Лисичка для Стального Волка (СИ) - Черпинская Надежда - Страница 26

Словом, всё указывало на то, что это не он коварно ко мне подкрался, пока я спала, а я сама к нему под бочок подкатилась, да так и осталась, пригревшись. А чтобы удобнее было, пристроилась на груди у спящего бедолаги, как на подушке.

Ой, как неловко-то! Меня аж в жар бросило, когда я поняла, что эту ночь провела с Виром. Ну, то есть… не то, что прямо с ним провела… но…

С перепугу я снова зажмурилась и сделала вид, что всё ещё сплю. Сама же пыталась побыстрее сообразить, что мне теперь делать, как себя вести…

Наверное, стоило отползти подальше, пока он ещё не проснулся. Вдруг он тогда вообще забудет, что я…

Но, припомнив подробности своего якобы сна , я поняла, что бежать уже поздно. Вир, когда меня укрывал и обнимал, точно понимал, что делает.

Кажется, я порядком запуталась. Почему он такой странный? То рычит на меня и волком смотрит, то вдруг такой заботой и лаской окутывает, что сердце щемит. Сплошные противоречия.

Ладно, придётся тогда мне делать вид, что ничего такого не случилось, и я совсем не смущена, просто замёрзла ночью и нашла тёплое местечко. Вскакивать и убегать сейчас было бы глупо. Вот я и осталась, и даже руку убирать не стала, как лежала, так и продолжила лежать с ним рядом, притворившись, что ещё не просыпалась.

Прикидываться спящей оказалось не так-то просто, ведь в душе у меня сейчас будто пожар полыхал. И стыдно было, и сладко. Наверняка, покраснела опять.

Приличной девице, разумеется, не позволительно было вот так, в обнимку, с чужим мужчиной спать. Но только стоило вспомнить, как Волк меня укутывал, как обнимал бережно, осторожно, и сразу на лице такая глупая счастливая улыбка появлялась. Я её прятала, а она так и сияла на губах. Оставалось надеяться, что если Вир её и заметит, решит, будто мне что-то хорошее снится.

Особенно сложно стало притворяться, когда через несколько мгновений его сонное дыхание изменилось. Вир шевельнулся, убрал руку с моей талии, и я поняла, что он уже тоже не спит.

А ещё через миг я ощутила осторожное прикосновение к лицу. Вир отвёл упавший мне на глаза локон, щекочущий меня и порядком досаждавший. А потом скользнул, едва касаясь, своей тёплой, чуть шершавой ладонью по моей щеке и подбородку.

Я с трудом удержалась, чтобы за его рукой не потянуться, готова была замурлыкать, как кошка. Удивительное дело, ни один мужчина прежде во мне таких желаний и ощущений не пробуждал.

Разве мало было в нашем селении славных юношей, и лицом пригожих и фигурой ладных, а нет… никто моё сердечко не затронул, хоть и заглядывались на меня многие.

А Волк… такой вот угрюмый, нелюдимый, суровый, и понравиться-то особо не старался, а всякий раз рядом с ним сердечко моё трепетало, как пташка малая.

Мне так хотелось эти сладкие мгновения продлить, но тут я услышал тихий оклик Ильда:

– Вир, вставай уже!

Волк тотчас отстранился, и, несмотря на тёплый плащ и поднимающееся солнышко, мне как-то сразу зябко стало, неуютно. Я открыла глаза, решив, что дальше притворяться нет смысла, и столкнулась с пронзительным серо-зелёным взглядом. Вир по-прежнему был так близко, что у меня дыхание сбилось. Щеки тотчас вспыхнули, как маков цвет.

– Доброе утро! – улыбка – редкое явление на лице Волка – осветила это утро ярче рассвета.

– Доброе утро! В дорогу пора? – тихо спросила я, пряча за вопросом неловкость.

– Рано ещё… Поспи! Я разбужу, – пообещал Стальной Волк, поднимаясь и заботливо поправляя на мне плащ, служивший нам одеялом.

Я послушно закрыла глазки, хоть и понимала, что уснуть снова вряд ли получится – уж больно взволновало меня такое необычное пробуждение.

Но, по крайней мере, у меня будет немного времени успокоиться и понять, как мне дальше себя вести. Вроде, ничего дурного мы не сделали, но щеки так и горели. И запылали ещё жарче, когда я услышала негромкие переговоры мужчин.

– Как спалось? – я отчётливо представила, с какой лукавой ухмылкой Лис задал этот вопрос.

– Хорошо спалось, – буркнул в ответ Вир. – И вот только попробуй…

– Разве я что-то говорю? – Ильд откровенно потешался.

– Я просто… стерёг её… Мало ли, кто тут ещё бродит, – огрызнулся Волк. – И вообще, холодно ночью… было…

– М-м-м… Я так и подумал, – хмыкнул Рыжий. – Ты только Эрике такую глупость не скажи! Лисичка, может, уже свадебный наряд в мыслях примеряет, а ты её просто… грел.

При этих словах, я от стыда чуть ли не с головой под плащ заползла.

– Я ничего такого… – рыкнул Вир.

– Знаю, – уже без насмешек откликнулся Ильд, – знаю, что ты девицу не обидишь. Иначе по-другому бы с тобой разговаривал. Но ты, друг, в следующий раз, прежде чем так делать, всё же хорошенько подумай, как далеко зайти готов! Что для тебя пустяки, для неё… Словом, ты меня понял. Знаю, у тебя заноза в сердце до сих пор сидит, но она в этом не виновата. И ежели ты не готов былое отпустить, не дури девчонке голову! У Эрики душа чистая – такую ранить легко. Смотри, Вир, не делай того, о чём потом жалеть будешь!

***

29 А ночи тут холодные

Эрика

Долго притворяться спящей у меня не получилось. Сон после такого пробуждения уже не шёл, а просто лежать и делать вид… я тоже не могла.

Слышала, что мои спутники вовсю в дорогу готовились, вещи собирали, лошадей запрягали. Так что решила, пора бы мне им помочь, я же не какая-нибудь лентяйка, которая ничего делать не умеет и не хочет.

Поднялась, не дожидаясь, пока Вир меня придёт будить. Мне теперь, вообще, рядом с ним было вдвойне неловко, так что лучше держаться подальше от этого красавца.

Поздоровалась с Ильдом. С замиранием сердца ждала, что Лис сейчас и в мою сторону какую-нибудь язвительную шуточку кинет, но тот улыбнулся как ни в чём не бывало и вёл себя как обычно – задеть меня и уколоть не пытался. Ну, и на том благодарствую.

А, чуть погодя, он и вовсе позвал меня к озеру умываться. Я, разумеется, с радостью согласилась. Всё-таки вчерашнее нападение жуткой бабы-жабы меня порядком напугало, и одна я бы к воде точно не сунулась. А с Рыжим было легко и спокойно, и, главное, не приходилось голову ломать над тем, что у него сейчас на уме. Вот если бы меня вызвался сопровождать Вир… я, наверное, провалилась бы по дороге под землю.

Ох, Вир, Вир! Все мои мысли этим утром были о Стальном Волке.

Вроде бы, ничего такого и не случилось, если разобраться, но я ничего с собой поделать не могла. Лис верно сказал, когда я их разговор подслушивала, для нас, девиц, любой пустяк важен, любая мелочь. Для меня неуклюжая забота Вира значила очень и очень много.

А для Волка… тут просто ночи холодные.

Казалось бы, какое мне дело до этого вечно хмурого и сурового мужчины? Он же мне вовсе и не нужен. Мы просто попутчики, Волк и Лис меня защищают, и только. Ну, ладно, теперь мы уже, наверное, не просто попутчики , а немножко друзья. Но на этом всё.

Так отчего же мне так неловко?

А ещё… обидно и горько. Всё оказалось совсем не так, как мне почудилось. И от этого теперь на душе так тоскливо было, хоть плачь. Кто бы мог подумать, что мне так понравится просыпаться в объятиях Волка, чувствовать его тепло, ловить его бережные прикосновения. И вообще, кто бы мог подумать, что этот огромный, могучий вояка может вот так ласково и мягко касаться. Я же всем телом и всей душой на эти нежности отозвалась, потянулась к нему, будто в сердце кто-то огонёк зажёг, робкий, тёплый, крохотный, но очень яркий.

А он…

Увы, Вир ясно обозначил, что для него эта ночь ничем особенным не была – он просто защищал меня от нечисти и ночной прохлады, а я, глупая, размечталась, увидела то, чего и в помине не было. Я для Волка просто досадная обуза, за которой надо тщательно приглядывать, потому что вечно себе приключений найду.

И ещё кое-что мне теперь покоя не давало… Что там Ильд своему другу про прошлое выговаривал? Про какую-то занозу в сердце упомянул… Может, у него невеста есть? А он тут ко мне по ночам под бочок укладывается… Ну, ладно, пусть не он ко мне, а я к нему – не в этом суть.