Жрец Хаоса. Книга V (СИ) - Борзых М. - Страница 21

Итого из зацепок для выхода на Орден у нас оставалась лишь фрау Листен. Кто-то же пригласил её для помощи девочке.

В целом у меня не очень складывалась картина именно по этому вопросу. Да, орденцы пытались каким-то образом подобраться ко мне через артефактора; да, воздействовали на девочку; да, пытались привязать Беловых к Ордену чувством долга за жизнь дочери. Но так или иначе, девочку-то ведь они спасли, что удивительно, и уж явно не могли предположить, что у неё начнётся магическая инициация, ведь они подселяли астральных сущностей исключительно неодарённым.

Орден и милосердие никак не вязались у меня в одну картину, но пока со стороны одной из участниц данного дела это выглядело совершенно так. Не зря же они пригласили фрау Листен, и та выложилась на полную, спасая девочку.

Сама же фрау упрямо стояла на своём, утверждая, что меня вопросы астральных сущностей и Ордена абсолютно не касаются, это лишь их дело, и я могу идти хоть к императрице, хоть к принцу, но ничего предметного она мне не станет разглашать.

С гувернанткой принцессы мы беседовали в тот же вечер, когда она пришла проведать и подпитать Настю Белёву.

Я в какой-то момент даже вспылил, беседуя с ней:

— Вы понимаете, что они абсолютно беззащитному ребёнку руки сожгли для того, чтобы подцепить на крючок её отца и подобраться ко мне поближе⁈ Вы думаете, я должен спокойно это проглотить? Мне нужно знать, кто организатор всего этого. И вздёрнуть этого кого-то на суку, уничтожив физически!

— Вы воюете с ветряными мельницами, князь, — обернулась ко мне фрау Листен, при этом поправляя чёлку на лице у Насти, мирно спящей в больнице. — В одиночку целую структуру вам не победить. Гораздо проще установить некие правила сотрудничества или взаимодействия. Вашу бабку сломить они не сумели, хотя и сильно пытались. С вами, возможно, будет примерно такая же ситуация. Мой вам хороший совет, попробуйте договориться.

— И это говорите мне вы? Они вас чуть не угробили!

— Девочке я помогала по своему желанию. Это был не их приказ, а мой выбор, — хмыкнула она. — Все мы свободны в рамках некоторого круга обязательств и свободы воли, но все мы живём в таком мире, в котором в одиночку систему не изменить, приходится подстраиваться. Поэтому уж извините, но никаких подробностей по поводу астральных сущностей от меня вы не узнаете.

На этом наш разговор с фрау Листен завершился, но следовать её совету и заводить знакомства, и уж тем более товарищеские отношения с Орденом я не стал.

Выходя из палаты Насти, я шёл по коридору и вдруг, обдумывая ситуацию с астральными сущностями, в голову пришла мысль: а что, если не только Войд был ограничен некой клятвой? Возможно, что и фрау Листен давала такую же клятву, из-за чего не могла поведать мне ничего существенного.

Задумавшись, я проходил мимо кабинета сестры, откуда услышал тихий не то писк, не то всхлип. Звук был настолько несвойственный для Эльзы, что я тут же остановился и распахнул дверь в её кабинет. Передо мной предстала неприглядная картина.

Эльза сидела у себя за столом, откинувшись в кресле как можно дальше к стене, а над ней нависал огромный детина с седой короткой стрижкой и с нехилым таким разворотом плеч, где одна рука была практически размером с пол-лица Эльзы. Княжна сейчас выглядела как испуганная маленькая девочка. В глазах её плескался ужас вперемешку с отвращением и обречённостью. Меня она не заметила и пыталась прикрыть лицо руками, в то время как неизвестный бугай шипел ей в лицо и держал ладонь в замахе, угрожая сестре:

— Ах ты, сучка! Думаешь, поднялась высоко и можешь сбежать от родного отца⁈ Не позволю. Ты всё равно будешь делать то, что я тебе сказал.

— Уйди, уйди! Всеми богами молю, старыми и новыми, иначе я тебя убью! — всхлипывала Эльза, пытаясь отстраниться, но стена не позволяла этого сделать.

— Не убьёшь, тварь и дрянь мелкая, не посмеешь. Ибо у вас, лекарей, стоит убить кого-то по крови близкого со злым намерением — сила пропадёт. Ничего ты мне не сделаешь, тварь!

Мне хватило тридцати секунд из этого диалога, чтобы сразу расставить все точечки над «ё». Оказывается, к Эльзе пожаловал её биологический папаша. Насколько я помню, кто-то, являвшийся не то послушником, не то братом Ордена Святой Длани. И теперь эта тварь пыталась шантажировать мою сестру.

Херасе, кто-то почувствовал себя бессмертным! В груди клокотал холодный гнев, но при этом рассудок никоим образом не затрагивая. Первое, что я сделал, — это создал иллюзию корней деревьев и лиан, которые тут же потянулись из стен кабинета и обвили неизвестного, оттащив его волоком от Эльзы.

У Эльзы взгляд из испуганного стал приобретать осмысленность, причём густо замешанную на удивлении. Она явно не понимала, откуда могли появиться лианы у неё в кабинете, и лишь после этого за трепыхающимся отцом она рассмотрела меня.

Бугай рвал и метал, пытаясь выбраться из цепких объятий моих иллюзорных пут, но я стремительно подошёл и встал лицом к лицу с ним, закрывая собой княжну.

— Значит, так. Я не знаю, как вас зовут, но догадываюсь, кем вы приходитесь моей сестре. Если я ещё раз вас увижу, то поверьте, в отличие от неё, у меня запретов на уничтожение мразей нет.

Так мне захотелось стереть самодовольную ухмылку с лица этого засранца, что я невольно создал овеществлённую иллюзию молнии, которая ударила в зад нерадивого папаши. Лицо моего пленника налилось кровью, но он не проронил ни звука.

«Ах ты ж, тварь, силён!» — мысленно отметил я.

— Ты ничего мне не сделаешь! — выплюнул он в ответ, совладав с болью от удара молнии. — Ты сопляк малолетний, а не князь! У тебя кишка тонка развязывать войну с Орденом!

— Я думаю, если вы вдруг случайно пропадёте, никакой войны не будет. А уж это я могу себе позволить, — я вежливо улыбался, обрисовывая перспективы этому уроду и мысленно костерил себя за то, что не разобрался с ним раньше.

Я пустил ещё одну молнию, но в этот раз мощностью побольше, от чего запахло обугленной кожей.

— А чтобы вы не думали, что вам просто так сойдёт с рук всё, что вы раньше делали… То, поверьте, карма — вещь непредсказуемая. Когда-то вы не пожалели маленькую девочку. А спустя года долг за неё вернёт вам один малолетний сопляк.

Я посмотрел на щёку Эльзы, примеряясь, с какой стороны оставить соответствующий знак её папаше. Трансформация руки в лапу горга произошла настолько естественно на фоне ярости, что я даже не заметил. Пришлось даже сдерживать себя, чтобы не снести ему голову к чёртовой матери, поэтому лишь лёгким росчерком я оставил уроду на той же щеке, что и у Эльзы такую же пятерню, но от лапы горга.

— А это вам моё благословение. Пусть длань и не светлая, но зато вы надолго запомните, что угрожать мне и моим родным не стоит. Можете бежать куда угодно и жаловаться кому угодно, но ещё раз я увижу вас в пределах километра от моей сестры — и можете прощаться с жизнью.

— Тебе конец, сопляк! — шипел папаша Эльзы, а я невольно перешёл на магическое зрение. Ба, да у него же тоже внутри сидела астральная сущность, но габаритами она явно не соответствовала своему носителю. Там была не то пиявка, не то червяк, выглядела она отвратно и явно трусила передо мной, пытаясь зарыться как можно глубже.

«Войд, ну-ка шугани этого подселенца недоразвитого, чтобы он вправил мозги своему носителю и держал его подальше от Эльзы!»

«С удовольствием!» — отреагировал тот и вышел проекцией из тела на погулять. Рык горга при этом даже меня пробрал до печёнок, что уж говорить про незатейливого папашу.

Тем временем лианы завернули его в плотный кокон и отправились вслед за мной на выход из больницы. Пришлось, конечно, постараться, но три этажа зелёных плетей хватило для того, чтобы его спустить, а после едва ли не пинком вышвырнуть из больницы.

Когда я вернулся в кабинет к сестре, та молча плакала. Слёзы катились у неё из глаз, но не было всхлипываний и рыданий, свойственных женской истерике. При этом нынешнее состояние мне казалось даже более страшным. Когда женщины рыдали в голос, заламывали руки, с психологической точки зрения это давало гораздо большее очищение их нервному состоянию. Такая же тихая истерика накладывала гораздо более сильный отпечаток и оставляла глубокие травмы.