Смерть в квадрате - Кретова Евгения - Страница 9

У капитана Александрова округлились глаза – как можно было сделать такие виртуозные выводы из их перепалки, он не знал. Но жена стояла перед ним, смотрела припухшими от готовых потоков слез глазами и пыталась что-то прочитать в его взгляде. Чтобы она ненароком не прочитала чего-то, чего там нет, он отвел взгляд. Аделия выдохнула с ужасом, отшатнулась.

– Ты отвел взгляд…

– Блин… Ну ты же умная женщина. У тебя два высших образования, одно из которых психологическое, – Макс ворчал. – Как, из чего ты сделала вывод, что я тебя разлюбил, а?

Он шагнул к ней и обхватил ладонями ее лицо.

– Если мужчина ищет повод, чтобы не проводить время с семьей, это говорит о кризисе в отношениях. Это я как психолог тебе говорю!

Она высвободилась и посмотрела на него с настороженной обидой. Макс улыбнулся, надеясь, что улыбка получилась не заискивающей.

– Адель, ну что ты в самом деле… Парням правда не хватает ресурсов таким делом заниматься. Останется нераскрытым. И преступник уйдет от ответственности.

– Да пошутил кто-то! По-шу-тил!

Макс упрямо качнул головой:

– Не-е, слишком сложно. Мы упаковали чемодан в пленку, помнишь? Кто-то снял эту пленку, вскрыл чемодан и подложил вещи. Они не влезали, он вытянул часть и вместо них подложил одежду тебе в надежде на то, что заявление никто у тебя не примет, что сама ты вряд ли отправишься в полицию, просто выбросишь шмотки в мусорное ведро и всё… И подсунув их в чемодан, он снова упаковал его в пленку. Не, слишком заморочено для простого розыгрыша.

Аделия чувствовала, что он прав, но было очень жаль испорченного отпуска.

– Если бы это была важная улика, то их бы скорее выбросили там же, или вообще сожгли!

– Значит, не могли ни выбросить, ни сжечь. Значит, происшествие произошло в аэропорту, где камер в связи с мерами безопасности больше, чем веснушек на твоем носу… И в этой связи то, что выбрали твой чемодан, тоже понятно – он в направлении курорта, ну, согласись, кто захочет портить себе отпуск разбирательствами с полицией, особенно если ничего существенно важного не пропало?

– Не соглашусь, есть один человек, – Аделия сверлила его взглядом. Дочка, дремавшая на свежем воздухе, закуксилась. Аделия проверила подгузник, укрыла девочку плотнее и предложила пустышку. Настюша ее схватила и снова прикрыла глаза.

Макс наблюдал за ними и улыбался.

– Верно, один есть. Но, согласись, нарваться на меня у злоумышленника вероятность была минимальная!

Глава 8

Утро началось в восемь: у Макса зазвонил мобильный. Торопливо выбравшись из постели, чтобы не разбудить жену и дочь, капитан Александров сиганул в ванную и прикрыл за собой дверь.

– Да.

– Хорошо быть в отпуске, дрыхнуть можно до обеда! – голос Бочкина говорил, что он эту фразу готовил с вечера.

Макс посмотрел на часы:

– Во-первых, сейчас восемь утра, а не обед, во-вторых, и тебе не хворать… Чего звонишь-то?

Тимур Бочкин откашлялся:

– Пока вы почивать изволили, у нас экспертиза пришла. Факир был пьян и фокус не удался – это кровь, притом кровь женская, с содержанием фрагментов тканей почки…

Это была скверная новость – такие ранения могли закончиться смертью, если пострадавшему вовремя не оказать помощь.

– … Удар нанесен в брюшную полость слева острым предметом круглым в сечении, примерно три дня назад. Запрос по базе сделал, трупов с такими повреждениями не обнаруживалось.

– Может, жива?

– Может, но в базе данных из больниц таких заявлений не поступало, то есть или все-таки жертва умерла и тело еще не найдено, или травма имеет сугубо бытовой характер и жертва решила заняться самолечением, или жертва находится в частной клинике, которая готова прикрыть такого рода травму…

– Ну, оно им тоже вряд ли надо, потом с таким трупом возиться, объясняться, – Макс с сомнением пожал плечами.

Тимур саркастически усмехнулся и сменил тему:

– Уголовное дело мы возбудили, тебя в состав следственной группы включили. Твое руководство в курсе и не возражает, документы тебя догонят… – Он вздохнул. – Дуй, дружище, в Москву, а потом в Челябинск. Надо там все посмотреть на месте, да поопрашивать народ. Работки много, я тебе не завидую, но рад, что ты с нами и все такое, типа, добро пожаловать в команду! Командировочные пришлем вдогонку, документы на подписи у начальства, передам в аэропорту.

Макс простонал, протер лицо, надеясь смыть угрюмый вид.

– Аделия меня убьет.

Тимур хохотнул:

– Хорошо, что ты это сказал, теперь мы знаем, где искать твое хладное тело!

– Дурак… Она правда расстроится. Три года в отпуске не были. И не просто не были, а в последний момент что-то срывалось… А сейчас вообще.

Он сделал неопределенный жест, напоминающий удавку на шее, махнул рукой – товарищ его все равно не видел и изменить уже ничего не мог.

– Сочувствую. Со своей стороны обещаю за ней приглядывать… Ну там, мало ли – температурка у ребенка, больничка.

Макс вскочил:

– Типун тебе на язык, Тимур Альбертович!

– А типун тут совсем ни при чем, это практика такая: всякий раз, когда приезжаешь в отпуск в пик бархатного сезона, получи бонусом кишечную инфекцию и полежи в больнице. Традиция такая!

– Черти что, – Макс положил трубку.

Опершись на край раковины, посмотрел на свое небритое лицо.

Он глянул расписание рейсов – до вылета оставалось полтора часа, а ему еще нужно документы забрать у Бочкина. И как-то помириться с Аделией.

Проводив Макса, Аделия смотрела какое-то время вслед его такси. Мягкий южный октябрь с пропитанной уходящим теплом прохладой и терпким ароматом тропиков остался в ее руках, но наслаждаться им придется в одиночку. Тянуло похандрить и позлиться, а еще покультивировать обиду на мужа – из нее мог получиться отличный кейс для будущих клиенток. Аделия даже придумала тему мастеринга: «Люби себя и плюй на всех». Хотя нет, это уже кто-то раньше сказал в мультике про Тринадцатого чертёнка. Аделия усмехнулась, вспомнив незадачливого и вихрастого персонажа. Что ж, можно прорабатывать обиду, а можно отправиться на море.

– Мапа… – Настюша протянула ручки за уехавшим Максом, скривила личико, собираясь разрыдаться.

«Мапа» – это почти что папа, только чуть меньше, чем «мама». Изобретение Настюши.

– Папа поехал работать, – вздохнула Аделия, чмокнув дочь в нос. – А мы поедем купаться в бассейн?

– Дя! – дочь хлопнула в ладоши и взвизгнула, а одно мгновение переключившись на радостное предвкушение.

Потрясающее свойство детей – быстро купировать боль и обиду. Часто, когда обида и боль слишком велики, они прячутся в самых сокровенных слоях человеческой души, чтобы выскочить заматеревшими проблемами и аукнуться. Аделии такие клиенты попадались. В их глазах метались тени прошлого. Чуть копнешь в разговоре, а там ступить некуда, чтобы не наступить на что-то воспаленное, мягкое и больное. Как ни странно, такие клиенты хорошо воспринимали эзотерику, даже легче, чем научный подход. Расклад таро они трактовали как речь гуру, воспринимая его буквально. И там, во время трактовки такого расклада, можно было заложить фундамент нового человека, проработать прошлое и выпустить затаившихся демонов. Аделия никогда не позволяла себя внушить таким людям ложные приоритеты – это так же низко, как обмануть ребенка.

Аделия привычно сохранила эмоцию, чтобы потом, когда обида отпустит, препарировать ее для будущих консультаций.

Улыбнулась собственной прагматичности: все в работу, все для карьеры – это что-то для нее нехарактерное.

Они с Настюшей вернулись в номер, захватили игрушки, воду в бутылочке и пару упаковок с детским пюре, чтобы подольше не пришлось возвращаться. Аделия сперва решила помучить себя диетой – чтобы эффект катарсиса от испорченного отпуска усилился – но потом решила, что Макс все-таки этого не заслужил. Поэтому решила порадовать себя свежей выпечкой в пляжном кафе при отеле. Подхватила дочь на руки и вышла из номера…