Блэкторн (ЛП) - Джессинжер Джей Ти - Страница 22

— Как умерла прабабушка Кледа? Я никогда не слышала эту историю.

— Ее сбила повозка с молоком, запряженная лошадью.

— Ее затоптали? Как ужасно.

Закончив раскладывать продукты, Давина моет руки в раковине.

— Обе сестры матери тоже трагически погибли. Тиси попала в автокатастрофу, а Персе… — Она замолкает, чтобы подумать.

Ответ дает Эсме.

— Она утонула в ванне, помнишь?

— О да, как я могла забыть? Я схожу с ума в свои преклонные годы. Да, точно, тетушка Персефона утонула в ванне после того, как выпила слишком много вина на празднике зимнего солнцестояния.

Я отвлекаюсь от внезапного и неприятного осознания того, что все женщины в моей семье погибли в результате несчастных случаев.

А вчера меня чуть не убила тонна падающих цементных блоков.

Испугавшись, я думаю о Беа.

— А что насчет матери Кледы? Как та умерла?

Эсме хмурится.

— Ты не хочешь говорить о сексе рано утром, но эта мрачная тема тебя не смущает? Какие интересные приоритеты, дорогая.

Надеясь, что это поможет мне получить нужную информацию, я широко улыбаюсь и пожимаю плечами.

— Кажется, мама никогда об этом не упоминала. — говорит Давина. — Эсме, ты знаешь?

— Если и знала, то забыла. Как, по-твоему, мы получим больше информации теперь, когда похоронное бюро Андерсона закрылось? Мы знаем, что полиция нам не поможет. Этот новый начальник нас ненавидит.

— У меня есть несколько знакомых в музее, которые могут подсказать мне, в каком направлении двигаться. У некоторых наших спонсоров довольно обширные связи.

Я говорю это, но, на самом деле, имею в виду, что сегодня я собираюсь прогуляться по западной части города в поисках одного современного на вид особняка. Несмотря на мои противоречивые чувства к нему, Ронан Крофт может оказаться единственным человеком, который поможет нам выяснить, что случилось с бабушкой.

После этого я отправлюсь в здание суда, чтобы найти какие-нибудь записи о рождении и смерти Блэкторнов за прошлые годы.

Я собираюсь выяснить, есть ли закономерность в том, как умирают женщины в моей семье.

Глава шестнадцатая

ШЕСТНАДЦАТЬ

МЭЙВЕН

Найти дом Ронана не составляет труда. В городе, где очень много исторических зданий, а архитектура большинства домов представляет собой очаровательные вариации викторианского или колониального стиля, дом Ронана мог бы попасть на обложку журнала «Аркитектерел Дайджест» в выпуске «Злодей из космоса».

Здесь так много отражающих поверхностей, что дом можно принять за солнечную электростанцию. Интересно, приходится ли пилотам отклоняться от курса, чтобы не ослепнуть?

Я нажимаю кнопку вызова охраны на внушительных воротах, а затем стою, прикусывая щеку и сожалея о своем решении, пока не раздается сигнал и ворота не распахиваются.

Сделав глубокий вдох, я поднимаюсь по каменной дорожке. Не успеваю дойти до середины, как Ронан открывает входную дверь.

На нем выцветшие джинсы и черная футболка, плотно облегающая его широкую грудь. Он босиком. Его темные волосы растрепаны, а светлые глаза пронзительны.

Меня раздражает, что он такой привлекательный. Считается, что злодеи должны быть отвратительными.

— Здравствуй, прекрасная Мэйвен, — говорит Ронан. — Чем обязан такому неожиданному удовольствию?

— Не нужно говорить так, словно ты участвуешь в пьесе Шекспира.

— Если бы это было так, я бы сказал «доброе утро». Не рановато ли так сильно хмуриться?

— Моя сетчатка пытается восстановиться после яркого света, исходящего от этого гигантского диско-шара, в котором ты живешь.

Я подхожу к крыльцу, останавливаюсь и смотрю на него снизу вверх. Он стоит на ступеньку выше меня и поэтому кажется еще больше ростом, чем обычно. Однако ему, похоже, это нравится, ведь так гораздо проще смотреть на меня сверху вниз свысока.

— Это улыбка? — спрашивает Ронан.

— Нет, просто у меня такое выражение лица, когда я чувствую неприятный запах.

— О, хорошо. А то я уже подумал, что ад замерз.

Это соревнование на то, как долго мы сможем сохранять невозмутимое выражение лица. Он побеждает, когда я начинаю смеяться.

Ухмыляясь, Ронан говорит: — Что это за ужасный звук, который ты издаешь? Он звучит, как осел с грыжей.

— По крайней мере, я на него не похожа. И перестань сверкать на меня своими дорогими винирами. Я и так почти ничего не вижу.

Он показывает на себя руками, как у модель.

— Эти зубы натуральные, как и все остальное во мне.

— Кроме твоего эго, которое было выращено в лаборатории. Ты пригласишь меня войти или как?

Ронан мгновенно переходит от поддразнивания к серьезности.

— Ах да, верно. Дракуле нужно приглашение, чтобы войти в чей-то дом. Пожалуйста, Принцесса Тьмы, входите.

Он театрально указывает на открытую входную дверь. Я величественно прохожу мимо него, сдерживая улыбку.

Если мне казалось, что снаружи его дом выглядит современно, то внутри он современный до безобразия. Все в нейтральных тонах, с эхом в пространстве и полным отсутствием беспорядка. Гостиная такая большая и почти пустая, что ее можно было бы сдавать в аренду для катания на роликах. На стенах нет ничего, кроме нескольких абстрактных картин, написанных маслом, с жирными черно-белыми мазками. Здесь нет ни пучков сушеных трав, ни свечей из пчелиного воска ручной работы.

Ронан подходит ко мне сзади и окидывает взглядом помещение, смотря через мое плечо.

— Что думаешь? — говорит он.

— Думаю, в этом есть что-то притягательное, как в мавзолее.

— Значит, тебе нравится. Чувствуй себя как дома.

Я сдерживаю смех.

— Меня лишь слегка подташнивает, чего не могу сказать о тебе.

— Подожди, пока не увидишь кухню. Тебя может и стошнить.

Он хватает меня за руку и тащит за собой, не дожидаясь ответа. Мои шаги эхом разносятся по мраморному полу, пока мы идем по коридору, по обеим сторонам которого расположены стеклянные стены с пышными атриумами, где растут пальмы и тропические растения.

Я уверена, Ронан надеется, что я скажу, какие они потрясающие и как дорого, должно быть, обходится их содержание, но я молчу. Коридор выходит в еще одно гигантское пустое пространство, откуда через высокие стеклянные стены открывается потрясающий вид на горы.

Я в замешательстве оглядываюсь по сторонам.

— Это кухня? Где холодильник? Где плита?

Ухмыльнувшись, он подходит к гигантскому прямоугольному куску черного камня, который стоит сам по себе примерно в двух метрах от гладкой дубовой стены. Затем проводит рукой по нему, и две панели медленно раздвигаются в стороны, открывая еще одно стекло, на этот раз черное.

— Что это, черт возьми, такое?

— Варочная панель. Это современная индукционная технология.

Я в замешательстве смотрю на эту панель. На ней нет ни регуляторов, ни переключателей, ни каких-либо других видимых элементов управления.

— Как она включается? Голосовой командой?

— Человеческой жертвой. Если бы ты только подошла чуть ближе…

Его улыбка раздражает своей привлекательностью. Даже моя вагина так считает. Внезапно она начинает излучать больше тепла, чем современная варочная панель Ронана.

— Ты когда-нибудь готовил на ней?

— Нет. Это просто для красоты.

— Ах. Как и все твое существование.

— Хочешь посмотреть на холодильник?

— Я едва сдерживаю волнение.

Его глаза весело блестят, когда Ронан подходит к дубовой стене и прижимает ладонь к месту, которое выглядит точно так же, как и все остальное. Часть стены шириной в чуть больше метра бесшумно поднимается к потолку и исчезает в невидимом отсеке над головой, открывая то, что называется просто холодильником, хотя это больше похоже на развлекательный центр со всеми этими интерактивными панелями и светящимися синими лампочками.

— Зачем тебе эта черная модульная штука с бо́льшим количеством цифровых дисплеев, чем, наверное, в командном центре НАСА, чтобы хранить еду холодной?