Последняя. Испытание любовью - Гусейнова Ольга - Страница 5

Глава 2

Тренировки и уроки магии

– Держи темп, Эйкана! – едва не рычал Орхаран. – Легче-легче! Не надо так остервенело взбивать крыльями воздух, ты не гном-молотобоец в кузнице, а грациозная высокородная драконица. И должна беспечно и легко парить! Но глядя на тебя, я опасаюсь, что ты сейчас издохнешь под тяжестью собственных крыльев и усилий их поднять лишний раз…

– Я стараюс-сь, – зло прошипела в ответ, тоже ощущая, что еще чуть-чуть – и правда издохну, ведь все тело неимоверно болело, ныла каждая мышца.

– Эйка, у тебя нет времени пытаться. Время идет, а ты, по-прежнему, как пустой бочонок в море болтаешься, любому ветру и волне подвластная. Еще немного и ко дну пойдешь! – продолжал мой наставник, раздраженно полыхая темными эманациями.

– Вы меня к кругосветному перелету готовите что ли? – ныла я, с трудом поднимая налившиеся тяжестью крылья.

Боги, как же я заблуждалась, посчитав даки Орхарана добрым и заботливым! После «пробуждения» мне дали отдохнуть лишь до следующего утра, а на рассвете начался персональный кошмар под командованием этого неутомимого безжалостного монстра. И вот уже три с половиной месяца, я подобно новобранцу дворцовой стражи моего отца, от рассвета до заката бегала, прыгала, отжималась, в процессе движения совершала оборот. В общем, занималась в поте лица, ведь, по мнению даки Орхарана, таким образом мы с драконицей быстрее физически и ментально сроднимся, потому что на споры кто из нас главнее времени и сил не останется. После выматывающих тренировок начинались занятия по магии и мироустройству ранивирского общества, где мне предстоит жить отныне.

Две недели назад началась пытка, которую Орхаран снисходительно обозначил: «Наконец-то драконица созрела и можно начать подготовку к первому полету».

Ы-ы-ы… Как же тяжела моя драконья доля, кто бы знал! Работая крыльями, необходимо воспарить на два-три метра над землей и удерживать эту высоту как можно дольше. Увы, взлететь я смогла только через пять дней, а до того памятного события бегала по леваде, бестолково махая крыльями, как заполошная, перепуганная курица. Ехидные сравнения и ассоциации даки Орхаран высказывал, не скупясь, чем раздражал, злил, но и, надо признать, прилично мотивировал на летные подвиги.

Эх, первый раз я продержалась в воздухе не более минуты, приземлилась обессиленная, взмокшая и покрытая пылью и мусором, которые сама же и подняла. Но счастливая-я! Зато сегодня, спустя еще неделю изнуряющих тренировок, смогла продержаться в воздухе больше часа. Правда, не приземлилась, а скорее рухнула, как в первый раз, пыльным мешком картошки.

Насмешливо хмыкнув, Орхаран, наконец, сжалился:

– Ладно, передохни немного.

Немного? О Прародитель Барс, я точно умру! Уныло глядя на начищенные сапоги вставшего рядом наставника, я заныла:

– Я так ус-стала…

– Согласен, я тоже сегодня безмерно устал. Мало студенты проявляют чудеса безответственности и безалаберности, еще и одна юная драконица особенно беспокоит: где-то страшную лень подхватила… – с демонстративной ехидной иронией «посетовал» он.

В первые дни его наставничества я расстраивалась и обижалась на подобные замечания, но быстро привыкла. Поэтому, оскалившись, не менее ехидно заявила:

– Не знаю, не знаю, кроме вас, я ни с кем не общаюсь и нигде не бываю.

Сменив ипостась, я опять растянулась на траве, раскинув ноющие руки и ноги, давая отдых бедной спине. Благодаря тренировкам «тело на вынос» моя драконица и правда быстрее привыкла к моему главенству и больше не сопротивлялась трансформациям. Хотя на налаживание доверительных отношений у нас ушло больше двух месяцев. Поэтому в милом домике с лужайкой и цветами я смогла поселиться лишь полтора месяца назад. А вот дальше я практически не вылезала из широких штанов и невнятного верха для тренировок. И большую часть времени представляла собой всклокоченную, измочаленную девицу с явным признаками «слегка не в себе», вынужденную постоянно мысленно укреплять эти самые отношения со вторым воплощением.

Коротким взмахом руки даки Орхаран очистил свою одежду и волосы от поднятой мной пыли, заодно и от пота на лбу избавился. Осень на острове Первой зари могла запросто посоревноваться с летом, такая же жаркая, даже дожди казались благословением небес – остужали мое распаленное тренировками тело.

Пожилой дракон пристыдил меня ректорским взглядом, но отметив, что я в состоянии, когда плевать на все, усмехнулся:

– А ты думала, как сила и власть достаются? Потом и кровью, и никак иначе! Только полный невежа считает, что можно получить все и никому не быть за это должным.

– Можно без власти, сейчас мне хотя бы глоточек холодной воды, – прохрипела я, тем не менее, наслаждаясь влажным теплом, идущим от земли, щедро политой ночным дождем, и ароматом разнотравья.

Рядом появилась милейшая, добрейшая и обожаемая Канна с двумя запотевшими бокалами холодного лимонада.

– Меня не звали, но я слышала желание госпожи напиться. Надеюсь, не помешала? – улыбнулась призрачная девушка, бросив на распорядителя осторожный вопрошающий взгляд.

Он мотнул головой, а я, рывком усевшись, с восторгом и благодарностью нетерпеливо протянула к ней руку:

– Канна, вы моя спасительница!

Подав один бокал наставнику, а второй – мне, вошкана похвалила:

– Госпожа, сегодня вы продвинулись далеко вперед, так долго и уверенно держались в воздухе…

– Канна, не нарушай мне учебный процесс! – предупредил Орхаран.

Подмигнув мне, Канна исчезла. И я, воодушевленная ее похвалой, но делая вид, что меня больше интересуют капельки, стекающие по запотевшему бокалу, словно невзначай поинтересовалась:

– Когда же вы сочтете меня готовой?

Дракон с удовольствием выпил лимонад и, блеснув карими глазами, мягко, вкрадчиво спросил:

– Торопишься вернуться к поиску истинной любви?

Раздумывая как правильно ответить, я машинально стирала капельки с бокала. На душе кошки скребли, что опоздаю, вернее, уже опоздала. За три с половиной месяца, там, за магической оградой, наверняка слишком много чего изменилось, не оставив мне шанса составить пару изначальному. Раз в неделю здесь появлялся только Ашкеран, подпитывал огнем мою дракошку для ускоренного роста, интересовался успехами и исчезал, ни о чем, происходящем за пределами левады не рассказывая. Кроме него, Орхаран никому не разрешал «мешать учебному процессу». Оставалось только надеяться, что огненный дракон рассказывал обо мне своим друзьям.

– Нет, просто немножечко устала от вашей компании, – старательно улыбнулась я.

Внезапно рядом со мной из травы взметнулся черный столб дыма. От неожиданности я на миг утратила контроль, а драконица его тут же перехватила, решив, что под чешуйчатой защитой мы будем в большей безопасности, нежели в уязвимом человеческом теле.

В следующий момент мир изменился: расширился, расцвел другими красками и наполнился запахами, а Орхаран оказался внизу, у ног моей драконицы. Сложив руки на груди, он с безмятежной улыбкой рассматривал мою драконью морду с выпученными глазами. Пришлось удрученно признать очевидное:

– Опять подловили.

– Она все еще нестабильна, Эйкана, – спокойно пояснил наставник. – Любая неожиданность – и ты меняешь форму. Это опасно для окружающих.

Я попыталась оправдаться:

– Она считает, что лучше меня справится с нашей защитой.

– Да, и в этом твоя проблема, – настаивал Орхаран. – Ты забываешь, что вы с драконицей – одно целое. Она уже выросла, созрела, готова любому дать отпор, а ты с ней, как малышкой саламандрой, сюсюкаешь. Боишься обидеть. Твое непонимание ваших изменений она приравняла к слабости, поэтому защищает по-своему.

– Я всю жизнь ощущала себя неполноценной, поэтому сейчас, обретя зверя…

– …пытаешься найти в нем не свое внутреннее единство, а друга, – завершил мои путаные пояснения мудрый дракон. – Не забывай: драконица тебе не друг, не кто-то посторонний. Она твое второе воплощение. Твое же второе я. Странно сюсюкать с самой собой, не находишь? Это дестабилизирует драконицу. Не понимает она, почему ты по-прежнему разделяешь вас.