Дед в режиме ведьмака (СИ) - Решетов Евгений Валерьевич "Данте" - Страница 51

— Естественно, — кивнул Крылов и добавил, глянув на нас с Грулевым: — Господа, дайте слово дворянина, что при вас нет артефактов.

Мы со взяточником поклялись, что не имеем таковых.

— Тогда пора начинать, — быстро произнёс барон и отошёл чуть в сторону вместе с Владленой, освободив площадку. — По моему сигналу: я опущу руку. Услышали, судари?

— Да, — в унисон ответили мы, встав метрах в пяти друг от друга, как того требовали правила магической дуэли.

Крылов резко опустил лапу, и всё завертелось.

Я мигом грохнулся на одно колено, предвосхищая атаку Грулева. Тот, как мне и мыслилось, швырнул в меня свою самую сильную магию — «феникса», открывающегося на шестидесятом уровне.

В лицо мне ударил страшный жар, а над головой с рёвом пронеслось подобие огненной птицы. Аж волосы на темечке затрещали, наполнив воздух характерным запахом. Но зато я без потери выносливости сумел избежать встречи с магическим атрибутом.

Вот из таких удачных микроэпизодов и складываются победы! Правда, сейчас до неё ещё было далеко.

Грулев зарычал и швырнул в меня второго «феникса», совсем не жалея выносливости. Пришлось выставить сразу два «воздушных щита». Огненная птица разрушила оба, но и сама пропала, успев пропалить в моей рубашке пару дыр на боку. Даже кожу защипало.

— Ох! — взволнованно воскликнула Владлена, понимая, что я провернул опасный трюк.

Такой финт ушами подвластен только опытным магам, понимающим, какая магическая атака какой урон способна нанести. Многие на моём месте использовали бы три «воздушных щита», что б уж наверняка. Но я-то старался экономить выносливость.

А вот Грулев будто не испытывал в ней недостатка, что наводило на всякие размышления.

Кажется, в этом и был его козырь… Что-то подпитывало его выносливостью. Но это точно не зелье. Оно в такой ситуации бесполезно, поскольку не способно дать какую-то сверхвыносливость. Зелье могло восполнить лишь потраченную.

Тогда Грулева подпитывает какой-то артефакт? Соврал, гад, или покривил душой, использовав размытые формулировки, когда клялся! Что-то такое у него точно есть. И это осложняет дело.

Если я сейчас заору, что у него артефакт, а того при нём не окажется, меня же на смех поднимет не только Крылов, но и пара ворон, пролетевших над кронами деревьев.

Глава 24

На небе появилась бледная луна, с любопытством взирающая на парк, окружающий особняк Крылова. Сам барон вместе с Владленой напряжённо следил за нашей с Грулевым дуэлью. Та продолжалась уже несколько минут. И это время я не мог занести себе в актив. Хренов взяточник доминировал. Только многолетний опыт ведьмака и стальная воля всё ещё позволяли мне стоять на ногах.

— Я убью тебя, уничтожу! — яростно прохрипел он, швырнув в меня очередную порцию огненной магии.

Я принял её на «воздушный щит», начав пятиться от мага. Тот уже порядком вымотал меня, атакуя и атакуя, как бешеный пёс. Пот заливал мои глаза, а дыхание с хрипами вырывалось из ходящей ходуном груди.

— Бежишь, трус! — заревел он и захохотал, как гребанный демон безумия.

А чего бы ему не хохотать? Его выносливость и не думала истощаться.

Да, жирные щёки и сальный лоб ублюдка вспотели, но лишь оттого, что он применял магию огня. Воздух из-за неё сильно прогрелся, а на стволе одного из деревьев чернело пятно, оставленное «шаром огня».

Да ещё из-за буйства магии перегорели лампочки на парочке ближайших столбов. Один и вовсе весело трещал и искрился.

— Зверев, ты ответишь за всё! — вскричал упивающийся силой Грулев и кинул в меня «стену пламени».

Ревущий огонь пронёсся по брусчатке и накатился на меня, сожрав аж пару «воздушных щитов». Волосы снова затрещали, а кожу лица неприятно стянуло. Да и всё. Взяточник опять не добился ничего существенного.

Правда, и мои злобно затрещавшие «шаровые молнии» не достигли тушки противника. Они разбились об «огненный щит», похожий на вставшую на дыбы лужу живого огня диаметром в пару метров.

— Ты ничто против меня, Зверев! — снова проорал взяточник, порабощённый эмоциями, словно мелкий подонок, наконец-то дорвавшийся до власти и начавший мстить всем, кто, по его мнению, когда-то обидел его.

— Побереги дыхание. Тебе ещё предстоит громко вопить, когда я испепелю твою руку, — насмешливо выдал я, продолжая пятиться по круглой площадке.

— Сейчас я вобью твои остроты в твою же глотку! — зашипел Грулев, практически не сходя с места.

Он передвигался буквально на метр-полтора в разные стороны, а затем возвращался в исходную точку, словно муха к сладкому дерьму.

Хм, любопытно…

— Барон, у Грулева как-то подозрительно много выносливости, — внезапно произнесла Владлена, щуря глаза. — Дуэль нужно остановить.

Крылов взволнованно облизал губы, покосившись на взяточника. Уже и дураку было ясно, что тот как-то уж слишком могуч для своего уровня. Но барон не хотел останавливать дуэль, ведь главная цель не достигнута — я был жив и здоров, хоть и измотан. Уже завтра к полудню я снова приду в форму, а это значит, что на охоте в Лабиринте могу показать хороший результат, выиграв пари у Крылова. А тот отчаянно не желал такого исхода. Вот он и медлил, давая Грулеву возможность дожать меня.

Предварительно, наверное, они посчитали, что Грулеву с такой-то выносливостью хватит пары минут, чтобы одолеть меня, но я поломал их планы. Эх, как я люблю это делать!

Взяточник вдруг заорал, расслышав слова Велимировны за шумом магической схватки:

— Никакой остановки дуэли не будет! Всё честно! Я весь последний год занимался развитием выносливости по тайным методикам! Тренировочный зал стал моим домом, а магия — продолжением руки! Все мои домочадцы рукоплескали мне, когда я им показал свою новую мощь!

— Бред какой-то! — выдохнула Владлена, посмотрев на барона.

Тот тоже едва глаза не закатил, услышав тираду Грулева, не сумевшего придумать ничего более правдоподобного.

Я же иронично прохрипел, уйдя в глухую оборону:

— А меня пьяный отец учил магии, и не в тренировочном зале, а в подворотне. Никто мне не рукоплескал, но помойные коты шипели восторженно, зуб даю! Так что давай, Грулев, посмотрим, чьё кунг-фу сильнее. Пора прекращать этот цирк!

— Сейчас ты, сука, навсегда забудешь все свои издёвки! — прорычал взяточник, чья физиономия раскраснелась за «огненным щитом».

— Отлично, ты хотя бы понял, что я издеваюсь над тобой! — выпалил я и швырнул «порыв ветра», наконец-то добравшись до нужной позиции.

Моя магия прошла рядом с Грулевым, не попав в выставленный «огненный щит». Тот, кстати, всегда оставался на одном месте, а не следовал за своим хозяином.

Остальные «щиты» других ветвей магии работали так же — где маг их поставил, там они и стояли, пока не развеивались от нехватки энергии, переработанной из выносливости мага.

— Криворукий ублюдок! — ехидно выпалил Грулев, оскалив жёлтые зубы.

Я молча подмигнул ему и покосился на растрескавшуюся статую, принявшую удар «порыва ветра». Она не выдержала такого надругательства и треснула ровно посередине, из-за чего верхняя часть статуи с тихим хрустом съехала с нижней и полетела к взяточнику.

Тот успел повернуть голову и даже по-поросячьи взвизгнуть. Однако мраморная сабля всё равно ударила его прямо в лоб.

Маг с болезненным стоном упал на спину, очумело хлопая зенками. По его рассечённому до кости лбу хлынула кровь, а изо рта вырвались хрипы.

— Вот для этого она тут и стояла, — насмешливо бросил я обалдевшей Владлене, кивнув на статую, а затем, хромая, подошёл к Грулеву.

Тот не мог встать, скребя брусчатку судорожно согнутыми пальцами. Пучил мутные глаза и мычал, пуская слюни, смешавшиеся с кровью, заливающей лицо. Продолжать дуэль он точно не мог.

— Зверев, вы победили! Проявите снисхождение, не троньте Грулева! — выпалил барон, сумев побороть потрясение, вызванное тем, что его подопечный, выглядевший абсолютным фаворитом, проиграл, да ещё столь примечательно.