Плюшевый: пророк (СИ) - Плотников Сергей Александрович - Страница 20

И хорошо: они с Тильдой, несмотря на всю разницу характеров и подходов к жизни, успели сдружиться куда ближе, чем за предыдущие годы.

Вся эта хозяйственно-общежитская преамбула означала вот что: окна Герта и Риды выходили во внутренний дворик большого дома, в отличие от моих, которые выходили на основной тренировочный плац. И это было даже удобнее: когда я до рассвета явился кидать им камушки в окна, то был совершенно точно уверен: не разбужу никого из учеников. Окна их общежитий тоже выходили на плац — чтобы колокол, зовущий на тренировку, был слышней!

Подействовал уже третий камушек: Герт распахнул окно.

— Лис! — сказал он недовольно. — Ты чего? Не мог с вечера встречу назначить?

— Какой был бы интерес? — весело спросил я. — Что, женился, важный стал? С третьего этажа спрыгнуть уже слабо?

Герт засмеялся: белые зубы заблестели в утренних сумерках.

— Ладно, сейчас спущусь. Рида тебе не нужна, я так понимаю? Только я?

— Ну почему, если она проснулась — зови. У меня к тебе разговор есть, важный и срочный. До обеда не терпит. Но она не помешает.

Герт на секунду исчез из окна, потом высунулся снова.

— Вроде, спит… Сейчас, секунду — оденусь.

Меньше, чем через минуту, Герт распахнул окно, встал на узкий подоконник, сделал несколько шагов и ловко перепрыгнул на ветку растущей рядом со стеной липы. Еще один прыжок, но на сей раз он поймал ветку ниже руками — после чего спрыгнул на землю.

— Прямо лестница, — оценил я.

— Ага, мы с Ридой быстро нашли, — сказал он. — Тут эти места на ветках прямо отполированы. Похоже, еще мой отец с матерью так бегали на речку по ночам.

Я прикинул: действительно, подход к ближайшему пляжику — буквально рядом. Перепрыгнуть через стену даже на четвертом ранге, какой был у Айны на момент брака с Элисом, — плевое дело.

Как же здорово было, что Герт живой. Просто живой. Мне страшно было бы представить, что чувствовала бы Айна, потеряв вслед за первым мужем еще и сына. Потому что о своих чувствах я думать вовсе не хотел.

— Пойдем на тренировочную площадку, — сказал я. — Спарринг устроим.

— Какой спарринг? — Герт нахмурился. — Лис, погоди. Я сейчас тебе не ровня. Вот немного подкачаюсь…

— А если не подкачаешься? — прямо спросил его я. — Что если тебе не удастся вернуть прежний уровень внутренней энергии?

Лицо у Герта стало, как будто он пропустил мой удар.

— Я… вчера почувствовал, — неохотно проговорил он. — Во время молитвы. Как будто внутренняя энергия снова меня наполнила. Как будто я снова первый ранг. Обрадовался уже. Но когда все кончилось — ощущение пропало.

Я кивнул. Чего-то подобного я и опасался. Странно было, что Герт после клинической смерти и оживления так здорово просел в рангах — но еще страннее было, что за несколько дней внутренняя энергия не вернулась. Это при том, что физически Герт был уже в норме, даже легкая хромота (как оказалось, просто ушибленная лодыжка, на которую я действительно не обратил внимания) уже прошла.

Я здорово подозревал, что каналы Герта вполне себе остались и находятся на должном уровне для перворангового бойца. Но вот тело почему-то перестало вырабатывать внутреннюю энергию. Запросто с концами — в смысле, вернуть эту способность невозможно. А если и возможно… ну, я бы лично предпочел, чтобы Герт ее и не возвращал — но то я.

— Давай так, — сказал я. — Сейчас будем драться на условии. Никакой внутренней энергии. Вообще никакой, ни на десятом ранге, ни на седьмом, ни на каком. Только обычная физическая сила, как у крестьян. Ну и наши приемы. Подножки там, броски, удары, прыжки. И поглядим, чья возьмет.

— А ты сможешь? — с сомнением спросил Герт. — Нас ведь так тренируют, чтобы внутренняя энергия помимо разума применялась.

— Попробую, — сказал я. — Если вдруг случайно воспользуюсь внутренней энергией — сразу проиграл.

Не говорить же Герту, что до этого я целую жизнь дрался совершенно по-другому. Или что мое умение контролировать свои движения и рефлексы — мягко говоря, получше, чем у среднестатистического бойца.

— Ты хочешь мне поддаться, чтобы поднять мне настроение? — резко спросил Герт. — Дурацкая идея, Лис!

— Ни хрена подобного, — спокойно сказал я. — Я хочу улучшить свои навыки чистой драки. Внутренняя энергия — замечательная вещь, но она, увы, позволяет заполировать слишком много ошибок. Вот давай посмотрим, как я без этой подмоги.

— Ну… давай, — с сомнением проговорил Герт. — Хотя, по-моему, ты пытаешься мне подыграть. Не надо, Лис.

— О твоем настроении потом поговорим. Сначала — драться.

Мы отправились на тренировочную площадку для старших рангов — ту самую, где четыре года назад нас гонял Фиен. Она практически не изменилась с тех пор, только кусты боярышника по периметру разрослись сильнее. Ранним утром позднего лета над землей висел молочный туман, все звуки казались одновременно глухими и гулкими. Наши босые шаги отчетливо шлепали по земле.

Мы заняли места друг напротив друга.

— Команду подашь? — спросил Герт.

Вместо ответа я бросился на него «без объявления войны» — как в настоящем бою.

Брат не растерялся: схватил меня за бока и попытался бросить, но я развернулся прямо в воздухе, толкая его ногами в грудь. Он устоял, только с хеканьем выпустил воздух из легких и отступил на шаг — его «дубовая» стойка выдержала мой напор идеально!

Я разорвал дистанцию — и тут же был вынужден отбивать уже атаку Герта. Блин, а ведь без внутренней энергии и ее щитов у него не кулаки, а кузнечные молоты! И это ему еще пятнадцати нет — а что будет еще лет через десять, когда у него полностью закончится физиологический рост⁈

Страшно будет, вот что я вам скажу!

Короче, я ему, конечно, слил. Нет, постарался показать класс, вовсе не желая отступать. Но с ограничением на применение внутренней энергии и тех моих приемов, что рассчитаны на убийство или серьезное калечение противника, противопоставить мне Герту было решительно нечего. Хотя бы удалось затянуть драку минут до трех и посадить Герту синяк на скулу, но в итоге он меня, конечно, скрутил и сел сверху.

— Ну ты душный! — неожиданно охнул брат. — Верткий! Такое ощущение, что ты без внутренней энергии более… как будто по тебе сложнее попасть!

— Ештешт… тьфу! — я выплюнул пыль изо рта. — Естественно! Я же знаю, что любой пропущенный удар — синяк! Вот и верчусь! С щитами столько изобретательности не нужно!

Герт поднялся, протянул мне руку — и буквально вздернул на ноги.

— Ты мне не сливал, — удивленно произнес он. — Не проигрывал специально. Ты правда старался победить.

— Как и обещал, — сказал я. — И проиграл. Потому что ты все еще дерешься лучше меня. Для тебя это новость?

— Знаешь… новость, — Герт не улыбался, наоборот, хмурился. — Лис. Но если я не верну внутреннюю энергию… ну что толку, что я сделаю любого крестьянина? Или, даже, допустим, любого ребенка ранга до пятого включительно — чисто за счет моей силы и опыта? Разве такой помощник тебе нужен?

— Мне нужен брат, — мягко сказал я. — Мне нужен человек, способный поднять на мою защиту толпу, как вчера.

— Это была Лела, а не я!

— Ты поддержал — и очень вовремя… И мне нужен человек, способный управлять поместьем или другими моими предприятиями в мое отсутствие. Мне по-прежнему нужен запасной наследник крови Коннахов, если на то пошло: я тут последнее время узнал по крайней мере о двух семьях, которые считали, что уж у них-то наследников мужского пола достаточно — и в обеих всех или почти всех вырезали!

— Ты об Эйлах говоришь, из Последнего Заката? — уточнил Герт.

— Да, о них и о Бонеях. И наконец, Герт… — я сжал его руку повыше локтя. — Мне очень нужен ты. Ты ведь не только мой брат. Ты мне еще и друг. Самый близкий. Если бы ты умер… нет, я даже не знаю, что со мной было бы! — я тряхнул головой, чувствуя, как опять подкатывают слезы. Никогда не считал нужным сдерживать их в таких случаях — хотя, безусловно, мог бы. — Пожалуйста, не говори мне, что ты предпочел бы погибнуть, чем жить без внутренней энергии!