Его звали Тони. Книга 5 (СИ) - Кронос Александр - Страница 10

Хотя, последнее уже не вписывается, наверное. Перебор.

— Я даже не знаю, что сказать, брат, — начал Оди. — Мы вроде установили с чем-то контакт, но о таком Плане на занятиях не рассказывали.

— И шпарят они на чистом русском, — озадаченно дополнил его мысль Фоди. — Что полностью ломает мне мозг, брат.

Две мужские фигуры, застывшие с закрытыми глазами и окутанные золотистым сиянием, синхронно вздрогнули.

— Что такое «русский»? — прохрипел «Анатолий». — Какой язык в башке есть, на таком и говорим. Вы вообще кто? И чего ждёте? Или отпускайте, или договор предлагайте.

— Десять лет службы, если отпустите прямо сейчас, — выдавил «Роман». — Я уже едва держусь. Выгрызают, падлы.

Цверги обменялись непонимающими взглядами. Арина закатила глаза. А входная дверь распахнулась и на пороге появился Гамлет. Постоял несколько секунд, смотря на двух магов, связанных золотистыми нитями с висящим в воздухе букварём. Подумал. Покосился на меня. И осторожно прикрыл дверь. Мудрое решение. Помощь нам пока не нужна. По крайней мере не такая, которую может предложить кобольд.

— Если вы понимаете, что происходит, самое время мне рассказать, — посмотрел я на пару цвергов. — И объяснить, что за херня тут творится.

— УРА! — рявкнул «Роман». — Я его всё-таки выкинул! Как же тут хорошо! Тепло…

Братья Ганвес от такого вопля аж вздрогнули. Блондинка вовсе подскочила на месте. А я едва не дал парню в морду. Что наверное было бы чревато.

— Мы отталкивались от гипотезы, в которой книга может иметь свойства проводника, Тони, — начал старший из близнецов. — Всего лишь добавили пару формул, чтобы проверить.

— А она взяла и сформировала устойчивый тоннель, — озадаченно протянул Фоди. — К такому нас универ не готовил, Тони.

Ну что сказать — вот так оно бывает, когда артефакт исследуют пара отчисленных из университета цвергов и маг, который обучался на дому у своего отца.

— Вы же говорили, знаете, что делаете? — уставилась на братьев Арина. — Флексануть просто решили? О небо, какой же кринж!

Те озадаченно переглянулись. А я устремил взгляд на застывших мужчин, которые подозрительно примолкли.

— Вы вообще кто такие и нахрена сюда припёрлись? — озвучил я вопрос, на всякий случай подцепив пальцами метательный диск. — Что с Анатолием и Романом?

— Это ты нам что-ли? — прохрипела сущность, что сейчас оказалась в теле старого мага. — Из срединной пустоши мы. Лархейма.

— Туда попадают все казнённые в Онхейме, — добавил «Роман». — А потом нас призывают шаманы Ратхейма.

Многовато как-то «хеймов». Вообще по-скандинавски прям звучит — у них вроде это слово использовалось. Вот сама концепция мне не очень нравится — выходит мы сюда каких-то преступников вытащили. Да и о судьбе людей, чьи тела оказались заняты, эти двое ничего не сказали.

— Чё за срединная пустошь? — наморщила лоб Арина. — У меня щас мозг лагнул. Понятнее можно?

— Женщина… — «Анатолий» даже дёрнулся, попытавшись облизать губы. — Как давно я не касался нежной женской плоти…

— А чё те непонятно? — голос «Романа» вдруг стал высоким. — Пустошь тут. Лёд, холод, зверюки всякие. Никаких тебе тел, только воплощения. Жратвы нет, секса нет, тепла нет. Жуть жуткая. Полсотни лет максимум и мозги в вечную коррозию уходят.

Звучит реально сурово. Только мало чего объясняет.

— Что с людьми, чьи тела вы заняли? — рыкнул я, повторяя вопрос. — И что у вас там за миры? Как вы выглядите, вообще?

— Хочешь дальше с нами болтать, заключи контракт! — яростно озвучил тот, что сейчас был в теле седого мужчины. — А эти два тупозавра пока ещё живы. Если надо, можем оставить их вторыми номерами.

— Выпускать по праздникам будем, — протянул второй. — Решай уже быстрее, призыватель! Сюда ломятся все кому не лень!

Знать бы ещё, как этот самый контракт заключать. И стоит-ли это вообще делать?

— Разорвать этот тоннель связи вы можете? — посмотрел я на цвергов. — Чтобы всё назад вернуть?

— Эй! Ну ты чё? — «Анатолий» отреагировал в тот же момент. — Хочешь, мы твоих дебилов будем каждый день на пару часов выгуливать. А отправишь назад — я перед возвратом, своего точно сожру!

— Ургх! Как хорошо-то, — голос у Романа снова изменился. — Я паровоз, который смог. Чух-чух, неудачники! А чё вы тут обсуждаете? Где условия контракта-то?

Похоже «подселенец» в теле кудряша снова сменился. И вот, что мне теперь с ними делать? Захреначить метательным диском? Попросить цвергов магией спалить? Ещё и медальон с кольцом, что я из сейфа Золотого Давида упёр, греются, как не в себя.

— Не получается, дарг, — раздражённо бросил Оди, который только прекратил что-то шептать себе под нос. — Замкнуло на эту парочку. Не выходит закрыть.

— Возможно получится, если их вальнуть, — Фоди внезапно вытащил короткий нож. — Не против, если мы пустим немного крови, Тони?

— Эй! — возмутился «Анатолий». — Вас самих расхреначит! Представляешь, сколько в узлах силы скопилось? Разорвёшь контур, вас отдачей в пыль размажет.

Япь! У меня, просто слов нет. Экспериментаторы хреновы! В следующий раз потребую мне всё детально объяснять.

— Заткнулись все, — оборвал я Арину, Оди и «Романа», что начали говорить одновременно. — Как призыватели Ратхейма заключают контракт?

Тишина. Похоже думают, как меня вокруг пальца обвести. На их месте, я бы именно о таком и размышлял. Собственно, нахрена заключать какой-то там контракт, если можно сходу обрести свободу.

— А ты не в курсе? — мне кажется или в голосе «Анатолия» сейчас зазвучала лёгкая ирония. — Хреновый из тебя призыватель тогда.

— Мало кидать уголь в топку, — вклинился «Роман». — Надо ещё уметь управлять паровозом.

— Ладно, — медленно поднялся я на ноги. — Либо вы сейчас выкладываете, как вас вытащить из этой пустоши, либо я отошлю остальных и прикончу эту парочку. А вы отправитесь назад.

На лицах цвергов отразилось отчётливое опасение. А вот Арина возмущённо скривила губы.

— Ну Ромичку ладно, — проговорила девушка. — Он ходячий минус вайб. Не жалко. А дядю Толю за что?

— Ржу не могу, — вновь заговорила сущность, занявшая тело Романа. — Я щас в его памяти роюсь. Тут такое… Ты ж блондиночка, да? Знаешь, как именно он о тебе фантазировал? О, Великое море, в кого я попал. Что за больной деградант?

— Да просто коснись нас и предложи условия контракта, — вот «Анатолий» ответил по существу. — А мы подумаем, стоит ли соглашаться.

Звучит так-то, весьма просто. Элементарно, я бы сказал. Но терзают меня смутные сомнения. Кудрявый вон, уже к букварю притронулся. И его тут же размотало, превратив в сосуд для подселения.

Сложно. Не к такому я готовился, когда этот эксперимент начинал. И становиться одним из «сосудов» не хочется. Хотя… Я же вижу их астральные тела. Которые прямо сейчас расплываются, меняют очертания и ни на секунду не останавливаются в своём броуновском движении. А этот тип уверенно назвал меня призывателем. Не кого-то ещё из присутствующих, а именно мою даргскую морду.

На то, чтобы осмыслить всё и выстроить теорию, ушло несколько секунд. Рационально — версия такая себе. Но я же дарг, в конце концов. Из-за чего импульсивное решение показалось верным — о последствиях я подумал уже после того, как касаюсь астрального тела «Анатолия».

Забавно, но предположение оказалось верным. Стоило мне прикоснуться к тонкой ткани собеседника, как возникло что-то вроде возможности диалога. Безумно странного, если честно — я даже не знаю, как это объяснить словами. Как будто мы оба видели один и тот же вариант текста, в который могли вносить изменения в режиме реального времени. Только записан он был не буквами, а смыслами. Которые осознавались, как единое целое. Звучит, как бред, но ничего более понятного, подобрать у меня не вышло.

Зато получилось выйти на диалог о том самом контракте. Сходу принявшись обсуждать «условия». Самым простым и незайтейливым путём — внося правки в тот самый блок смыслов.

Времени это вроде заняло не так много. А я постарался максимально перестраховаться. Настояв на том, что свободу он получит только после того, как я сам приму такое решение — договор о службе будет бессрочным. Плюс, добавил груду запретов. Например, не открывать пути в иные миры без моего разрешения, само собой, никого не убивать без приказа и так далее. Десятки ограничений. В том числе — однозначный приказ уничтожить себя, в случае моей гибели.