Мой (не) преследователь - Андерсон Анастасия - Страница 5

– Что за глупости? Он же прислал за мной.

– Его срочно вызвали на поисковые мероприятия, – пожал плечами парень. – Мне наказали передать вам, что встреча переносится на завтра.

– Встреча, – бухтела я себе под нос, спускаясь по ступенькам. – Никакая не встреча, а допрос. Прошло время, когда Матиас назначал мне встречи.

Дома меня встретила Мэри.

– Летти, ты как уехала, у меня сразу сердце прихватило!

– Как же так? За лекарем послали?

– Никакой лекарь не нужен. Ты вернулась, и мне уже полегчало. Скажи, что там с инквизитором?

– Ничего особенного, интересуется, как я живу.

– Боюсь я его, Летти, помню взгляд, когда ты ему отказала в помолвке. Такие мужчины не забывают обид.

– А какие люди их забывают?

– Полно тебе, всё паясничаешь, – пожурила меня старушка.

– Не хочу о нём разговаривать. Есть темы гораздо интереснее, – я отвела взгляд в сторону, боясь, что он меня выдаст.

Мэри, одна из немногих знавшая меня с детства, всегда понимала, когда я лгу.

– Хорошо. Ты уж прости меня старуху, я за тебя переживаю.

– Я знаю, Мэри. А я переживаю за тебя. И поэтому запрещаю тебе волноваться. Слышишь меня? – и я положила голову няне на колени.

Мэри обняла меня, и на какой-то миг я почувствовала себя в безопасности. Будто я снова та маленькая девочка, которую старая няня может уберечь от всего плохого.

– Как же я соскучилась по тебе, ты даже не представляешь, – тихонько прошептала я.

Вечером я заметила движение за окном. Высокая фигура в камзоле. Матиас Веларэс. Я даже не стала дожидаться, пока он войдёт в дом, и решила выйти сама. Спустившись по ступеням, я отправилась прямиком к инквизитору.

– Что ты здесь делаешь?

– Не мог дождаться нашего утреннего свидания, – усмехнулся мужчина.

– В какие игры ты играешь? – спросила я инквизитора, глядя прямо в глаза.

– Игры? Нет, Летти, игры давно закончились, моя дорогая. Признаться, мы с вами могли уладить этот конфликт по-семейному. Но, увы, вы мне отказали.

– И не без причин! – вспылила я.

– И какая же была основная причина? В том, что я простолюдин, а вы графиня?

– Ты же знаешь, дело было совсем не в этом, – ответила я.

– Для меня это уже неважно, Летти, – сухо произнёс инквизитор. – Я здесь, чтобы тебя предупредить. Я нашёл новые улики против твоего брата.

На миг я, кажется, перестала дышать.

– В день, когда была обнаружена пропажа реликвии, твой брат посещал библиотеку под предлогом участия в научном собрании. Более того, участники отметили, что твой брат вёл себя очень нервно и подозрительно.

– Это ещё не доказывает его вину.

– Он ушёл с середины мероприятия. Раньше всех остальных. И исчез. Понимаешь, к чему я веду? – Матиас пристально посмотрел на меня.

– Михаэль наверняка это всё объяснит.

– Конечно. Только в тюрьме. Мне пора покинуть ваше общество, – мужчина насмешливо попрощался.

– Скучать не буду, – ответила я.

– Летти, – Матиас слегка помедлил, – не вздумай опять исчезать. Я понятия не имею, как ты скрылась от меня, но не смей повторять этот фокус. Запомнила? – и мужчина ласково заправил мне прядь волос.

– Руки прочь, Матиас! – отскочила я от инквизитора. – Руки прочь…

Веларэс развернулся и ушёл.

Короткий разговор с ним взволновал меня. Я сильно переживала за брата.

Но была ещё одна вещь, тревожившая меня, помимо беспокойства о родственнике.

Инквизитор разворошил дела давно минувших дней. Сердце болезненно сжалось от воспоминаний.

Едва мне исполнилось восемнадцать, дедушка решил устроить мою судьбу и стал подыскивать женихов. Дело оставалось за малым – выбрать кандидата.

Наша семья была известной, богатой и с хорошей родословной. Породниться со старым графом желающих было немало. С утра до ночи дома была суета. Приезжали курьеры с цветами и записками. Проводились балы и званые ужины.

На одном из таких мероприятий появился он. Матиас Веларэс во всей красе. Высокий и широкоплечий, парень сразу привлёк моё внимание. Умные, слегка насмешливые глаза. Светлые волосы, полные изогнутые в лукавой усмешке губы. Веларэс был ожившей девичьей мечтой.

Конечно же, я заинтересовалась им. Весь вечер мы танцевали и разговаривали. Он шутил, а я затаив дыхание, слушала его истории. Очаровавшись им, я сразу же сообщила об этом семье.

Дело пары дней – узнать о нём чуть больше для заключения помолвки.

Общей информации о мужчине было немного. Тогда он был начальником личной гвардии императора. Парнем из простого народа, добившимся всего самостоятельно. В первый же вечер знакомства он отправился к нам с предложением руки и сердца.

На следующее утро Матиас прислал записку. Через день мы встретились погулять в парке. Вечером меня ждали цветы и новое послание.

Так продолжалось почти месяц. Правила приличия не позволяли мне видеть его каждый день. Но передавать друг другу записки с посыльными было ещё более волнующе.

Матиас вскружил мне голову, пока в один ужасный день всё не рухнуло. Дедушкин доносчик сообщил нам: парень заинтересован в наследовании моего приданого и титуле.

Вспыливший дед тут же позвал к себе неудавшегося зятя и в красках рассказал, почему ему не видеть моих руки и сердца.

Вот с рукой он, конечно, не ошибся, а насчёт сердца был неправ. За время общения я влюбилась в Матиаса и тяжело переживала новости о его корыстности. И хоть я старалась не показывать разочарование и обиду, домашние знали, как тяжело мне приходится. Вся семья, как могла, подбадривала меня.

Ночами напролёт я рыдала в подушки, а днём вставала и с бесстрастным лицом занималась привычными делами. Дед стал более требователен к кандидатам. Но я упросила его отложить поиски женихов хотя бы на год.

Ровно через год дедушки не стало. Помня о разочаровании и своём разбитом сердце, я сторонилась мужчин. Не отвечала на письма или приглашения на свидания. А на балах теперь не танцевала более одного танца с кавалером.

Стоит заметить, дед так и не рассказал полную версию его разговора с Матиасом. Веларэс пару раз искал со мной встречи и старался передать записки. Но я отклоняла все его попытки.

В конце концов, парень смирился с отказом и отстал от меня. После этого я видела его пару раз издалека. Он внимательно наблюдал за мной. Едва я ловила себя на рассматривании милых моему сердцу черт, как сразу же разворачивалась и уходила.

Я просила домашних не упоминать о нём. Но запретить сердцу вспоминать Матиаса была не в силах.

Даже сейчас, я возвращалась мыслями в тот месяц беззаботного счастья и влюблённости.

Иногда я даже беседовала с Матиасом. Не реальным, а воображаемым. Придуманным моим очарованным мозгом.

Спрашивала его, почему он так поступил, или вовсе делала вид, что ничего не произошло, и представляла себе нашу беззаботную беседу. Я никому не говорила, что Матиас всё ещё жил в моём сердце. Мне даже себе было в этом сложно признаться.

Как дети придумывают воображаемых друзей, так я беседовала с несуществующим теперь уже инквизитором.

Я чётко осознавала, что между моим «придуманным» и «настоящим» Матиасом была огромная пропасть. Но я не могла расстаться с мыслями о нём. Иногда я отвлекалась и месяцами не думала о мужчине.

Но позже всё возвращалось с новой силой, словно тайфун, сметая всё на своём пути. Мне искренне хотелось, чтобы воспоминания о нём перестали посещать меня. Но, как я ни старалась разлюбить его, не смогла.

Матиас, заняв должность инквизитора, стал более жесток и холоден. Всё больше сплетен расползалось о нём по городу. Всё меньше людей хотели узнать его тайны. А инквизитор больше никому не доверял…

 Я вернулась в дом и задумалась.

– Кто бы смог мне помочь отыскать брата?

Метка на руке начала зудеть. Я достала мазь Хосе и нанесла на кожу. Теперь должно стать легче. С каждым днём метка увеличивалась. Всё больше сияла серебристым светом и принимала необычную форму. Иногда в ней можно было увидеть витиеватые узоры. В ту же секунду, что я ловила их взглядом, они меняли свою форму.