Кавказский брак. Нелюбимая (СИ) - Блио Элен - Страница 12

- К вам приезжали?

- Ну да. Он… он предлагал мне вернуться, с ними жить, но я отказалась. А Патимат… Патимат мне рассказала, что это его мать меня какими-то травками опаивала, поэтому мой малыш и родился таким. Касим же на мне по любви женился, у родителей не спрашивал, вот так они с нами и обошлись.

Нурия помогала Саиду, защищала его, воспитывала. Сказала мне, что его родители от него отказались.

- Привезли вот так и оставили, деньги только переводят. И каждый год звонят спрашивают – не умер ли.

Я не понимала как так можно.

Но, видимо, можно.

Мы с Саидом подружились. Он мне давал смотреть кино, книжки читать. Книг у него целая библиотека была скачана, самых разных.

Но никаких соцсетей у него не было, и написать никому было нельзя.

Саид мне сразу сказал – если вычислят нас, то всё.

- Бабушку Нурию нельзя подставлять. Понимаешь?

Я понимала.

Да и кому я могла написать?

Отцу? Который меня сам продал Булатову?

Подругам?

Разве они могли бы мне помочь?

Тёте? Тётю Зулейху я хотела бы найти. Но реально было страшно подставлять бабушку Нурию.

Она меня жалела.

Меня ведь привезли не просто для того, чтобы подальше спрятать.

Я должна была работать.

Прясть пряжу из овечьей шерсти. Вязать варежки, носки.

Шить жилетки из овчины.

Всё это потом забирали на продажу.

У меня получалось не очень хорошо, но Нурия помогала.

Прикрывала меня.

Эта жизнь в горах на самом деле была свободой.

Свободой мечтать.

Я мечтала, что когда-нибудь за мной приедет принц на белом коне, посадит меня рядом с собой, увезёт по маковым полям далеко-далеко. Он будет меня любить. Я буду его нежной королевой.

Ночами я лежала на узкой кровати, смотрела в окно, где висели или низкие тучи или яркие звёзды и мечтала.

О любви.

О любимом.

О счастье.

О большой семье, где будет много детей. Любимых детей. Детей, которых я буду любить, защищать, оберегать от зла этого мира. Даже если они родятся больными, некрасивыми…Это ведь будут мои дети! Мои!

Большая семья, где все друг друга любят.

Я мечтала об этом.

Хотела быть не свободной, а любимой.

И любить.

Вот только…

Тот мужчина на белом коне…

У него было лицо Османа.

И я никак не могла это изменить.

Увы.

И мечтала я о том, что Осман приедет, встанет передо мной на колени, скажет: «Прости меня, Аля, я поступил с тобой неправильно, меня сжигала ненависть и ярость, но я понял, что обвиняю тебя в том, в чём ты не виновата. Ты не должна отвечать за грехи матери. Ты вообще не должна отвечать за чьи-то грехи. Моя месть не имеет смысла, потому что я тебя полюбил. Хочу быть с тобой, хочу, чтобы ты стала моей. Любимой, единственной…»

Господи, как мне стыдно сейчас за те глупые, детские мысли!

За эти девичьи мечты!

Наверное, я тогда слишком много смотрела глупых турецких сериалов.

И читала всякие книжки про любовь.

Там тоже герой сначала был жёстким, суровым, ненавидел героиню, всячески её унижал, а потом выяснялось, что просто её оговорили, он думал о ней дурно, но осознал, что она не виновата, понял, что любит и готов вымаливать прощение…

Я примеряла судьбы этих героинь на себя.

И верила, что Осман тоже может как герои романов пересмотреть своё отношение ко мне. Понять, что я ни в чем не виновата перед ним и его семьёй.

Полюбить…

Мы много болтали с Саидом, особенно вечерами.

Он, кстати, тоже не сидел без дела.

Мало того, что учился, он умудрялся еще и работать через интернет! Зарабатывал, деньги копил на каком-то киберкошельке. Говорил мне, что скоро у него там будет внушительная сумма и тогда мы с ним сможем вместе сбежать.

Только…

Я не хотела бежать.

Я надеялась, что Осман приедет за мной.

Даже через несколько месяцев, проведённых в горах, верила!

Я верила, что он поймёт.

Что он любит… где-то в глубине души он меня любит! А всё, что произошло, это…это просто его гордость, его обида за семью. Это я могла понять.

- Ты… ты ничего не знаешь, Алия. Всё не так…- сказал мне Саид как-то, когда я призналась в том, что жду моего мужа.

- Что не так, Саид? Почему ты считаешь, что Осман не может… не может измениться? Я же… я помню, как он смотрел на меня, когда мы с ним… мы с ним гуляли, ходили на свидания. Так не смотрят на тех, кого ненавидят. Так смотрят на девушек, которые… которые нравятся!

- Твой Осман женится.

- Что?

Глава 17

- Вам было всё равно, Алия?

Психолог задаёт вопросы, и я сама не замечаю, как отвечаю, рассказывая ей события той зимы.

Да, да, это уже была зима.

Саид не хотел, но ему пришлось показать мне то, что он нашёл. Я вынудила.

Мы с ним не могли оставлять свой виртуальный, цифровой след в интернете – это он так называл. Не могли писать, общаться, но сёрфить, то есть искать – вполне.

Я не занималась этим, даже не думала! Да и зачем мне было? О чём узнавать? О ком?

А вот Саид…

- Эльмира. Её зовут Эльмира. Они давно в отношениях. Она дочь какого-то его партнера, некровная родственница.

Каждое его слово было мне как нож в спину.

Давно в отношениях. Давно.

Значит, ходил на свидания со мной, смотрел, а сам…

Боже, я действительно была такой наивной дурочкой тогда!

Начиталась романов и сказок.

Забыла о том, как обошёлся со мной Осман…

Эльмира. Мне кажется, я видела её на нашей свадьбе. Помню, как обращались к одной из девушек, которая стояла в хороводе…

Красивая. Восточная. Знойная…

- Эльмира… и… она готова быть второй женой?

- Почему второй? – Усмехнулся Саид горько. – Учитывая, что ты тут… она будет первой.

- А что… что-то пишут обо мне? Ну… там же должна быть хоть какая-то информация?

- Нет, только…

- Что?

- Ты серьёзно больна. Осман лечит тебя в зарубежной клинике.

Как удобно!

Для него это было очень удобно.

После того как Саид мне рассказал я не спала всю ночь.

Что стоило Осману реально меня убить?

Ничего.

Я придумала десяток способов. И не подкопаться же будет!

Кто расскажет?

Саид? Тот, кого считают полубезумным, больным?

Бабушка Нурия? Её тоже можно совершенно спокойно признать невменяемой.

И всё.

Меня никто не будет искать.

Никто ничего никогда не узнает.

Я не хотела так!

Я хотела жить.

Поэтому…

- Саид, пожалуйста, давай сбежим.

- Нельзя, Алия. У меня еще не так много средств и вообще.

- Что вообще?

- Как ты себе это представляешь? Посмотри в окно! Пурга уже несколько дней. Все перевалы завалены снегом. Мы просто не выберемся, учитывая, сто я почти не хожу, мне нужны палки или коляска.

- Нам нужна машина!

- Ты умеешь водить?

- Я пробовала. Когда-то… водила машину, и даже трактор. Если мы найдём трактор?

- Откуда здесь трактора?

- Здесь есть снегоуборочная техника.

- Очень редко. Она тут может не появиться, пока не пройдёт циклон.

У меня сердце сжалось.

- Может… может тогда лошадь? У старого Махмуда же есть лошадь?

- Как ты себе представляешь меня на лошади? Алия, я… нет, ты, конечно, можешь свалить одна…

- Нет, одна я не поеду, просто…

- Что?

- Я боюсь, Саид. Он… Он убьёт меня.

- Осман? Зачем ему это?

- Ты сам сказал, что его Эльмира может стать первой женой. Понимаешь? Он…они специально делают вид, что я больна, я в клинике. Чтобы ни у кого не возникло вопросов. Меня просто не будет, и всё…

- Что ты ему такого сделала?

Я не рассказывала Саиду, почему мой муж так со мной обошелся, не рассказывала до того дня.

- Какой же он…

Саид выругался грязно на его родном языке.

- Теперь ты понимаешь, что нам надо бежать?

Мы стали готовить побег.

Саид с таким воодушевлением взялся за планирование, у него глаза горели. А я видела, с какой тоской смотрит на нас Нурия.