я не понял слов, но смысл был ясен.

– Что здесь происходит⁈ – раздался громкий голос.

В этот момент из терема вышел Шуйский, опираясь на палку, следом за ним князь Бледный, Ярослав и постепенно на улицу вывалила вся толпа что была в тереме. Видимо, кто‑то увидел, что тут может произойти кровопролитие, и сообщили хозяину дома.

– Что здесь происходит? – повторил Шуйский, глядя на иностранца, потом на меня.

Иностранец ткнул пальцем в мою сторону.

– Этот собака ударил меня! И я хочу его крови!

Шуйский посмотрел на меня.

– Митрий? Это так?

– Нет, господин князь, – чётко ответил я. – Он сам на меня налетел, а потом попытался ударить кулаком. Я лишь увернулся и тот сам упал.

Князь Бледный подошёл к Шуйскому, что‑то прошептал ему на ухо. Шуйский нахмурился.

Однако иностранец не стал дожидаться, когда бояре что‑то решат. Он рявкнул что‑то на своём языке и кинулся на меня, замахиваясь шпагой в голову.

Быстро разорвав дистанцию, я выхватил саблю и отбил укол. Клинки звякнули.

– Стоп! – заревел князь Бледный. – Если хотите лить кровь, то за стенами моего дома! Поняли⁈

Я кивнул. Иностранец тоже.

– Кабальеро Альфонсо, вы уверены, что хотите этого? – спросил князь.

– «Кабальеро», – мелькнула мысль. «Испанец. Благородный».

Альфонсо кивнул, глаза горели.

– Sí. Quiero su sangre. (*Да, он заплатит кровью)

Князь тяжело вздохнул.

– Ну что ж, пошли на улицу.

Мы вышли за ворота терема. Улица была широкая, освещённая факелами. Тут же, буквально сразу, собралась целая толпа зрителей. Все хотели посмотреть на бой.

Я встал в центре круга, сжимая рукоять сабли. Рука ещё болела, но держать оружие мог. Альфонсо встал напротив, шпага легко покачивалась в руке. Он двигался плавно, было видно, что противник он не простой.

Князь Бледный поднял руку.

– Начали!

Альфонсо сорвался с места первым. Шпага свистнула в воздухе, укол прямо в горло. Я отклонился вправо, сабля отбила удар вниз. Альфонсо тут же развернулся, ещё один укол, но уже слева. Я парировал, и отступил на шаг.

Испанец очень быстрый.

Его шпага описала дугу, целясь в бок. Я подставил саблю, клинки лязгнули. Альфонсо отскочил, снова атаковал – серия коротких уколов, один за другим. Я парировал, чувствуя, как его шпага скользит по моей сабле.

Он делает замах слева. И я поздно понимаю, что этот замах ложный. И хоть успеваю среагировать, но шпага полоснула по рукаву. Тут же выступила кровь.

Толпа ахнула.

– Митрий! Не поддавайся этому латинину! – закричал чей‑то пьяный голос из толпы.

– Да… да… – несколько глотов вторили ему.

– Вы можете на этом закончить! – крикнул князь Бледный, но испанец не собирался успокаиваться.

Я отскочил и сжал рукоять посильнее. Взгляд скользнул по лицам зрителей. И вдруг, чуть в стороне, заметил Алёну. Она стояла и смотрела на меня – и мне показалось, что её губы шевелятся, словно она молится.

– Primera sangre, (*Первая кровь), – произнёс испанец, и с ужасным акцентом добавил на русском. – Скоро вся твоя кровь будет на земле.

Альфонсо атаковал снова, но на этот раз я был готов. Отбил первый укол, второй, третий. Потом сам пошёл в атаку. Сабля рубанула сверху, он её отбил. Я развернулся, ударил снизу, он отскочил. По началу я не хотел убивать его. Но поняв, что это непросто пьяная драка, а человек передо мной хочет убить меня, во мне снова включился переключатель.

Я обрушил на него град атак и не давал ни секунды опомниться. На лице Альфонсо появился страх. Он отступал, пытался парировать, но я видел, что он начал уставать.

И в какой‑то момент я нанёс мощный рубящий удар сверху. Он подставил шпагу, клинки столкнулись, и я услышал треск.

Его шпага не выдержала. Сломалась возле самой гарды, куда я попал своим клинком. Альфонсо замер, глядя на обломок в руке.

И я не стал ждать. Шагнул вперёд, сабля описала дугу…

Лезвие вошло в шею.

Альфонсо застыл, выронил обломок шпаги. Руками схватился за горло, сквозь пальцы хлынула кровь. Он упал на колени, потом завалился на бок.

Толпа молчала и все смотрели на меня. Я же как в чём не бывало посмотрел на свою рубаху, где был разорван рукав и выступало пятно крови.

– Вот же… – выругался я вслух. – Новую рубаху порвал.

Кто‑то в толпе хмыкнул. Потом ещё один. Потом раздался смех.

Шуйский хохотал громче всех.

– Ну и кто там мне не верил? – крикнул он. – Говорил же, что силён!

Князь Бледный подошёл ко мне, посмотрел на тело Альфонсо, потом на меня.

– Хорошо дрался. Альфонсо был мастер шпаги. – Он указал на тело испанца. – А ты его уложил.

Я кивнул, вытирая саблю о его же край плаща.

– Он хорошо владел клинком. Даже очень, – ответил я, кивнув на рану на руке.

Глава 9

Дорога до Москвы заняла полторы недели. Я ехал верхом на Буране и Ярослав, к моему удивлению, тоже пересел на коня. Похоже, трястись в телеге ему тоже осточертело. Его нога всё ещё побаливала, но он держался в седле уверенно.

Из Нижнего Новгорода сопровождать нас выехало сорок семь воинов. Но всё равно полностью расслабиться не получалось.

Позади нас, на почтительном расстоянии, ехали мои холопы, Ратмир и Глав. И их арбалеты всегда были взведёнными.

– Митрий, – окликнул меня Ярослав с лёгкой усмешкой. – Ты всё время оглядываешься. Ждёшь новых гостей?

– А ты нет? Мне кажется, после того, что произошло, будет неправильно расслабляться.

Ярослав пожал плечами.

– Знаешь, Дим, я тоже поначалу нервничал. Но потом подумал, что если суждено, то суждено.