Вигго: Наследник клана (СИ) - Глебов Виктор - Страница 29

Очень захотелось сменить тему.

— Думаю, спецназ не согласится принять волю вампиров вне зависимости от того, станем мы гулять на солнце или нет.

Тристан усмехнулся.

— Приам при помощи корпорации «Асклеп» борется с нами, но мы не боремся с ним. Его режим нас устраивает.

— Почему?

— Он направлен на то, чтобы превратить людей в скот. Это как раз то, к чему стремятся носферату. Конечно, нам не нужны фермы или заповедники. Пусть пасутся свободно. Львы не загоняют антилоп за ограду, и мы не станем. Илион — наши охотничьи угодья! Наш домен.

Мне не хотелось спорить.

— Ты не согласен? — спросил Тристан.

— Может, эти рассуждения имели бы смысл, будь я вампиром чуть подольше. Но я пока не готов резко начать презирать сам себя.

Тристан рассмеялся.

— Да, нам нашими же грехами глаза не выколешь!

— Понятия не имею, о чём ты. И, если честно, мне насрать.

— Верю, — носферату посерьёзнел. — Верю, Вигго.

— Что такое «Асклеп»? — спросил я спустя пару секунд.

Мне представилась возможность узнать немного больше о мире, в котором я оказался, и было бы глупо ею не воспользоваться.

— Медицинская ассоциация. Ищет лекарства от всего этого говна, — Тристан повёл рукой вокруг себя, словно имея в виду целый мир. — От нас тоже. Во всяком случае, считается, что занят «Асклеп» именно этим — медицинскими исследованиями.

— А на самом деле?

— Ну, лекарства они действительно создают и продают. Но пока самым действенным их лекарственным средством я назвал бы спецназ.

— Спецназ работает на «Асклеп»?

Ответом мне был кивок.

— Медики прибрали к рукам город. Мэр смотрит им в рот. Фактически, он их марионетка. Но они — всего лишь люди.

— Да уж, куда им до планов на мировое господство! — проговорил я. — Даже не представляю врача, объявляющего себя высшим существом и вершителем судеб.

— О чём и речь, — нисколько не смутился Тристан. — Поэтому новыми богами станем мы. И, если Изольда права, ты — последний, кому следует над этим потешаться.

Я промолчал. Возникла пауза. Спустя некоторое время носферату сказал:

— Насчёт Вагнера. Ты хочешь встретиться с ним? — видимо, понял, что тему грядущего превосходства вампиров всё-таки стоит оставить.

— Возможно.

Я понятия не имел, затем мне Вагнер. Но что-то внутри меня требовало искать встречи с ним.

— Едва ли он сейчас в городе. Тот, кто охотится на Топях, редко задерживается по эту сторону стены.

— Где его найти?

— В здании «Нимрода». Это корпорация охотников на мутантов. Состоит из шести кланов. Весьма влиятельных. Хотя, конечно, до «Асклепа» им далеко.

Тристан принёс дымящиеся чашки. Одну поставил передо мной, другую взял себе. Я попробовал ароматный напиток и не испытал никакого отвращения. Напротив, вкус оказался вполне приятный. Что ж, тем легче будет при случае изображать человека. Было бы конфузно, если б меня вывернуло лимонадом или крендельком на какой-нибудь корпоративной вечеринке охотников на вампиров.

Глава 13

Тристан пил чай, не глядя на меня. Его взгляд блуждал по комнате, ни на чём не задерживаясь. Может, вампир тоже предавался воспоминаниям?

Я подумал, что, наверное, не очень интересно жить в таком доме. Не похоже, чтобы к Тристану часто заглядывали знакомые кровососы перетереть за жизнь — вон какую лекцию он мне прочитал о наполеоновских планах ночного народа. А может, наоборот, упыри тут собирались для дискуссий? Но вряд ли. Папаша Вигго производил впечатление отшельника. С другой стороны, не все ищут драк, погонь и перестрелок.

Мне вспомнился репортаж с военного парада, который я видел по телику в «Красной заводи».

— Какое здесь правление? — спросил я.

Брови Тристана изобразили недоумение.

— В смысле?

— Ну, государственное устройство. Демократия?

Вампир рассмеялся — очень искренне.

— Демократия⁈ Нет, спасибо!

— Что так?

— Демократия — это когда ленивые неудачники ждут, что власть даст им всё ни за что, и ненавидят тех, у кого хватило решимости и способностей взять необходимое самому.

— То есть, у вас не демократия.

— Ты на редкость сообразительный клон. Вообще, у нас города-государства, как в Древней Греции. Так что, как кто где устроился, так и живёт. В Петрополисе, например, как видно из названия, всем управляют нефтедобытчики. Там без топлива никуда.

Это он упомянул город, из которого я якобы приехал. Надо взять на заметку.

— И как это видно из названия? — спросил я.

— Petroleum — нефть.

— Ах, вон оно что! Я-то думал, это в честь Петра.

— Какого ещё Петра? — нахмурился носферату.

— Неважно. Так, а что в Илионе? Тирания? Диктатура? Этот ваш мэр Приам сильно смахивает на диктатора со своими пятью орденами.

— У нас говнократия.

— В каком смысле?

— Говно дорвалось до власти и делает вид, будто кем-то правит.

— А на самом деле?

— Не видишь, в какой яме мы живём? Это и городом-то назвать нельзя. Нет у нас никаких законов, кроме Заветов Зверя, а если и есть, то всем на них плевать. Каждый делает, что хочет. А мэр — просто номинальная фигура, от него ничего не зависит.

— Анархия, стало быть?

Тристан с досадой отмахнулся.

— Анархия — это когда нет самой идеи власти. У нас идея есть. Власти нет. Во всяком случае, не в том смысле, в каком ты спрашиваешь.

Это было интересно.

— А в каком есть?

— Ты же помнишь про корпорацию «Асклеп»?

— Амнезией, вроде, не страдаю. Только что разговор был про неё.

— Вот медики и заправляют в Илионе. Тем, до чего руки доходят. Но они — так, мелочь. Просто немного покрупнее остального планктона. Когда вампиры выйдут из тени, всё изменится.

В этом я не сомневался. Хотел ли принять участие в параде упыриной гласности и открытости? Едва ли. Собственно, у меня имелось конкретное дело, и амбиции кровососов касались меня лишь постольку, поскольку помогали его осуществить. А пока я не видел, как бы планы носферату на вознесение в божественный статус способствовали моему возвращению домой.

— А чего этот «Асклеп» так взъелся на нас? Чем медикам вампиры мешают?

— Ну, тут два момента.

— Хотелось бы услышать про оба.

— Любой власти, даже самой жалкой и номинальной, нужен враг, чтобы оправдывать своё существование. Тогда можно делать вид, что без неё все пропадут.

— Так, спецназ на страже внутренних рубежей. Понятно.

— Вот-вот. Внешних врагов, кроме лесных чудищ, у нас нет, да и от тех городская стена неплохо защищает, так приходится искать по сусекам хоть кого-нибудь.

— А конкретно вампиров медики выбрали, потому что…?

— Это же очевидно. На чём держится влияние врачей? На страхе людей перед болезнями и смертью. Им приходится часто лечиться, покупать медикаменты, платить за операции. Избавляться от боли.

— А вампиры регенерируются, — сообразил я.

— Именно. Кстати, если что, лекарства нам не помогают. Лучше таскай с собой пакетик с консервированной кровью. От него больше пользы будет.

— Учту. Где его взять только?

— Я тебе дам. Напомни только. В общем, мы никак не зависим от «Асклепа». И медиков это сильно бесит.

— Знали бы они ещё, что вы собираетесь подвинуть их с трона.

— Наверное, догадываются. Во всяком случае, подозревают.

Мне вспомнилась бойня, учинённая спецназом в лаборатории, где я «родился».

— Слушай, я видел, как бойцы «Асклепа» кидали в противников красные файерболы, которые при попадании превращались в миллионы раскалённых нитей. Сжигали врагов только так. Что это за штуки?

Тристан поморщился.

— Паразитическая магия, разработанная «Асклепом» специально для своих солдат. Больше ею никто не владеет. Называется «Пламя Диоскорида». Был такой когда-то исследователь ядов — в его честь и назвали. Штука очень мощная. К счастью, бойцов, получающих его, немного. Нужно иметь особенный генотип, чтобы вступить в симбиоз со специально выведенным магическим паразитом.