Отличница - Грин Эмилия - Страница 1

Эмилия Грин

Отличница

Глава 1

Роза Леднева

– Сегодня утром Максима Леднева задержали.

– Задержали? – Я нервно провела ладонью по волосам, надеясь, что это какая-то неудачная шутка.

– Накрыли всех: от заказчиков до мелкого шакалья. Этот Леднев с утра приехал за деньгами. Не так давно взяли его в оборот… Прости меня, Роза, я не мог ничего тебе сказать, эту операцию мы готовили не одну неделю.

– А Леднев… – он коротко вздохнул, – так, их шестерка. Нам нужен был выход на тех, кто крышует весь Октябрьский район. Там целая банда. Торговля оружием. Вооруженные разбои. Есть где разгуляться… – От неожиданно холодного жесткого взгляда отчима у меня мурашки по спине побежали.

– Дядь Сереж… Вы что-то путаете. – Я гулко сглотнула, опасаясь, что меня может стошнить. – Какие еще разбои?! Максим в футбол играет… Он… не мог…

Отчим с тревогой вглядывался в мое лицо, он явно старался помягче преподнести мне травмирующую новость, но я просто отказывалась ему верить.

– Пойдемте! – Я стремительно поднялась, но, сделав пару шагов, почувствовала резкое головокружение – в виски будто вставили раскаленные прутья.

Я начала оседать, цепляясь за спинку стула и вместе с тем чувствуя, как усиливается мандраж.

– Роза… милая… – подскочила ко мне бледная как мел мама и обняла за плечи. – Ты лучше присядь… – Всхлипнув, она крепко меня обняла.

– Нет. Надо ехать… Это какое-то недоразумение… Дядь Сереж, поехали! Нужно скорее во всем разобраться и освободить Максима. У него сегодня важный просмотр. Вы понимаете?! – Мысль о том, что этот арест может отразиться на карьере Максима, разрушить ее, была просто невыносимой. Она уничтожала меня.

Все это какое-то нелепое, жуткое недоразумение.

Максим не мог. Просто не мог. И точка.

– Роза… – негромко обратился ко мне отчим, перехватывая за талию, – тебе надо успокоиться. – Он смотрел на меня с волнением. – Присядь, выпей чаек. А потом мы поговорим. Хорошо? – звучало слишком заискивающе и мягко, будто я пациентка дурдома.

– Выпить чаек? – Я гортанно хохотнула. – Дядь Сереж… – Я попыталась вывернуться из его хватки, но вновь почувствовала, что не могу устоять на дрожащих ногах… – Дядь Сереж, поехали к нему… Просто поехали… Пожалуйста… мы должны во всем разобраться… У него карьера рушится… – сквозь гул в ушах произнесла я. – Вы слышите? Вы меня слышите…

– Роза! Успокойся! – Отчим слегка меня тряхнул. – Успокойся и послушай! Сегодня тебя к нему не пустят. Взяли всех, кто так или иначе связан с Октябрьским ОПГ. Это очень резонансное дело…

– ОПГ? – Меня пробрал глухой хриплый смех, руки тряслись. – Бред какой-то… Мы во всем разберемся, и Максима выпустят…

– Помнишь, я предупреждал тебя насчет Тузовского? – тихо спросил он, помогая мне сесть на стул.

– Д-да… – выдавила из себя я не в силах выносить сочувственный взгляд мамы.

Она стояла напротив меня, возле стола, шмыгала носом и этим провоцировала во мне раздражение.

– Леднев работал на Тузовского. Их там целая компашка. Легких бабок срубить захотелось… – голос отчима дрогнул и затих. – Сожалею только, что я ничего тебе не сказал. Шестерками занимался майор Ковтун. Я увидел ваши фотографии несколько дней назад, но уже, судя по всему, было поздно…

Меня словно молнией прожгло.

Теплый апрельский день. Наша прогулка до ломбарда. Внезапная встреча с Тузовским. И мой адресованный Максиму вопрос:

– Ты общаешься с Тузом?

И его мгновенный ответ:

– С чего ты взяла?

И все.

И наш хрупкий счастливый мир рухнул, разбившись о его ложь.

– Роза, возможно, тебе придется приехать на допрос… – извиняющимся голосом оповестил меня отчим.

Я истерично расхохоталась, услышав, как всхлипнула мама, сверля меня потрясенным взглядом. Судя по тому, как дрожало полотенце у нее в руках, она понимала, насколько глубоко я увязла в этом парне…

Сообразив, что самостоятельно собраться я не смогу, отчим достал из аптечки какую-то таблетку, после чего, заставив меня ее принять, помог дойти до комнаты, придерживая за плечи.

– У Розы украшение пропало… – фоном услышала я голос матери и почувствовала, как мир внутри задрожал, пытаясь свести меня с ума.

Она ведь не думает, что это Максим мог взять?

Забравшись в кровать, я сама не поняла, как отключилась. Проснулась уже на закате. Не сразу получилось подняться: ноги все еще ощущались ватными. Почувствовав, что меня лихорадит, я натянула халат и в полностью разобранном состоянии вывалилась из спальни.

– Милая, ты проснулась? – Мама вышла ко мне из гостиной, окидывая обеспокоенным взглядом.

– Да… Где отчим? Мне надо с ним поговорить…

– Роза, он вернется поздно. Но пообещал, что завтра устроит тебе встречу со своим коллегой. Ты сможешь задать все интересующие вопросы. – Приблизившись, она заправила мне за ухо выбившийся локон.

– Завтра… – опустошенно вздохнула я, пожимая плечами.

– Пошли ужинать. Все равно пока ничего сделать нельзя. – Приобнимая меня, пробормотала мама.

– Я… не могу, пока он там.

Вернувшись в комнату, я легла и принялась бездумно пялиться в потолок. Отчима не было. Никаких новостей о Максиме не было. И я понятия не имела, что делать.

К ночи, когда, очевидно, закончилось действие «волшебной» таблетки, меня снова накрыло – я выла белугой, подозревая, что ничем хорошим для нас с Ледневым это не закончится.

В итоге крепко зажмурилась, не до конца понимая, где сон, а где явь…

…Максим притянул меня к себе, и я вдруг оказалась зажатой между его мощным телом и кроватью. Тогда наши губы слились в нетерпеливом поцелуе.

По телу пробежала крупная дрожь, когда его язык коснулся моего.

Мы тесно прижимались друг к другу. Ошибиться в том, насколько сильно Максим хотел меня – было невозможно. Я едва не застонала, когда крепкая рука Леднева заскользила по моей спине и ниже.

– Тебе удобно в этом платье? – Горячая ладонь пробралась в разрез и медленно двинулась от моего бедра к самому чувствительному месту на теле, пальцы замерли на кромке кружевных стрингов.

Я тихо всхлипнула, когда Максим зажал мое бедро своими ногами, усилив сладкое давление. В ту же секунду я непроизвольно потерлась о его ногу.

…Некоторое время гадалка тасовала таро, нашептывая какие-то бессвязные пугающие слова, а затем, вытащив одну карту из середины колоды, пророческим низким шепотом произнесла:

– Вам выпала роковая любовь…

– Роковая любовь? – дрожащим голосом повторила я.

– Ну, самая нехорошая карта… Если она выпадает, то значит, отношения обречены. Эта любовь разорвет твое сердце в клочья и закончится трагедией…

Я протяжно всхлипнула, заметавшись по кровати. Не сразу дошло, что это был сон… хаотичные сладко-горькие сновидения.

Где-то в глубине квартиры послышались голоса. Бросив расфокусированный взгляд на часы, я отметила, что уже утро. И отчим был дома.

Поднявшись, я вышла из комнаты и застыла посреди коридора, потому что слова мамы ударили наотмашь:

– Значит, он состоял на учете в полиции?

– Да. Трудный подросток. Таких и вербуют эти ублюдки. Хотя конкретно у этого парня был шанс выбиться в люди – выяснили, что он несколько лет играет за молодежку профессионального футбольного клуба. Сам поставил крест на своей карьере.

– Все так серьезно? – расстроено спросила мама.

– Подслушиваешь?! – напрыгнул на меня вылетевший из комнаты заспанный Антошка, и, конечно, родители прервали разговор.

– Роза, ты проснулась? – закудахтала надо мной мама, когда я вошла в кухню.

– Да… И прямо сейчас поеду к Максиму, – обратилась я к отчиму хриплым, будто чужим голосом.

– Хорошо. Мы поедем в отделение. Только с Ледневым вряд ли сегодня получится увидеться. Да и… – он осекся, – возможно, после этого разговора тебе вообще не захочется больше общаться с этим парнем.