Гений медицины. Том 7 (СИ) - Алмазов Игорь - Страница 5

Я подозревал это с самого начала. И это было логично. Да, в сфере медицины и лекарского дела мои статьи кажутся настоящим прорывом. Но учёный совет работает по многим направлениям. И наверняка в других областях тоже есть свои перспективные идеи и разработки.

— И кто наш конкурент? — спросил я.

— Александр Ястребов, — отозвался Чехов. — У него помощник ещё, не помню, как зовут. Они работают в сфере экологии, и разработали метод переработки пластика. Он тоже основывается частично на магии, насколько я понял. Ерунда какая-то, в общем.

Ох, мне снова придётся приструнить моего друга. Чехов отличный парень, но частенько его заносит.

— Антон, ты в корне не прав, — строго заявил я. — Ты отнёсся к этой новости, как к чему-то незначительному. Мол Ястребов нам не конкурент, и участие в конференции уже предопределено. Но это не так. Он отличный учёный, и в своей сфере достиг огромных успехов. И внутренний конкурс будет очень непростым.

— Но наши статьи известны по всей Империи, и они гениальны, — нахмурился Чехов.

— В нашей сфере, — вздохнул я. — В сфере медицины, как ты не понимаешь. Научная конференция будет посвящена не только медицине. Нельзя быть хорошими сразу во всём.

До Чехова, наконец, дошло, и он понуро опустил голову.

— Значит, это ещё не точно, что мы на неё отправимся? — спросил он.

— Для начала нам надо выиграть внутренний конкурс, — кивнул я. — Когда он?

— В это воскресенье, — нахмурился Антон. — Чтобы у победителя была неделя на подготовку.

По крайней мере повезло, что я на этот конкурс попадаю. Самолёт в Германию у меня только в понедельник.

— Значит, давай составлять план, — распорядился я. — И думать, с чем участвовать на этом конкурсе.

Хотя идея у меня уже была. Я не считал правильным использовать темы старых статей. Это будет выглядеть так, словно у нас нет ничего нового.

А подвернувшаяся пациентка резко подкинула мне новую тему. Лечение прионных болезней.

— Погоди, — испуганно произнёс Антон, когда я озвучил ему замысел. — Ты хочешь сказать, что за три дня ты придумаешь схему лечения, а я оформлю всё это в статью?

— Всё так, — кивнул я. — и в доклад для конкурса.

— Но на одну статью у меня уходит по неделе! — в отчаянии воскликнул Антон. — Я же не успею! Ты не успеешь! Давай возьмём другую идею!

— Главный здесь всё ещё я, — строго напомнил ему. — И я решаю, с какой статьёй и темой нам участвовать в соревновании. Поэтому не трать время на ненужные споры.

— Прости, — сразу посерьёзнел Чехов. — Просто волнуюсь… Предстоит много работы.

— Так что не будем терять время, и начнём, — бодро ответил я. — Глаза боятся, а руки делают.

Я засел за продумывание лечение болезни Крейтцфельдта-Якоба, а Чехову поручил писать начало доклада, с теоретической части. Мы провозились почти до ночи, но начало было положено.

После этого разъехались по домам. Сегодня я даже не стал контролировать Раскольникова, справедливо рассудив, что он и сам хорошо справляется со своими задачами. А если что — обязательно мне позвонит.

Этим вечером Феликс Александрович снова задержался в морге, своём самом любимом месте. Тишина, холод, мёртвые вокруг. Всё, как он любит.

Патологоанатом прошёлся по помещению, нервно потирая руки. Слова Боткина, которые тот сказал несколько дней назад, так и застряли в голове, как заноза. И Феликс уже второй день думал над запасным планом.

Он подошёл к столу, где лежали его записи. Схемы ритуала, расчёты, список необходимых компонентов. Всё было готово. Через три недели он воскресит Некроса. И тогда…

А что тогда? Что будет после воскрешения?

Вспомнить хотя бы, как Некрос разговаривал с ним. Холодный, высокомерный, требовательный. Ни разу великий некромант не проявил к нему теплоты. Ни разу не назвал его по имени — только «ученик».

Как защититься от Великого Некроса? Как ему противостоять?

Феликс знал некромантию, но его сила была каплей в море по сравнению с мощью Некроса. Однако тот, сам того не ведая, научил Феликса кое-чему новому. Призывать призраков.

Пока что это было сложно, настоящей пыткой. Но если усилить связь с призраками, их можно сделать не просто слугами, но и оружием! Вот он, запасной план против Некроса!

Патологоанатом подошёл к шкафу и достал оттуда небольшую шкатулку. Внутри лежали личные вещи погибших — кольцо Алины и браслет Максима. Он украл их из вещдоков, когда тела поступили в морг после аварии.

Эти вещи хранили в себе отпечаток личности умерших. След их души. Только так можно было призывать души. И через них можно было усилить контроль над призраками.

Феликс положил вещи на стол и начал чертить вокруг них магический круг. Руки дрожали, но он заставил себя сосредоточиться.

— Духи умерших, — произнёс он вслух. — Я призываю вас. Алина. Максим. Явитесь ко мне.

Воздух в морге снова похолодел. Из ниоткуда начали материализоваться две полупрозрачные фигуры. Девушка в джинсах и свитере. Парень в куртке. Те самые, что помогли тогда с Боткиным. Правда, в итоге потерпели поражение, но всё же.

Они смотрели на Феликса пустыми глазами.

— Вы будете моей страховкой, — сказал патологоанатом. — Если Некрос попытается меня убить — вы встанете на мою защиту.

Призраки не ответили. Впрочем, они говорить и не могли. Просто стояли, ожидая приказов.

Феликс прочитал заклинание, укрепляя связь с призраками, и укрепляя их связь с миром. Теперь они станут сильнее, и смогут выступить на стороне Феликса.

Закончив, он выдохнул с облегчением. Феликс был очень доволен собой. Запасной план готов. Теперь, даже если Некрос попытается его предать — у него будет защита.

— Боткин думает, что я слабак, — пробормотал он. — Думает, что меня легко обмануть. Но я умнее. Я предусмотрел всё.

Призраки молчали, глядя на него пустыми глазами.

Патологоанатом развернулся и направился к выходу из морга. Нужно было продолжить подготовку к ритуалу. Времени оставалось всё меньше.

Теперь всё точно под контролем.

Утро четверга началось спокойно. Сборы на работу, клиника. По дороге с удивлением отметил, что как-то упустил из виду начало зимы. Уже начался декабрь, и Санкт-Петербург усиленно готовился к новому году.

Люди ставили ёлки, появлялись новогодние украшения. Погода ещё не стала по-зимнему холодной, но ощущение приближающегося праздника в воздухе уже витало.

Даже клинику начали наряжать. Пост Надежды Васильевны оказался украшен мишурой, а на дверях появились снежинки. Разумеется, все украшения строго соответствовали нормам. Но глаз радовали несомненно.

— Дорогие коллеги, бывшие птенцы, нынешняя рыбка, и несравненная Анастасия, — собрал нас на планёрке Зубов. — У меня две темы для обсуждения, приятная и не очень.

— Дежурства, — первым догадался Никита. — Но новогодние праздники.

Очередь по графику обычных дежурств у меня стояла на сегодня. Но я понимал, что в новогодние каникулы дежурств будет больше. Это логично, люди продолжают болеть.

— Но я хотел бы сразу сказать, что сделаю вам подарок, — добавил Михаил Анатольевич. — Супруга моя работает в новогоднюю ночь, а потому я тоже забираю себе дежурство с тридцать первого декабря на первое января!

И это правда был отличный подарок. Новый год удастся отпраздновать не в рабочей обстановке.

— Спасибо, Михаил Анатольевич, — радостно первым отреагировал Никита. — Не забуду ваш подвиг никогда, повешу вас на доску почёта!

— Балабол, — усмехнулся Зубов.

Остальные дежурства мы распределили довольно быстро. Мне нравился наш коллектив, не было абсолютно никаких скандалов на эту тему. Просто взяли и распределили, кто и когда будет дежурить.

А затем перешли к обсуждению второй темы. И она правда оказалась приятной — планирование новогоднего корпоратива. Мы договорились вновь отметить прямо в отделении и даже решили прописать программу. И поздравить пациентов, которые на время праздников будут вынуждены остаться в отделении.