Во имя рода (СИ) - Коткин Андрей - Страница 11

Хотел я было ему на эту претензию высказаться, но не стал. Доказательств то моего участия все равно нет. Да и вспомнил вдруг предупреждения своей бабушки, не светить особо своими возможностями. А уж использование духов среди учеников, практикующих классическую магию, в случае моей похвальбы, без внимания со стороны окружающих уж точно не останутся.

— Так ты сам виноват, — вдруг высказался в ответ на обвинения Скворцов. — Мы тебя еще когда будили, чтобы ты шел умываться, пока там никого нет. А спорить и тем боле драться со старшеклассниками — значит тем самым давать им право вызова на дуэль. Ты сам, к примеру, много боевых заклинаний знаешь?

— Подумаешь, поспал еще минуточку, — забурчал в ответ на эти слова наш пострадавший одноклассник, но ругаться в наш адрес все же прекратил.

Кстати, к вопросу о дуэлях. Первую в этом году дуэль между двумя старшеклассниками мы уже посетили. Тут это запросто: нахамил кому-нибудь — будь добр ответить за свои слова. В гимназии для этого целая собственная дуэльная площадка была обустроена. С защитными барьерами и скамейками для зрителей и услугами целителя для самих бойцов. Правда, особого зрелища не получили. Ученик из пятого «А» первым же ударом непонятным переливающимся облачком снес с ног своего однокашника из параллели Бук. Тот даже ничего внятного наколдовать не успел.…Или успел, просто мы этого не заметили, и, самое главное, это не помогло ему в дуэли. Для себя после этого зрелища решил, что не стоит оно того. Точнее, уж точно не стоит пятидесяти копеек. Ага, вы правильно поняли, вход на трибуны дуэльной арены для зрителей был платным.

Ругаться между собой мы прекратили, но до учебного корпуса топали в напряженном молчании. Первым уроком в этот день у нас оказались «Базовые основы ритуалистики». Преподавательница, Мария Ивановна, вошла в наш класс вместе с уже привычным сигналом к началу урока и схода принялась требовать продемонстрировать ей выполнение первого изученного нами в стенах этой школы ритуала.

«Насыщение маной». Этот реально простейший ритуал, даже не требующий никаких начертаний печатей и уж тем более жертв, реально являлся основой очень многих других, более сложных ритуалов и даже целых отраслей магии, потому, разумеется, изучался не только нами, будущими ритуалистами, но и всеми другими параллелями первоклашек.

Первым к небольшому артефактному комплексу на учительском столе с вставленным в него сменным накопителем был вызван Макар Перепелица. И сразу же уточню: для собственно передачи своей маны какому-то другому объекту никаких артефактов не требовалось в принципе. Артефакт предназначался для фиксации собственно самого процесса передачи маны. Точнее, фиксировал ее количество, перешедшее с руки донора в предназначенный для этого накопитель. А как иначе? Сама мана же невидима, а накопитель одинаково способен впитать, не изменившись, и две-три единицы, как пока обстоят дела у большинства моих одноклассников, так и две-три сотни единиц, если этим делом занимается усредненный взрослый маг.

— Три копы, хорошо. — Подвела итог кривляниям нашего записного шутника и балагура строгая учительница. — Еще раза в четыре-пять увеличишь этот результат и, считай, с голода на улицах нашего города уже не пропадешь.

И таки да, маг, способный сливать в накопители свою ману, уже худо-бедно способен обеспечить себя финансово. Ведь даже название единицы измерения количества переданной маны в росском языке звучит очень созвучно с названием мелкой медной монетки: «копа» — «копейка». Собственно, когда-то в стародавние времена одно это название от другого и произошло. Вот только теперь уже никто достоверно и не знает, какое из них являлось первичным.…Или знает? В конце концов, некоторые из ныне живущих самых могучих магов помнят не только времена, отстоящие от нынешних на пару тройку столетий, но и даже успели поучаствовать в самом зарождении Росского государства.

— Следующим на проверку пойдет… — голос Марии Ивановны ненадолго прервался, пока она выбирала из списка наших фамилий для себя очередную жертву, — … пойдет… Беляна Угланова.

Хех, еще одна, очередная зарубка на моей мотивации, как можно старательней заниматься с показанным мне Скворцовым комплексом, защищающим от ментальной магии. Компаньонка нашей баронессы не только на мордашку выглядела безэмоционально отстраненно. Очень похоже, что и на мозги ее ментальная магия ее хозяйки успела подействовать далеко не самым лучшим образом. Не справилась. Даже одной единственной единицы не показал измерительный артефакт.

— Плохо, Беляна, — констатировала этот провал наша учительница ритуалистики. — Начиная с сегодняшнего вечера будешь приходить ко мне ежедневно на дополнительные занятия. Без освоения этого основного ритуала путь к дальнейшему обучению в нашей гимназии будет для тебя закрыт.

А потом учительница ритуалистики вызвала к артефакту меня. И я бы даже, несомненно, возгордился легко и непринужденно полученным цифровым значением достигнутого результата в целых пять коп, минимально допустимым показателем, соответствующим оценке отлично… если бы не вызванный на проверку следом за мной виконт Игорь Олегович Картаус. И, как вы, наверное, уже поняли по использованному в его случае величанию по имени и отчеству, это был третий и последний в рядах нашего класса представитель старой магической аристократии, первый наследник главы одноименного, пусть и не очень большого клана, между прочим. Редкая птица! Пятнадцать в легкую выданных им единиц маны вызвал в рядах одноклассников довольно громкое шушуканье.

…Ну, ладно, каюсь, на самом деле, при прохождении этого испытания я не так, чтобы уж очень и сильно старался. Все же тут моя мана отправлялась в накопитель совершенно забесплатно, а вот не далее, чем в двух кварталах от ворот нашей гимназии, стояла одна малозаметная будочка, в которой за то же самое действо платили вполне себе деньги. По тому самому, устоявшемуся еще с седой древности тарифу, копа — одна копейка. В последний раз, накануне вечером, я там разбогател на маленький серебряный гривенник и еще одну увесистую медную монетку достоинством в три копейки. Пусть и не показанные нашим главным аристократом пятнадцать коп, но достаточно близко.

И вы только не подумайте, что мне не хотелось своими магическими навыками перед всем нашим классом похвастаться. Еще как хотелось! Но, при здравом размышлении, я от этого хвастовства без труда удержался.

— И что я делаю не так? — Горестно вопросил равнодушное мироздание уже, вроде как, заметно менее дующийся на меня Мельников, когда после завершившегося сдвоенного занятия по «Базовым основам ритуалистики» мы принялись готовиться к намечающемуся уроку арифметики. Ага, Андрюшка оказался вторым и последним из нашего класса, тоже не сдавшим проверочный тест вроде как вполне изученного им ритуала.

— Попробуй, при передаче маны в накопитель, мысленно представлять, словно из твоей ладони внутрь камня вращается эдакая спираль. Только обязательно по часовой стрелке, а не против. — Чуть подумав, выдал я ему свой бесплатный совет.

В принципе, несмотря на то, что совет бесплатный, вполне возможно, что он может оказаться не таким уж и бесполезным. Пусть я сам этим приемом никогда не пользовался, и без того все получалось, но даже в нашем учебнике, правда без какой-либо конкретики, писалось о пользе использования для некоторых неофитов приемов псевдовизуализации. Опять же еще и знание подобного «секретного» приема вполне себе может добавить Андрюшке хоть чуточку самоуверенности.

А вот на уроке атлетизма, состоявшемся в аккурат после большого обеденного перерыва, я скрывать свои возможности усиления физических возможностей при помощи магии не стал (хотя и объявлять во всеуслышание о такой своей способности не стал тоже). Во-первых, навык укрепления мышц при помощи маны напрямую, несмотря на меньшую эффективность по сравнению с показанным мне моей бабулей специализированным заклинанием, среди отпрысков магов даже не клановых, а первых-вторых поколений, достаточно распространен. А во-вторых, очень уж не хотелось по результатам кулачных поединков ходить побитым или и вовсе сверкать наливающимся бланшем под глазом. Все-таки извращенцы были эти древние эллины, оставившие миру свою «непревзойденную» систему атлетических тренировок! Хорошо еще хоть, что обмотку кулаков воловьими кожаными ремнями, усиленными бронзовыми бляшками, наши гимназические тренеры у них все же не переняли, а то так и совсем уж смертоубийства получилось бы недалеко.