Воплощение Похоти 6 (СИ) - Некрасов Игорь - Страница 46

— Хорошо! — бодро ответила Лула, пока её пальцы активно перебирали по посоху, но потом её лицо приняло задумчивое выражение. — А можно тогда… меня один из наших големов повыше поднимет? Чтобы я видела, куда бить?

Я на секунду задумался:

А умно! С её позиции на земле горизонт загораживают спины нежити и неровности местности.

— Да, логично, — кивнул я и повернулся к Сате, чтобы отдать распоряжение, но она уже всё поняла.

И прежде чем я успел открыть рот, один из костяных големов, стоявших чуть позади, тяжело шагнул вперёд. Затем бережно, почти аккуратно, насколько это возможно для груды костей, он опустил свою массивную руку, образуя платформу. И Лула, довольно хихикая, взобралась на неё, а затем голем поднял её и усадил себе на плечо. Теперь она находилась на добрых три метра над землёй, и её взору открывалась вся панорама боя.

— Ого! — воскликнула она, оглядываясь. — Теперь всё видно! Я буду следить, бить магией и убивать!

— Не спеши только сразу же палить заклинаниями, — предупредил я её. — Сначала осмотрись, выбери самые важные цели! И бей только наверняка!

— Поняла! — она торжественно кивнула с высоты своего нового наблюдательного пункта.

Я отвернулся и вернул взгляд к реальности, оторвавшись от экранчиков «Ока».

Впереди открывалась картина во всей её первобытной жестокости. Первые ряды низшей нежити — нескончаемая стена костяных фигур и ковыляющих, облезлых зомби — наконец-то добрались до передовой. Не было красивой строевой атаки, чётких манёвров. Был грохочущий, скрежещущий навал.

Скелеты, держа перед собой потёртые, ржавые щиты и зазубренное оружие — кто кривые мечи, кто обломки алебард, — врезались в чёрную массу с глухим лязгом кости о хитин. Они не старались бить красиво — они просто били. Костяные клинки с размаху вонзались в стыки хитиновых пластин, тупым железом дробили многочисленные глаза, сносили тонкие суставчатые лапы. Щиты служили не для парирования, а как тараны — ими костяшки толкали, давили, сбивали пауков с ног, чтобы следом добить ударом в уязвимое брюшко.

Зомби шли за ними — или, вернее, их нёс вперёд собственный импульс и простая команда «вперёд». У них не было ни щитов, ни тактики. Только гниющая плоть и… да и всё в принципе. Зомби наваливались на пауков грудью, не обращая внимания на впивающиеся в их тела клешни. Хватали тварей своими окоченевшими руками, впивались почерневшими зубами в места сочленений, откусывали чувствительные волоски.

Пауки, привыкшие к быстрой, хищной тактике, явно не ожидали такого напора. Они щёлкали хелицерами, протыкая зомби насквозь, но те, даже получив смертельные раны, продолжали цепляться и кусаться, пока окончательно не разваливались на куски.

Это была не битва, а бойня на самом примитивном уровне. Скрежет, хруст, чавкающие звуки разрываемой плоти и ломающегося хитина, шипение паучьих желёз. Воздух наполнился смрадом гнили, едкой паучьей «крови» и пылью от размолотых костей.

Но пауки опомнились быстро. Их было слишком много. Волна за волной они накатывали на нашу линию, и теперь уже не только принимали удары, но и отвечали. Более крупные особи прорывались сквозь первые ряды и начинали крушить, раскидывая костяшки и ковыляющие тела в стороны. Их клешни, быстрые как молнии, отсекали руки и ноги скелетам, протыкали зомби насквозь.

Наша «стена» начала прогибаться, особенно это касалось тех участков, где находили скелеты, созданные из низших гоблинов, в ней появились первые бреши, причем довольно быстро, гораздо быстрее, чем я ожидал.

Я видел, как десятки низших стражей гибли каждую минуту, превращаясь в груду костей и размазанную по земле плоть. Потери были ожидаемыми, даже запланированными — но скорость, с которой это происходило, заставляла сжиматься сердце.

Да бля! Такими темпами мы долго не протянем!

— Сата! — рявкнул я, отрывая взгляд от кровавой мясорубки. — Негативная волна, сейчас же! Усиль их всех, блядь, пока они совсем не развалились! И пусть некроманты поддерживают — латают костяшки, поднимают тех, кто ещё может драться!

Она кивнула, и от неё, стоящей чуть позади с посохом в костяных пальцах, в миг повеяло волной сконцентрированного холода и ненависти ко всему живому.

— И еще, Сата, передай всем: низшей нежити держать строй, не лезть нагло вперёд, пускай используют оборонительную тактику, а вот всем остальным сражаться, давить и уничтожать всё на своём пути!

Мой приказ был исполнен, и я снова посмотрел на экранчики, показываемые оком, и увидел, как в бой вступил Мясной голем, моя трёхметровая гора спрессованного мяса и сухожилий, что возглавила левую «клешню».

Справа из его плоти торчала рукоять массивной алебарды, сросшаяся с костью предплечья. Слева, чуть выше запястья, из того же мясистого массива выступал посох с пульсирующим красным кристаллом в навершии. А на его широкой бугристой спине, вращённые в плоть по пояс, сидели три скелета-лучника. Их пустые глазницы беспристрастно сканировали поле боя, а костяные руки уже натягивали тетивы.

Я специально приказал ему быть на острие, так как ожидал, что он сможет нанести огромный урон, и в следующие несколько минут убедился, что был совершенно прав, он оправдывал все мои ожидания.

Когда он встретился с первой волной пауков и та набросилась на его самого, голем замер на мгновение, и лучники на его спине открыли огонь — стрелы со свистом вонзались в ближайших тварей, выбивая их из общего строя.

Затем голем взмахнул левой рукой. Красный кристалл на посохе вспыхнул алым светом, и из его кулака с рёвом вырвался огненный шар размером с колесо телеги. Он влетел в самую гущу наступающих, раздался оглушительный хлопок, и более двадцати пауков взлетели на воздух в клубах пламени и разлетающихся обломков хитина.

Но это было только начало.

Пауки, не ведая страха, полезли дальше. И тогда голем перешёл к ближнему бою. Его правая рука с алебардой описала широкую, сокрушительную дугу. Хитин лопался с влажным хрустом, тушки пауков разлетались на куски, а те, кому повезло лишь получить рану, тут же начинали истекать липкой, тёмной жижей.

А потом он снова использовал магию. На этот раз красный кристалл замерцал иначе, и из его руки вырвался не шар, а концентрированный поток пламени. Струя, похожая на дыхание дракона, прочертила по земле перед ним, поджаривая лапы и брюшка тех пауков, что бежали в атаку.

Мясной голем не просто шёл вперёд. Он был ходячей крепостью и фабрикой смерти. Он медленно, но неотвратимо пробивал себе путь, оставляя за собой широкую, усеянную обугленными и расчленёнными останками просеку, расчищая путь для следующей за ним «клешни» из низшей нежити.

На его фоне низшие скелеты и зомби выглядели просто заборчиком, который не давал паукам прорваться, но это лишь на фоне, если честно, даже они начали держаться невероятно хорошо после того, как Сата использовала негативную волну и дала им прирост к характеристикам в двадцать процентов. И теперь паучьи воины, ослабленные комбинированным давлением аур, казались совсем уж вялыми. Их удары часто не пробивали кости скелетов, а клешни скользили по гниющей плоти зомби, не нанося смертельных ран.

Ну! Вот! — обрадовался я резкому изменению чаши весов в нашу сторону. — Другое дело!

В этот же момент Лула уже выбрала цель, и перед самым носом у плотной группы пауков, пытавшейся прорвать наш правый фланг в обход мясного голема, земля побелела. Мгновенно, с сухим треском, участок радиусом в три метра покрылся толстой, скользкой коркой сизого льда.

Пауки, попавшие в зону, зашипели. Их хитиновые лапы примёрзли к земле, а движения стали тягучими, замедленными на добрых сорок процентов. Но хуже всего был холод: он наносил постоянный, изматывающий урон. Они метались на месте, пытаясь выбраться из замершей зоны, становясь идеальными мишенями для мясного голема и ближайших скелетов, которые методично добивали раненых и замедленных тварей.

Неплохо, очень даже неплохо, — мелькнула мысль, пока я медленно обводил взглядом поле боя. — Всё… вроде как идет по плану.