Его звали Тони. Книга 4 (СИ) - Кронос Александр - Страница 50

— Как хорошо вы знакомы с культурой даргов, господин Любимов? — ответил я в тон ему. — Если переформулировать — трахались когда-нибудь с орчанкой?

Вот теперь я его все же выбил из колеи. На какой-то момент маска слетела и проявилась его настоящее лицо. Не самое хреновое, надо сказать. Как минимум, никакого иррационального желания разорвать меня на куски, там не просматривалось. Только искреннее раздражение, досада и толика вполне естественной злости. Чего, я собственно и добавился.

— Не имел такой чести, — уже через пару секунд он взял себя в руки и вернулся к прежнему образу. — Но вы можете внести свою лепту в просвещение подданных государства Российского. Описав всё со своей точки зрения.

Кстати говоря, мысль по поводу того, почему со мной так вежливо разговаривают, в голове всё-таки появилась. Ларчик открывался просто — аристократы. Не знаю, какую именно должность занимал этот Геннадий, но про факт переговоров с Ярославом Румянцевым он наверняка в курсе. Знает, что тот сделал мне какое-то предложение. Пусть и без дополнительных деталей.

Именно поэтому, посадить меня под замок и применить меры по развязыванию языка, без веских доказательств, может быть чревато. Это тебе не просто дарга под белы руки схватить. Речь о потенциальном партнере аристократа, семья которого ради давления на него, честное имя родственницы позволила потрепать. Да, опальной и без всякого влияния, но всё же Румянцевой. Как ни крути — фамилия у них с графом одна.

Если добавить к этому каналы восприятия и профессиональную деформацию, картинка в голове служаки наверняка сложилась. И в ней, трогать меня без наличия хотя бы каких-то прямых улик, не следовало.

— У нас всё просто, — улыбнулся я, с сожалением отметив, что этот тип даже не дёрнулся. — Если мужчине нравится женщина, он предлагает ей переспать. Или наоборот. Считайте, что мы с Ориной сделали это предложение одновременно. А после той бойни в Бургасе, предпочли свалить в Царьград.

— У неё там вроде отель был, — ответил мне доброжелательной улыбкой Любимов. — И некоторые из выживших местных утверждают, что вы там совсем не один раз побывали.

Неплохо они за дело взялись. Вон даже до зоны отчуждения в Бургасе добрались. Даже свидетелей каких-то отыскали. А ведь, если подумать, мы с Гошей в первый раз изрядно нашумели. Авторитета их локального рихтанули, по территории прошлись. Если из тех бандитов кто-то выжил и выложил всё Приказу тайных дел… Хотя не. Тогда бы со мной вовсе не так вежливо говорили.

— Так вы им ещё моё фото покажите, пару наводящих вопросов задайте и чуть денег пообещайте, — громко заржал я, смотря в чуть удивлённые глаза собеседника. — Выяснится, что я там вообще пару лет, как стабильно появляюсь, подпольно этим местом управляю и вообще на Оттоманскую Порту работаю.

— А вы работаете? — внезапно поинтересовался тот. — Может какие-то контакты на османской стороне есть?

Да он вкрай охренел? Или мозги так глубоко деформированы профессией, что вопросы автоматом вылетают?

— Ещё какие безумные предположения будут? — спросил я, чуть подавшись вперёд. — Может я ещё на пару государств впахиваю, а сам знать не знаю?

Бесить он меня начинал потихоньку. То ли специально, чтобы вывести из равновесия, то ли оно само так получалось. А ещё я назад хотел. Ведомый вполне обыденными желаниями — пожрать и потрахаться. Не говоря о том, что в голове крутился целый хоровод мыслей по поводу того, что выложил мне Давид. В общем, не хотелось мне сейчас долгие разговоры вести. Скорее присутствовало желание ему в морду дать и по своим делам пойти. Только вот нельзя. После такого, я далеко точно не уйду.

— Думаю, на этом стоит закончить, — через пару секунду нашей дуэли взглядами, снова вклинился Виталий. — Если у вас есть какая-то конкретика, которая касается моего клиента — излагайте и оформляйте задержание. Нет — мы удаляемся.

Наверное это было рискованно. Всё же я только выбрался из особняка, полного трупов. Там ещё завалы до сих пор разбирают. И пусть ни одного живого свидетеля, который бы видел, как я пробиваюсь к Золотому Давиду, не осталось, это всё равно выглядело подозрительно.

— Ваш клиент находится в статусе свидетеля, — посмотрел офицер Приказа тайных дел на моего адвоката. — Но учитывая масштаб дела, я вынужден оформить ему предписание с запретом покидать Константинополь. Это займёт буквально пару минут. После этого может быть свободен.

Оформление бумаги и правда много времени не потребовало. Собственно, как таковой, бумаги и не было. Просто оповещение в приложении «Империя: Документы», к которому прилагался электронный циркуляр.

Задерживать нас дальше и правда не стали. Глупость, как по мне. Вот так взять и отпустить дарга, у которого есть мглистые косули. Я же и правда сбежать могу. Подамся к болгарам и всё. Ищи свищи ветра в поле. Или в горах.

— Садись в машину и поехали, — тихо проговорил Виталий, когда мы оказались снаружи. — Хочу к вам прокатиться. Девчонка одна на глаза попалась, до сих пор из головы выкинуть не могу.

Автомобиль и правда стоял около того самого неприметного здания, куда нас привёз Любимов. Хэвир похоже его вызвал сильно заранее. Вот только, с какого хрена он про какую-то девушку вспомнил? И тембр голоса странный. Стопроцентной уверенности у меня, понятное дело, нет. Но вроде эльф с женским полом в зоне отчуждения не контактировал. Когда бы ему это вообще успеть?

На долю секунды в голове полыхнуло удивление. Которое тут же погасло под ворохом всех остальных мыслей. А я забрался на заднее сидение авто. В конце концов, если не доверять даже собственному адвокату, то кому тогда? К тому же пока он не пытался сделать ничего, что выходило бы за рамки разумного.

Я планировал заскочить по дороге в редакцию, но достав планшет, быстро от этой мысли отказался. Во-первых, полиция уже вернула тела обоих погибших кобольдов и отряд ждал меня, чтобы приступить. А во-вторых, Фот и часть команды журналистов вернулись в зону отчуждения. Тогда как встретиться я собирался именно с ним.

Что интересно, Виталий упорно отмалчивался всю дорогу. Если быть более точным — говорил он что-то регулярно. Но ни слова по делу. Только общие рассуждения, да слова о том, насколько охренел криминал, раз рискуют вот так давить на прессу. Ну и вопрос о том, кому могло понадобиться такой формат закрытия газеты, он тоже пару раз поднимал.

Когда мы оказались в зоне отчуждения, хэвир тоже не перешёл к сути далеко не сразу. Дождался, пока пройдём несколько сотен метров и только потом вдруг свернул под навес, где когда-то были столики ныне закрытого бара. Глянув по сторонам, поднял глаза на меня.

— Какого хрена, Тони? — прошептал эльф. — Почему весь наш разговор сканировал менталист?

Инспектор первого разряда третьего управления Приказа тайных дел. Внушает, правда? Для многих — настоящая мечта. Ещё одна ступень выше и можно подавать прошение на имя государя о личном дворянстве. Конечно, царь может и отклонить. Но если обер-статс-секретарь завизирует и поднесёт в нужный момент, то и одобрение получить можно. А дальше — знай себе работай, копи деньги на услуги магов по продлению жизни и наслаждайся.

Но Любимов никогда не видел эту должность венцом карьеры. Даже и не думал о таком. Минимальной своей планкой, Геннадий считал пост главы всего третьего управления. В идеале — вовсе хотел стать новым обер-статс-секретарём. Тем, кто вечно в тени и блюдет интересы самодержца.

Одна незадача — после перевода в Царьград ничего интересного тут не происходило. Такого, чтобы сразу отличиться и получить возможность повышения.

Всякой разной мелочи хватало. Мегаполис всё же был анклавом и жизнь тут бурлила. Но какое дело престолу до контрабанды, дворянских междоусобиц, криминала и ползучей войны чиновничьих кланов. Последнее могло бы стать занятным, выйди ситуация из под контроля, но пока царьградские бюрократы не спешили закусывать удила. Да и вообще, этим занималось совсем иное управление.