Некромантия и помидоры (СИ) - Демина Карина - Страница 1

Некромантия и помидоры

Глава 1

Часть 1 О некромантии и психологии

- Дядя! Я тут такое придумала! – звонкий голос племянницы проник сквозь запертую дверь, заставив Рагнара Кровавую секиру вздрогнуть и выронить инструмент. К счастью не ту самую секиру, которая находилась именно там, где надлежало – в оружейной, но всего-навсего садовые ножницы. Но и они, кувыркнувшись, едва не вонзились в ногу. Придремавшая было лиана зашевелилась, выпустив любопытные побеги, которые ножницы обхватили и утащили в сплетение корней.

А ведь хорошие.

Из гномьей стали.

Самозатачиващиеся, с антикоррозийной обработкой и рунами усиления.

Были.

- Тебе нельзя железо, - произнёс Рагнар, попытавшись дотянуться до рукояти, но зеленые побеги зашевелились, спеша спрятать добычу поглубже. – У тебя корневая начнёт отмирать! И окрас опять поменяется!

- Пфы! – сказала лиана и печальный скрежет где-то там, в глубинах компостного ящика, намекнул, что ножницы понадобятся новые. Да и в целом вопрос с обрезкой придётся решать иным способом.

- Дядя! Опять ты тут! Ты понимаешь, что для некроманта твоя тяга к растениям противоестественна?! – строго поинтересовалась племянница и что-то черканула в своём блокнотике.

Рагнар вздохнул.

- Ты же не друид, в конце-то концов!

- Да я… просто проведать.

- Ладно, я понимаю, - великодушно махнула рукой Хильгрид и погрозила пальцем раззявленным коробочкам цветов. Те поспешно захлопнулись. – Это у тебя классический пример эмоционального замещения и компенсации!

- Чего? – осторожно поинтересовался Рагнар и на всякий случай сделал маленький шажок, который не остался незамеченным.

- И избегание имеется, - Хильгрид посмотрела поверх очков. Круглые, на посеребрённых дужках, они были нужны исключительно для солидности.

А ещё, как Рагнар подозревал, чтобы ему на нервы действовать.

Нет, племянницу он любил и вполне искренне, но…

- Но ничего! Я знаю, как решить твою проблему!

- У меня нет проблемы.

- Отрицание проблемы не означает её отсутствия.

- А когда у тебя каникулы заканчиваются? – поинтересовался Рагнар осторожно.

- Надеешься избавиться? – и карандашик вновь царапнул страницу.

- Нет, что ты, дорогая… я тебе всегда рад! Я… просто немного отвык, - Рагнар сунул руку в карман рабочего халата. – Конфетку хочешь?

- Дядя. Мне уже семнадцать. Я не ем конфеты!

- Зря, - Рагнар развернул фантик и сунул за щёку. – Они вкусные и сладкие.

Хильгрид лишь покачала головой и, черканув что-то в блокнонике, убрала-таки его за спину.

- Дядя… - начала она осторожно и так вот подозрительно мягко.

- На каникулы к Хродвигу не пущу, - на всякий случай предупредил Рагнар, надеясь, что прозвучало это в должной мере грозно. Враги бы точно пришли в трепет. Но врагов давно не осталось, уже лет семнадцать как. С того проклятого дня, о котором Рагнар запрещал себе думать.

На границах была тишина и спокойствие.

Соседи вели себя на диво прилично, не позволяя и враждебной мысли, не говоря о большем.

- Я сама не поеду. Он зануда, - племянница скорчила гримаску. – И эти его представления… совершенно домостроевские. Заявил, представляешь, что его жена будет сидеть в замке…

- Пусть сначала покажет мне этот замок… - Рагнар ощутил острое раздражение, которое ощущал всякий раз, когда речь заходила о будущем Хильгрид.

Нет, он понимал, что рано или поздно, но она найдёт себе мужа.

Уедет.

Не на учёбу, которую он как-то ещё терпел, но совсем. В свою собственную жизнь. Стоило подумать, и сила выплеснулась. К счастью на лужайку с кровохлёбом, который на этакую внеплановую подкормку ответил бурным ростом. Прах, покрывавший землю тонким слоем, вскипел, выпуская тончайшие стебелёчки. Сероватые, с характерным стальным отливом, на вид те были хрупки, но Рагнар знал, что каждый из них способен пробить доспех.

Но вот не сейчас же!

Ему после прошлой подкормки полагалось впасть в спячку. А теперь и сам вытянется, и древесина будет хрупкой, а значит, и трещины появятся, и разломы. Там и до гнили рукой подать.

- Дядя! Я не о том, - Хильгрид протянула руку и плеснула каплю своей силы. И на стебелёчках тотчас вспухли чёрные капли бутонов. Рагнар выдохнул. Глядишь, и обойдётся. Процветёт неурочно, тогда и заляжет, пусть не по плану, но зато без линьки и перероста. – Я вообще не хочу замуж. В ближайшие лет десять точно. Я пребываю в начале своего жизненного пути и надеюсь строить своё будущее с позиции осознанности. Ясно?

Рагнар кивнул.

Так, на всякий случай.

- И уж точно не мечтаю о каком-то там захудалом замке на краю мира. Зачем, когда перед нами открыто множество дорог? Раньше я этого не понимала…

Не стоило её отпускать.

Но…

Ему ведь твердили, что талант.

Способности.

Способности у Хильгрид и вправду есть. Вон как травы ластятся, и лиана вывалилась, потянулась, распушив зеленые чешуйки, подставила толстый побег под пальцы. А у ног уже стелется белёсая позёмка.

Почти вызрела, стало быть.

К вечеру над паутинкой повиснут полупрозрачные кожистые шары с семечком внутри. Надо будет отправить умертвия, чтоб собрали.

- …только теперь я начинаю осознавать, как…

Красивая она.

Прям в сестру вся. Та тоже была хрупкая, что тростиночка, но несгибаемой воли. А вот светлый волос – в отца. О нём думать не стоило, потому что сила снова стала закипать.

- …и поэтому мне крайне важно… дядя, ты опять меня не слушаешь? – брови сдвинулись над переносицей.

- Слушаю, - поспешно соврал Рагнар. – Очень внимательно слушаю.

- А врать ты не умеешь, - Хильгрид опять что-то черканула в блокнотике. – В общем так. Собирайся. Мы едем в отпуск.

- В отпуск? – этого он не был готов услышать.

- В отпуск, - подтвердила племянница.

- Зачем?

- Затем, что когда ты последний раз покидал замок?

- Ну… - Рагнар задумался.

- Я тебе подскажу. В начале лета, когда за мной выезжал. Ты же не способен доверить мою безопасность кому-то.

- Ну…

- А до этого – зимой, когда забирал на каникулы. И перед этим – когда отвозил в Университет.

- И что?

- Дядя… в замке не осталось живых людей. Тебя это не смущает?

- Не особо, - он пожал плечами. – Извини. Если тебе плохо, я найму кого-нибудь…

- Дело не в этом, дядя. Я выросла в окружении мертвецов, так что нет, не смущает. Не это.

- А что?

- Дело в том, что ты прячешься. От мира, от людей. Закрылся в подвале. Разговариваешь с растениями…

- Кому от этого плохо?

- Пока – никому, кроме тебя.

- Мне хорошо!

- И поэтому ты орёшь на меня? – она чуть склонила голову, и вновь показалось, что не Хильгрид смотрит, а Ясинка, сестрица.

- Я… извини.

- Не извиню. Иди, собирай вещи. Портал построят. Я договорилась! И секиру оставь! В том мире безопасно…

- Но…

- Я уезжаю. В отпуск. И ты можешь последовать за мной, а можешь отпустить. Говорю же, там безопасно…

Не хватало!

Любая безопасность – не более чем иллюзия. И если в треклятом университете хотя бы имелись и стены, и охрана, и защитные артефакты, то в какой-то там мирок…

- Но как понимаю, ты едешь со мной? – уточнила Хильгрид, снова что-то черканув.

Рагнар вздохнул.

И снова вздохнул.

И вынужден был кивнуть.

- Отлично! Только, дядя, пожалуйста, с собой лишь самое необходимое…

Не было печали.

- И вот что с ней делать? – поинтересовался Рагнар, когда племянница ускакала. Но умертвие, сосредоточенно перебиравшее одеревеневшие чешуйки железняка, на вопрос не ответило.

Умертвия в принципе к беседе не расположены.

- А может, и вправду? – мысль показалась неожиданной. – Если так-то… нет, я особо по людям не скучаю. Чего по ним скучать. Но иногда здесь пустовато.

Пальцы умертвия двигались, собирая отлинявшую чешую, чтобы переложить в коробку на дозревание. И вот говори им, не говори…