Лисичка для Стального Волка (СИ) - Черпинская Надежда - Страница 2

– Да пусти ты её, Вир!

Я отскочила чуть в сторону, теперь уже глядя на обоих незнакомцев. И глаза у меня сейчас, наверняка, сверкали очень недобро.

Тот, что так ловко меня изловил, был статен, хорош суровой мужской красой, светловолос и… хмур. В отличие от своего рыжего приятеля ни разу не улыбнулся, глядел на меня настороженно, по-волчьи. Впрочем, как и я на него.

– Куда так спешишь, Лисичка? Убегаешь или догоняешь? – насмешливо поинтересовался Рыжий, отвлекая меня от разглядывания его угрюмого спутника.

– Не ваше дело, – буркнула я.

Вообще-то стоило вести себя полюбезнее. И хорошо бы поблагодарить за то, что из оврага вытащили. Но я пока что не поняла, чего от этих двух грозных молодцев ждать.

Уж больно вид у них был пугающий – доспехи, мечи, у Рыжего вон ещё и топор боевой.

На разбойников, вроде, не похожи, не иначе… из служивых, чьи-то дружинники…

Да только одинокой девице в глухом лесу лиходеев и ратников одинаково опасаться стоит.

А ещё больше – разъярённого жениха…

– Вон она! Вон она! – раздалось уже совсем близко.

– А вот и ответ пожаловал… – хмыкнул язвительно Рыжий.

Я вздрогнула, бросила лишь один взгляд на приближавшуюся свору Улаха и снова непроизвольно дёрнулась, готовая сорваться с места. Но дорогу мне тотчас заступил угрюмый .

– Стой! – осадил этот человек-камень.

Я вскинула на него затравленный взгляд, уже взмолиться хотела...

Но в сумрачных глазах внезапно промелькнуло что-то тёплое, светлое, доброе, как первый солнечный лучик на рассвете.

– Не бойся! – добавил он уже не так грозно и шагнул ближе, будто закрывая меня своим плечом. – Если ты ничего дурного не делала, то и тебе никто ничего не сделает.

Мне так хотелось в это поверить, так хотелось!

Вот только эти чужаки хоть на вид и грозны, и сильны, но их всего двое. А с Улахом ещё пятеро закадычных дружков. И пёс.

– Вы их не знаете… – прошептала я, ругая себя за то, что голос так трусливо дрожал.

– Ничего… сейчас познакомимся, – задорно подмигнул Рыжий, тряхнул огненной копной и развернулся, встречая незваных гостей.

3 Беги, Эрика, беги!

Эрика

– Эй… Девку мою отдайте!

Улах никогда сообразительностью не отличался, зато гонору и наглости на десятерых бы хватило. Вот и сейчас с чужаками он повёл себя так, как обычно со своими дружками. Чуял за собой силу – сам был тем ещё верзилой, да прихвостни его за спиной стояли. Вот и дерзил.

А напрасно… Видно же, что эти ратники – люди непростые. И если бы он схитрил, иначе к ним обратился, с почтением, так, может, они бы и отдали меня не глядя.

Зачем им из-за какой-то незнакомой девицы в драку встревать?

Но Улах был глуп, а потому сразу хамить начал. И даже с лошади не спустился. Должно быть, ему мнилось, что так, свысока поглядывая, он важнее, значимее смотрится.

А может, просто на всякий случай в седле решил остаться, чтобы быстрее ноги унести, если что. Он хоть и строил из себя смелого да дерзкого, но явно струхнул порядком, когда узрел со мною рядом двух таких дюжих молодцев.

С настоящими дружинниками спорить, это не безоружную девчонку гонять или лису собаками травить.

Его пёс, такой же злобный, как и хозяин, захлёбывался лаем и рвался в нашу сторону. Но Улах рявкнул грозно, и собака тотчас прижала уши и стихла.

Подъехав к краю оврага, Улах остановился там, недобрым взором наградив сперва моих новых знакомых, потом меня саму. И я от этого липкого, злого взгляда невольно спряталась за мрачного ратника. Он и так меня, конечно, уже за спину задвинул, но я ж любопытная, я из-за плеча выглядывала. А сейчас как в норку юркнула. Не больно-то хочется на этого гнусного бычину Улаха глядеть.

– Ого! Так это твоя? – наигранно ахнул Рыжий. – А чем докажешь?

– Чего это я ещё доказывать буду?! – Улах насупился и побагровел. – Говорю же – моя! Отдавайте по-хорошему, не то хуже будет!

Ох, дурак, дурак! Ещё грозить вздумал.

Я, впрочем, и сама не лучше – с перепугу тоже сперва кусаться пыталась. Но сейчас-то понимала, что зря. Если кто меня от ненавистного мерзавца защитит, так только этот Рыжий да его угрюмый приятель Вир, суровый, холодный и мрачный, как сталь меча.

Он, конечно, тоже пугал так, что сердце замирало, но вот сейчас, в этот самый миг, мне казалось, что места безопаснее, чем за широкой спиной ратника, в целом мире не найти.

Однако любопытство взяло верх, и я опять тихонечко высунула нос из-за его плеча.

– Дак, её, вроде, никто не держит… Сама уходить не хочет. Видать, мы ей больше по нраву, – Рыжий снова ухмыльнулся, вроде бы, добродушно, но с явной издёвкой. – Да и нам эта Лисичка глянулась. Так что... нет, братец, не получишь ты никого. Ступай лучше с миром!

Последние слова Рыжего прозвучали уже иначе, без насмешек, но с вполне ощутимой угрозой. У меня аж мурашки по спине пробежали. И на месте Улаха я бы унесла поскорее ноги.

Но он снова полез на рожон:

– А ты меня не стращай! Я сказал, эта девка моя, моя по праву. Не отдадите сами – силой заберу!

Если честно, сейчас мне стало не по себе уже не только из-за Улаха, ещё и слова Рыжего порядком напугали. Ну… про то, что я им приглянулась.

Как бы… от одного похотливого мерзавца избавившись, к двум другим не угодить…

Они, конечно, оба красавцы. Да только я не такая, чтобы вот так сразу!

Может, напрасно я чужакам доверилась? Может, пока они тут меня делят, надо скорее в лису перекинуться и дальше бежать. Не зря же я всегда только на себя полагалась.

А Рыжий, между тем, чуть склонив голову, исподлобья снова пристально поглядел на Улаха.

– Твоя, стало быть… Это по какому ж такому праву, скажи? Ты кто такой, вообще?

– Жених я её! – с вызовом вскинул косматую голову Улах.

– Жени-и-их?! – удивлённо протянул Рыжий. – А чего же она тогда от собственного жениха драпала так, что чуть не убилась?

– Дура потому что! – фыркнул Улах. И дружки, стоявшие подле него, хором загоготали.

– Зато ты больно умный, как я погляжу, – неожиданно рыкнул сумрачный Вир. И я вздрогнула и отпрянула от него, сообразив, что сама не заметила, как прижалась к ратнику со спины и вцепилась в плечо. – Додумался же девицу с собакой по полю гонять!

– Да я же это так… в шутку… Проучить малость хотел. Повздорили мы… – Улах, казалось, чуть смутился. Но тут же снова нос задрал: – Свадьба у нас завтра! Верните невесту!

– Так что… правда, жених? – снова вступил в разговор Рыжий, переводя внимательный взгляд с Улаха на меня, и обратно, будто насквозь видеть мог. – Не врёт?

– Жених, – поспешно кивнул Улах. – Правда.

– Врёт, врёт он всё! – не стерпев, я выскочила вперёд Вира, сжав до боли кулачки.

– Это она врёт! – не остался в долгу Улах.

Рыжий нахмурился, буравя нас взглядом.

– Так жених или нет? – теперь он смотрел только на меня и требовательно ждал ответа.

– Нет! – фыркнула я. И тут же с досадой притопнула ногой: – То есть… да… жених… Только я за него не пойду! Я ему брачных обещаний не давала и никогда за него не выйду! Пусть на мачехе моей женится, с которой сговорился! Она меня ему продала, не пожалела. А я… я умру лучше, но ему не достанусь!

Последние слова я выкрикнула с такой злостью и горечью, что они, кажется, лишили меня последних сил. Успела только заметить, как сменился с лица Рыжий – мигом помрачнел так, что стал напоминать своего приятеля.

А я как-то сразу сникла, ноги уже едва держали. Хотелось упасть на землю, свернуться клубочком и расплакаться.

Но тут на моё плечо легла тёплая ладонь. Угрюмый Вир снова мягко отстранил меня назад, а сам встал передо мной. Я рассеянно отметила, что пальцы его сжимали рукоять меча.

Но моё внимание тут же переключилось на его огненного друга.

– Ну… теперь всё ясно… – хмыкнул Рыжий. Недобро так хмыкнул. – Вот что… жених , ступай-ка туда, откуда пришёл, и свору свою забирай!