Древо познания: Факультет призыва (СИ) - Стааль Дарья - Страница 21

– Сдерживая ее силу и попробовав сослать в мир почти без магии?

Рагнар помолчал, рассматривая хмельное золото в своем бокале.

– За ней увивается ледяной маг, старший сын ис-Лотиана. Нацепил на нее артефакт Варме. Она теперь от любого чиха может или форму сменить, или их университетик спалить к демоновой матери. Причем первое в разы опаснее второго. Приеду – башку откручу.

– Велиару или его сыну? – уточнила Линнея, развеселившись, представляя, как главе Совета магов мира Льда огненный маг и старый друг откручивает голову.

– Обоим, – мрачно ответил огненный маг.

– А почему ты не расскажешь ей правду? – внезапно спросила Линнея.

– Зачем? – не понял Рагнар.

– Как это «зачем»? – возмутилась леди-ректор. – Затем! За ТЕМ САМЫМ!

– Она еще не готова, – отрезал мужчина, а Линнея расхохоталась в голос.

– Она-то готова, а вот ты – нет!

Рагнар скривился. В глазах огненного мага его любимая дочь навсегда останется маленькой девочкой. Конечно, она немного необычный ребенок, но пара незначительных секретов не делает ее слишком взрослой. По крайней мере, ему так хотелось думать.

24

Тем же вечером Энт-Койн принес сдерживающий артефакт. Это был широкий цельный браслет из двух видов дерева с рунической резьбой. Снимать его мне строго-настрого запретили, и только на практических занятиях я могла пользоваться магией. Но для этого нужно было, чтобы кто-то сдвинул половинки браслета, нарушив руническую вязь. Самостоятельно такой трюк у меня проделать не получалось, хотя я неоднократно пробовала: механизм был слишком тугой, и одной руки не хватало.

Следующие дни проходили в суматохе. Меня освободили от всех теоретических занятий, кроме профильных, а остальное время забили тренировками. И честно признаться, я иногда сомневалась, у кого восторга от происходящего больше – у меня или у декана. Он уже не язвил, не унижал, но и не жалел. Словно одержимый, он торопился научить меня всему, что знал сам. И за этой фанатичностью скрывалось что-то большее. Не просто пустой факультет смертников, а что-то настолько личное, что становилось страшно.

В конце месяца я практически ползла на ужин, размышляя о том, что от кровати меня отделяет только первое, второе, третье и десерт.

Однако до столовой в тот вечер добраться так и не удалось. Иви поджидала меня прямо за первым поворотом от моей комнаты. Вид у девушки был торжественный, а у меня начали закрадываться подозрения о судьбе собственных планов.

– Есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться! – зашептала Иви, щекоча дыханием ухо. Я захихикала, а подруга восприняла это в качестве согласия и поволокла куда-то в сторону от вожделенной еды.

– Эй, а ужин?! – возмутилась я.

– Будет тебе ужин, получше этого, – заверила Иви.

– Может, завтра? – без особой надежды спросила я.

– Не-не, завтра увольнение у гвардейцев, ни в одно приличное место не попадем.

Я вздохнула и решила не сопротивляться. В конце концов, завтра увольнение не только у гвардейцев, но еще и выходной в академии.

Несложно догадаться, что путь наш лежал через потайной ход в город. Когда Раймонд закрыл за нами секретную калиточку, я скрестила руки на груди и вопросительно посмотрела на друзей.

– Мы тут посовещались и решили, что стоит это дело отметить, – без какого-либо вступления начала Иви.

– Твою магию, – пояснил Керт, видя, как я пытаюсь сообразить, что ж у нас за дело такое было.

Что ж, повод и правда достойный.

Кабак назывался «Зуб Дракона» и был вполне приличным местом. В основном потому, что его облюбовали гвардейцы и, как ни странно, студенты. Если до этого вечера мне казалось, что мои друзья на особенном счету у леди-ректор, то пришлось жестоко разочароваться: энт-Виллоу вовсю пользовалась дешевой рабочей силой своих воспитанников и сносно платила за выполненные поручения. Иви даже процитировала леди-ректор по этому поводу: «Лучше вы будете бегать по моим поручениям, чем отчаянно искать сомнительные источники дополнительных доходов с риском для жизни и репутации Древа познания».

И не поспоришь.

Нам выделили круглый стол в самом дальнем углу помещения. Ребята долго выбирали, что будут есть, и быстро, что будут пить. Я немного растерялась, глядя на засаленный и мятый лист плотной пожелтевшей бумаги, служившей здесь меню. Названия были весьма поэтичные: холодная закуска «патрульный паек» или салат «дьявольские силки». Наугад ткнула в список, но заметила, как Раймонд поморщился.

– Что? – вскинула бровь.

– Ничего, – подкачал головой парень.

– Ну уж нет, говори, – потребовала, отложив меню.

– Просто тебе не понравится, – пожал плечами Раймонд.

Я вопросительно посмотрела на него, а он нехотя пояснил:

– Это очень жирное и зажаренное до хруста, а ты обычно ешь что-то более нежное.

Хотелось возмутиться, но с удивлением осознала, что Раймонд прав. Как странно, я-то всегда считала, что ем все подряд.

– И что ты посоветуешь?

– Возьми вот это, это мясное рагу. Оно здесь вполне неплохое. И пиво лучше вот это, будет светлое и мягкое. Ты же выбрала стаут, а он порядком горчит.

Я почувствовала себя неловко и пробормотала:

– Сколько всего еще нужно узнать о реальной жизни.

Керт усмехнулся:

– Хочу тебя огорчить, жизнь за пределами загона для аристократов не такая уж и цветущая.

– Маги все же не крестьяне, – возразила Иви. – А с нашими планами на будущее жизнь будет сплошное удовольствие.

– А какие у вас планы? – полюбопытствовала я.

Мне казалось, что сейчас Иви начнет рассказывать грандиозные замыслы по захвату всемирового господства, но ее планы были на удивление скромными, но от этого не менее милыми и какими-то… уютными, что ли.

Они с Кертом планировали скромную свадьбу по окончании академии. Затем всех троих ждал гвардейский корпус. И по тому, как ребятам кивали проходящие мимо военные, я была уверена – проблем с зачислением у них не будет. Потом Иви пустилась в красочные описания тех простых и естественных этапов жизни, о которых леди моего положения никогда бы не задумалась. Собственный дом. Отдельно стоящий, двухэтажный с большими окнами и крошечным палисадником для снятия стресса. Собственный магазинчик, открытый девушкой по увольнению из гвардии. Уволится она, конечно же, в запас и, естественно, по беременности. Трое детей. Два пацана и дочурка, план был такой и обязательно в такой последовательности. Льняные занавески, вышитые большими маками. Дверной молоточек в форме когтистой лапы. Запах хлеба на кухне. Колыбель, подвешенная на потолочном крюке.

Я слушала Иви и приходила в восторг от того, какая простая и счастливая будет у них жизнь. А Раймонд смотрел на друзей с такой светлой печалью, что мне почему-то в голову лезло сравнение «белая зависть».

Странно, конечно, но за все время нашего знакомства я ни разу не видела энт-Тёрна с девушкой. Нет, он был весьма популярен. Настолько, что иногда на него даже вешались самые отчаянные девицы, и ему приходилось мягко, с шутками, чтобы не задеть девичье самолюбие, но неизменно решительно отцеплять от себя поклонниц. Мне, конечно, до его личной жизни не было никакого дела, но наблюдать подобное противно. Ну противно же?

Вечер проходил очень душевно. Еда оказалась вкусной, выпивка – легкой. Мы обсуждали слухи про службу в гвардии, как выглядит жизнь магов-аристократов и сколько стоит получить место в торговом ряду Ярмарки. Периодически к нашему столу подходили люди: поздороваться и перекинуться парой слов. А когда рядом буквально из ниоткуда возник гвардеец с нашивками капитана, мы его даже не сразу заметили – так увлеченно спорили.

– Молодые люди.

Вот так, просто и негромко, но мы сразу почувствовали себя нашкодившими котятами.

– Даже спрашивать не буду, знает ли энт-Виллоу, где вы.

Мне стало не по себе под тяжелым взглядом мужчины.

– Мы как раз собирались расплачиваться, – негромко ответил Раймонд.