Круг Дней (ЛП) - Фоллетт Кен - Страница 111

— А теперь, все вместе выполним своё предназначение и отнесём эти камни к Монументу!

*

Ранним вечером пятого дня Джойа прибыла к Монументу с четвёртым камнем. Её встретила восторженная толпа. Люди ликовали, празднуя её победу. Вслед за ней шли отряды, тянувшие пятый и шестой камни. Все камни оставили снаружи Монумента. Там их предстояло обтесать, а уже потом перетащить на отведённые им места.

Глядя на шесть огромных камней, Джойа разделяла изумлённый восторг толпы. Шесть из девяти камней были доставлены сюда за пять дней, несмотря на всё, что произошло за эти дни.

Её восторг поутих, когда она подумала о завтрашнем дне. Ей нужно было, чтобы три отряда вернулись в Каменистую Долину и проделали всё то же самое с последними тремя камнями. Они устали и пережили жестокое нападение. Захотят ли они продолжать?

Она говорила с некоторыми из них на последнем отрезке пути, когда они тащили камень вдоль Восточной Реки, и была приятно удивлена, как много людей сказали, что полны решимости закончить дело, хотя бы назло земледельцам, которых они теперь ненавидели. В них проснулся дух племени. Другие, однако, помалкивали о своих дальнейших планах, и она заключила, что они не пойдут обратно в Каменистую Долину.

Теперь, глядя на добровольцев, она поняла, что некоторые уже исчезли. Она была встревожена, но вряд ли могла их винить. Согласившись на весёлое приключение, они оказались в битве не на жизнь, а на смерть. Понятно, что некоторые сошли с пути. Но ей нужно было всего шестьсот человек, половина от первоначального числа, чтобы переместить последние три камня. Это всё ещё было возможно.

— Ты должна поговорить с ними, — сказала Ди.

— Конечно. Но что мне сказать о риске того, что армия земледельцев ещё не разбита и может напасть снова?

— Скажи им правду. Ты никогда не поступаешь иначе.

— Но они могут уйти.

— В таком случае, да будет так.

«Это мудро», — мрачно подумала Джойа.

— Но солнце уже садится, — добавила Ди. — Тебе нужно сделать это сейчас, пока они все здесь.

— Ты права, — сказала Джойа. — Давай принесём шест для лазания.

Они приставили шест к камню, который принесли прошлым летом. Солнце, багровым кругом повисшее на западе, окрашивало серый камень в нежно-розовый цвет. Когда она достигла вершины и выпрямилась, она сияла в его закатных лучах.

Она не сделала своего обычного победного жеста, но они всё равно приветствовали её криками. Она по-прежнему была героем.

— Я устала, — начала она.

Они засмеялись, захлопали и закричали, что тоже устали.

— Но я возвращаюсь, — сказала она.

Они закричали в ответ.

— Я возвращаюсь завтра. Мы не закончили дело, но я должна вас предостеречь.

Шум стих. Джойа никогда не говорила так прежде.

— Вчера некоторые из наших друзей были убиты. И когда мы будем нести последние три камня к Монументу, на нас могут снова напасть, и ещё кто-то из нас может погибнуть. Поэтому я должна быть с вами честна и сказать прямо. Не будет ни позора, ни стыда для тех, кто примет решение отступить и не возвращаться со мной в Каменистую Долину завтра утром. Никто вас никогда не упрекнёт. Ваша жизнь принадлежит вам и только вам, и никто не вправе ею распоряжаться.

Они молчали, подавленные.

— Что до меня, то я хочу закончить дело. Я хочу одолеть земледельцев.

На это толпа ответила одобрительным гулом.

— Я возвращаюсь, какой бы ни была опасность впереди.

Крики стали громче.

— Если вы хотите закончить дело, если вы готовы рискнуть жизнью, тогда следуйте вместе со мной.

Они взревели в знак одобрения, и она, перейдя на крик, провозгласила:

— Мы выходим на рассвете!

Она спустилась. Внизу ждала Ди.

— У тебя получилось! — изумлённо сказала она. — Ты сказала им, что их жизнь будет в опасности, а они ответили ликованием!

— Хорошо, — сказала Джойа. — Но посмотрим, сколько их придёт утром.

*

В утреннем свете Джойа смотрела, как они сотнями стекаются к Монументу, но их было меньше, чем прежде. Они жевали свою солонину и возбуждённо болтали, и всё новые и новые люди подходили.

Когда взошло солнце, она подсчитала, что у неё чуть больше шестисот человек. Даже немного больше, чем ей было нужно. Она вздохнула с облегчением и повела их из Монумента через равнину к Восточной Реке. Джара шагала рядом с ней.

Сефт уже привязал опустевшие сани, готовые к тому, чтобы добровольцы потащили их обратно в Каменистую Долину. Хоть и очень прочные и тяжёлые, без камней они были лёгкими, и люди весело взялись за дело.

Настроение было приподнятым, но Джойа чувствовала, что доводит людей до предела. В будущем она постарается избегать такого напряжения. Никогда больше она не пообещает переместить девять камней за десять дней.

У всех было при себе оружие. Джойа несла буравчик, кремневый инструмент с очень тонким остриём, которым плотники делали отверстия в дереве. Однако до Каменистой Долины они дошли, не встретив на своем пути врага. Дорога на всём пути была в хорошем состоянии. И снова она тешила себя надеждой, что земледельцы сдались и ушли домой. И снова подозревала, что выдаёт желаемое за действительное.

Этой ночью в Каменистой Долине она спала в объятиях Ди. Наступил седьмой день, и Джойа всё ещё укладывалась в свой обещанный срок. Она успеет доставить к Монументу девять камней за десять дней.

Сефт, руководя теперь уже отработанной до мелочей процедурой, погрузил седьмой и восьмой камни на сани, и к полудню они отправились в путь. Девятый и последний камень погрузили к закату, и он должен был отправиться первым делом завтра.

На следующий день Джойа повела последний поход из долины через гребень.

К середине утра они прошли между двумя холмами. Оттуда дорога плавно поднималась и опускалась, а по обе стороны от неё паслись коровы. Они взобрались на склон, и Джойа объявила привал по ту сторону гребня, обеспечив длинный спуск для возобновления пути.

Она услышала, как Ди сказала:

— О нет!

Она посмотрела вперёд.

Вдалеке она увидела, что дорога перекрыта. Толпа примерно из ста пятидесяти мужчин гневно смотрела на добровольцев и гигантский камень. Это, несомненно, была армия земледельцев, и они явно искали драки.

Они тщательно всё рассчитали. Это был последний камень: сзади никого не было, подкреплению неоткуда было взяться.

Джойе стало дурно от разочарования и страха.

Джара не растерялась.

— Думаю, у нас есть преимущество, — сказала она. — Они потеряли много людей в той лунной битве.

— Это не игра! — возразила Джойа. — Если мы будем сражаться, некоторые из наших людей погибнут, даже если мы победим!

— Конечно, — сказала Джара. — Это же война. Единственная альтернатива в ней — это признание поражения.

— Я не могу этого принять, — сказала Джойа. — Я не стану причиной новых смертей.

— И каков же твой план? — скептически спросила Джара.

Плана у Джойи не было, но и сдаваться она не собиралась.

— Дай мне подумать, — сказала она и сошла с дороги. Корова с телёнком настороженно посмотрела на неё, другая промычала. Что она могла сделать? Она могла велеть всем бежать, бросив камень, но это так подорвало бы дух, что она, возможно, никогда больше не смогла бы вдохновить добровольцев. Замысел сам по себе был дерзким. Лишь её убежденность в успехе заставила людей поверить в него. Стоит ему провалиться, и идею уже никогда не возродить.

С другой стороны, даже такой провал лучше, чем гибель людей.

Она окинула взглядом Великую Равнину, где теперь стояли гигантский камень, две армии и сотни коров, и поняла, что у неё в распоряжении есть ещё одна мощная армия. Это стадо коров.

В её голове начал складываться план.

Она слышала о паническом беге стада у Полосы, когда животные, обезумев от жажды, рвались к реке. Сама она этого не видела, но рядом с ней стоял тот, кто наблюдал его в живую. Это был Зед. Он управлял стадом на западе равнины больше десяти лет, так что, вероятно, знал о коровах всё, что только можно было знать.