Во имя рода (СИ) - Коткин Андрей - Страница 47

К счастью, мое ожидание, в отличие от остальных двух сегодняшних собратьев по несчастью, надолго не затянулось. И да, свой наряд Алена все же сменила. Из-под короткого, едва до колена, пальтеца выглядывал край вовсе даже не форменного платья. Еще и, вроде, какие-то изменения в прическе произошли. Стала выглядеть чуть выше и… взрослее, что ли?

— Ну, что, идем? — Вопросила меня моя сегодняшняя спутница. И на мой согласный молчаливый кивок продолжила, как ни в чем не бывало: — сегодня я предлагаю нам посетить шоколадницу «Восточные сладости». Когда раньше мы, с мамой, приезжали в Вятск, мы всегда первым делом шли пить горячий шоколад и заедать его пишмание, пахлавой и тулумбой.

А ничего так, непривычно немного, но вкусно. Только вот чуточку испортил настроение обнаруженный на занятом нами столике прейскурант. То же кофе, которым я собирался поить свою барышню изначально, было бы значительно дешевле. И нет, я понимаю, конечно, что какао-бобы, пошедшие на приготовление этого напитка, доставленные через океан, с его ужасными монстрами, прямиком из Новой Испании (об этом — не о монстрах, а о стране на другом конце света — всех посетителей прямо извещала огромная вывеска), дешевыми быть не могут.…Но целых четыре рубля за одну совсем небольшую чашечку, а ведь их уже нам налито, как минимум, две, было ужасно жалко. Чтобы хоть как-то заглушить боль предстоящих расходов, ну, и просто, чтобы не сидеть, как сычи, молчком, я и затеял расспросы.

— Слушай, а что ты говорила о заплаченных твоим отцом деньгах за то, чтобы ты посидела в библиотеке? У нас вот, например, часть книг по профилю обучения на параллели бесплатная. — Не то, чтобы я совсем уж не догадывался о правильном ответе на этот свой вопрос, но хотелось уточнить. Как-то до этого речь об этой, еще одной, и, пожалуй, самой важной из привилегий для аристократов, при мне не заходила. Тот же Андрей Скворцов вместе со мной в библиотеке сидел, но вот его сюзерена, Безухова, как и хоть кого-то другого из знакомых представителей аристократии я там за столами не видел.

— Для нашей параллели тоже есть такое. Самые простенькие заклинания и ритуалы в общей библиотеке можно получить бесплатно. Но там же, в основном, только совсем уж мусор предлагается. Все хоть сколько-нибудь хорошее в нашей гимназии выдается исключительно за дополнительную плату. — Подтвердила Алена мои подозрения. И, правильно поняв мою реакцию на это сообщение, дополнительно уточнила: — книги выдаются не любому гимназисту, а только официально зарегистрированным представителям магических родов и кланов. Вход в эту, закрытую для прочих учащихся часть библиотеки, через левое, запретное для простых учащихся, крыло административного корпуса. И там по размеру этой самой оплаты еще дополнительно существует два варианта. Первый, как у меня, доступ исключительно к информации, касающейся разных видов магии до второго уровня включительно. А второй — для самых богатеньких и сильных — вообще можно затребовать любую книжку из имеющихся в гимназической библиотеке.

— Это что, какой-нибудь Джугадзе вот так, запросто может выучить Огненный Дождь, Исполинское Цунами или Землетрясение? — Поразился я. Точнее невольно примерил на себя: слыхал, что те защитные медальоны, которые нам выдали перед дуэлью, спасали от особо опасных последствий действия заклинаний до второго уровня включительно. Вроде и понятно, что третий уровень атакующей магии в исполнении второклассника только скорее в развлекательных книжках возможен, но холодок, прокатившийся по загривку, все же ощутил.

— Вау, ты хватил! Четвертый уровень! В нашей гимназии предоставляются только книжки с описанием создания заклинаний максимум третьего уровня. И то, только те, что попроще. А Джугадзе, если ты о Давиде говоришь, этих сложных стихийных заклинаний создать не сможет в принципе, — улыбнулась на мою обескураженную физиономию четвертая дочь барона. — Его клан вообще специализируется на Боевой магии. Вот Метеор — еще быть может. Лет через двадцать или тридцать. Если сможет когда-нибудь накопить силенок, после чего научится создавать в стратосфере целую скалу из псевдоматерии, защищать ее от слишком быстрого распада, после чего еще придавать этой скале достаточное ускорение и управлять ее полетом до самого попадания в цель.…Хотя и нет. Не сможет. Даже если и накопит необходимые силы. Насколько мне известно, Давид же происходит из младшей ветви клана. Таким знаниям его глава клана уж точно обучать не позволит. Политика всякого разумного рода и клана — не допускать возможного распространения основных родовых знаний за пределы главной ветви.

— То есть самым сильным заклинаниям обучают только родичи? — Сделал я закономерный вывод из сказанного. — А зачем тогда вообще дети аристократов поступают на обучение в нашу гимназию?

— Если ты мог заметить, в гимназии учатся в подавляющем большинстве далеко не первые наследники. — Менторским тоном продолжила разъяснения девочка. Даже тарелочку с лежащими на ней малюсенькими промасленными пироженками — тулумба — отставила на время в сторону. — Первые наследники главных кланов учатся, как раз, дома. В гимназию поступают, в основном, третьи — четвертые отпрыски родов второй линии. Родовые секреты таким, как я, никто сообщать не будет, мы же в любой момент можем покинуть род, выйдя замуж за представителя возможно конкурирующего рода. Мой отец вон, даже усиливающих магию ритуалов для меня проводить не стал. В гимназии же у меня есть шанс хоть чему-то полезному научиться.

— Да брось ты кукситься, — принялся я за утешения, заметив, насколько несчастным при произнесении последних фраз стало лицо моей собеседницы, — вот возьмешь, да и выйдешь замуж за какого-нибудь архимага. А он раз, и обучит тебя всем этим тайно-могучим заклинаниям. Твой отец еще пожалеет об этих своих ограничениях.

— А самое обидное знаешь что, Сашка? — Все никак не могла прекратить себя жалеть внезапно расхандрившаяся девчонка. — У рода Бурграф и нет таких вот особо тайных и сверхсильных заклинаний. Мой отец же он кто? Если не считать обладание небольшим кусочком родовых земель, сокрытых еще прапрадедом, так совсем простой техномаг, освоивший с несколькими своими подручными изготовление части механизмов магобусов для транспортной компании союза Изместьевых-Безуховых.

— Значит, для тебя не проводили усиливающих ритуалов. А каким образом в ваш класс попала двоюродная сестричка баронессы Вязниковой? — Не нашел я другого лучшего повода сменить тему разговора. — Не может быть, чтобы у семейства, которое само производит алхимические препараты усиления магических способностей, не нашлось возможности, чтобы хотя бы выделить толику подобных препаратов и для нее.

— Да просто Виктория Белохвостикова только воображает о себе много, а сама в магии едва ли не абсолютный ноль, — сразу оживилась Алена, услышав имя очевидно не самой любимой своей одноклассницы. — Поили ее препаратами. И усиливающие ритуалы, все, какие положено, проводили. Да только что толку. Ноль, его на какую цифру не умножай, намного не прибавится.

Душевно посидели. А когда пришла пора расплачиваться за съеденное угощение, всплыло и еще одно из неписанных правил этикета:

— Саша, прости, но я же с самого начала с тобой условилась, что выбор кафе сегодня за мной. Значит, и за все съеденное и выпитое мы сегодня должны платить поровну.

И не сказать, чтобы от этого, мной узнанного сегодня правила этикета, я так уж сильно расстроился.

Все-таки красивая вышла прогулка! Стоило нам покинуть пропахшее сладостями и шоколадом помещение и выйти на свежий воздух, с неба густо повалил едва ли не первый в этом году снег. Невольно вспомнилась по этому поводу сказка о Матушке Метелице, которую рассказывала мне когда-то бабушка: для того, чтобы на земле пошел снег, Матушка Метелица в своем ледяном замке взбивает пышную пуховую перину. Сегодня снега было так много, что ту перину даже не взбивали, а, скорее, вспоров ножом на всю длину, просто потрясли ей где-то среди туч, вываливая разом на землю все ее содержимое.