Древо познания: Факультет призыва (СИ) - Стааль Дарья - Страница 7

– Соскучились? – спросила она, и стены вздрогнули от дружного «да!»

– А вы? – леди-ректор кинула взгляд через плечо на преподавателей. Те лишь кисло улыбнулись, а их начальница хмыкнула.

– Что ж, мои дорогие, я поздравляю вас с началом очередного учебного года.

Студенты снова радостно зашумели.

– Надеюсь, в этом году вы порадуете наших преподавателей не только отменными выходками, но и успехами в учебе.

Раздались негромкие смешки.

– Напоминаю, что распитие спиртных напитков, курение и дуэли не являются причиной к отчислению, но, несомненно, могут стать поводом. Рекомендую не испытывать мое терпение и заниматься здесь тем, зачем явились под сень Древа познания. Учиться, мои дорогие студенты, если вдруг кто забыл.

И выразительный взгляд на какой-то стол, за которым, вероятно, собрались самые безбашенные ученики.

– Помните, что здесь, сейчас в этом зале рядом с вами собрались самые талантливые юноши и девушки нашего мира. А все регалии и великие заслуги ваших семей остались за воротами. Не чистота крови определяет путь мага, лишь его способности и умения.

Зал торжественно молчал. Энт-Виллоу достала из воздуха бокал с шампанским и пригубила.

– Налетайте уже, саранча, хватит смотреть на меня голодными глазами, – разрешающий жест рукой и хитрая усмешка.

Студенты одобрительно загудели, звякая посудой. Ужин был великолепен, и я даже позволила себе бокал шампанского, но игристое вино так и не притупило ощущение чужого взгляда.

6

Первым занятием для неофитов было введение в специальность, чтобы студенты сразу прониклись, что их ждет ближайшие шесть лет. Вообще-то, обычно это практические занятия. Алхимики в уютных лабораториях сейчас смотрят, но не трогают посуду, боевые маги носятся по тренировочному полю, лекари имеют экскурсию в самую убогую богадельню…

А мы вот сидели в аудитории, которая была явно великовата для нашей группы. Впрочем, любая аудитория была бы великовата для трех человек. Помимо меня студентами первого курса факультета призыва были тихий парень и заносчивого вида девчонка. Мы сидел молча на разных партах и ждали начала урока, который, судя по настенным часам, начался четверть часа назад.

– Может, мы ошиблись аудиторией? – не выдержал парень.

– Втроем? – ехидно уточнила девушка.

На этом общение окончилось.

Прошла еще четверть и, наконец, входная дверь отворилась. Сначала в помещение вошел стойкий запах перегара, а затем и его обладатель – высокий мужчина лет сорока. Сальные патлы средней длины разделены на прямой пробор, мятая одежда, такое же мятое лицо с недельной щетиной. У вошедшего не гнулось правое колено, и он тяжело опирался на трость.

Дохромав до середины кафедры, мужчина похлопал по бедру тростью. Тотчас один из стульев неуклюже выбрался из-за стола и шумно прискакал к магу. Обладатель сногсшибающего амбре тяжело опустился на стул, вытянул травмированную ногу, откинулся на спинку стула и без особого энтузиазма посмотрел на нас.

– Ну-с… как говорится, добро пожаловать на факультет призыва, – сипло поприветствовали нас.

Перспективы вырисовывались потрясающие.

– Как вы знаете, дар призыва – чрезвычайно редок. Так что вам несказанно повезло, что вы оказались здесь. И вам еще больше повезет, если вы доучитесь хотя бы до второго курса.

Более воодушевляющее вступление сложно было придумать. Но мужчина явно старался.

– Меня зовут энт-Койн, и я декан факультета призыва. Последнего мага с этим даром я закончил обучать лет эдак десять назад. Кто-нибудь уже призывал себе ори? Никто? Ну, будем откровенны, вы тоже врядли доучитесь до конца первого курса. Так что предлагаю сэкономить время и деньги и разойтись…

Маг умолк, а мы невольно переглянулись.

– Вы пьяны, – брезгливо заявила девушка.

– Есть немного, – охотно согласился мужчина.

– Нас что, будет обучать нетрезвый преподаватель? – возмутилась моя одногруппница.

– Вряд ли, – покладисто согласился маг. – Врядли вас можно обучить.

– Ну, знаете… – вспыхнула девушка и вскочила на ноги. – Я иду к ректору!

Вместо ответа мужчина сделал широкий приглашающий жест, и входная дверь распахнулась. Моя одногруппница гордо вскинула голову и промаршировала на выход, барабаня каблуками.

– Вы правда не будете нас обучать? – тихо уточнил совершенно сбитый с толку парень.

– А зачем? У вас скорее всего уже замерший дар, раз вы к шестнадцати годам ни разу не призвали ори. Нет смысла тратить время, – пожал плечами маг.

Парень нахмурился, подхватил сумку и вышел вслед за девушкой.

– А ты чего сидишь? – спросил мужчина, проводив второго из трех своих студентов взглядом.

Хотелось сказать, что у меня выбора не особенно – или замуж, или за парту, но я решила, что у нас с этим уважаемым преподавателем не слишком близкие отношения для подобных бесед. Однако кое-что меня серьезно озадачивало.

– Есть вопрос, – честно призналась я.

– Валяй, – добродушно улыбнулся маг.

– Что такое ори?

Маг прищурился и выпрямился на стуле. Положив обе ладони на набалдашник трости, которой он опирался меж ног, мужчина изрек:

– Интересно…

Уточнять, что же интересно этому эпатажному типу, желания не было никакого, поэтому я переспросила:

– Так вы ответите?

– Нет.

Ну еще бы.

– Но ты можешь прочесть. Параграфы с первого по двадцать второй «Основы призыва».

Я кивнула и аккуратно записала свое первое домашнее задание. А маг тяжело поднялся и заковылял к выходу. Но у двери обернулся и внезапно спросил:

– Саар, да?

Пришлось растерянно кивнуть.

– Так и думал, – ответил декан и вышел.

У меня что, на лбу написано?

7

Мама всегда была уверена в том, что говорить мне гадости – ее святая обязанность. Ведь никто, кроме родной матери, не скажет эту горькую, но жизненно важную правду! Причем где там правда, а где ее личное мнение и в каких пропорциях оно размешено для меня долгое время оставалось загадкой.

Однако благодаря этой суровой, но, безусловно, справедливой критике, я точно знала, что мои тощие ручки нужно обязательно прятать в рукава. Мои ступни слишком большого размера для девушки и лучше пусть швея заново обошьет подол, но никто не должен видеть таких гигантских туфель. Смеюсь я, естественно, как конь, поэтому всегда нужно держать себя в руках и вежливо улыбаться. А еще у меня напрочь отсутствует музыкальный слух, и я совершенно неусидчива для рукоделия.

И вот, имея весь этот ценный груз классического воспитания, я осталась в пугающе пустом коридоре в огромном здании в поисках библиотеки. Для начала стоило бы, конечно, пожалеть себя. Девушке моего социального положения и всплакнуть над своей тяжелой судьбой не постыдно. Но вот что странно, лошадиные дозы горьких пилюль от матушки все-таки возымели действие! Хоть и совершенно неожиданное, зато весьма эффективное.

Я умела виртуозно злиться, и злость моя превращалась в энергию. Она подстегивала, дразнила, мотивировала и придавала сил. Любую эмоцию я могла превратить в злость, и действовать на этом токсичном топливе.

Поэтому хватило лишь пары мгновений растерянности, чтобы почувствовать такой приятный, хоть и ядовитый адреналин в крови. Я злилась на свою беспомощность и готова была брать первый барьер. Для выживания в академии нужно было научиться в ней ориентироваться, а с этим мне должны были помочь справочные руны.

Вчера мне удалось подсмотреть, как кто-то из студентов пользовался магической навигацией, так что решительно дотопав до корявенького вопросительного знака, я ткнула в него пальцем. Перед моим носом любезно прочертили горизонтальную линию, в которой я сердито вписала пальцем: «Как попасть в библиотеку?»

Делов-то!

Библиотека занимала два нижних этажа, имела совершенно скромную входную дверь всего с одной лестницы и золотую вывеску «Хранилище знаний». За дверью скрывалась небольшая комнатка в темных тонах. Здесь потрескивал камин, стояла массивная мягкая мебель, а за длинным тяжелым столом сидела та сама женщина, что встречала нас в первый день. Энт-Эпли увлеченно изучала какой-то громоздкий фолиант.