Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 8 (СИ) - Ло Оливер - Страница 1

Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 8

Глава 1

Приглашение

Касс видела, как мастер оттолкнулся от каменного пола храма. Трещины паутиной разбежались от точки его прыжка, камень раскололся под давлением силы. Дарион взмыл в окно, превратившись в серебристую вспышку, и исчез в море монстров снаружи.

Потом началось то, что было даже сложно описать.

Сначала девушка не поняла, что происходит. Серебряные линии начали появляться в воздухе. Не сразу везде, а одна за другой, как будто кто-то невидимый чертил их в пространстве раскаленным клинком. Линия здесь. Линия там. Еще одна. Еще десяток.

Они возникали бесшумно, без взрывов, без криков. Просто серебристые разрезы в реальности, которые на мгновение повисали в воздухе, а потом исчезали, оставляя после себя слабое послесвечение.

Монстры начали падать.

Первыми рухнули те, что были ближе к храму. Огромная тварь с щупальцами просто развалилась на куски, разрезанная на идеально ровные части. Ледяной голем рассыпался, словно его собрали из песка. Летучая химера разлетелась на три отдельных фрагмента, каждая голова упала отдельно от тела.

— Что там происходит? — прошептал кто-то из Охотников.

Касс не ответила. Она не могла оторвать взгляд от зрелища снаружи.

Серебряные линии множились. Десятки превратились в сотни. Сотни в тысячи. Они появлялись повсюду, будто сама реальность трескалась по швам. Вертикальные, горизонтальные, диагональные. Каждая линия означала смерть.

Монстры ревели. Их вопли сливались в единый крик ужаса и боли. Они пытались бежать, пытались спрятаться, пытались атаковать невидимого врага. Бесполезно.

Серебряная линия появлялась рядом с головой твари, и голова слетала с плеч. Другая линия прочерчивалась через торс, и тело распадалось пополам. Третья разрезала сразу дюжину монстров, выстроившихся в ряд.

Касс попыталась разглядеть мастера в этом хаосе, но не смогла. Все, что она видела, это серебряное размытие, мелькающее между монстрами быстрее, чем глаз успевал проследить. Не человек, не фигура, просто движение. Чистое, безупречное, смертоносное движение.

— Он… он везде, — выдохнула Брина Синкроф, стоявшая рядом с Касс у окна. — Одновременно везде.

Серебряные линии появлялись в десятках точек одновременно. На севере, где сражались Максимус и Хельга. На юге, где отступали остатки других кланов. На востоке, на западе, в центре города. Повсюду.

Дарион Торн стал ураганом смерти, который проносился через море монстров, не оставляя за собой ничего живого.

Один из Охотников клана Зориан неосторожно высунулся в окно, пытаясь лучше рассмотреть происходящее. Серебряная линия мелькнула в пяти сантиметрах от его лица, разрубая трех монстров, карабкавшихся по стене храма. Мужчина отшатнулся с криком, упав на пол.

— Не лезьте наружу! — рявкнул кто-то. — Не попадите под удар.

Вот только такое вряд ли бы произошло. Касс видела, как серебряные линии танцевали вокруг Охотников, которые оставались снаружи. Разрезы появлялись в миллиметрах от их тел, убивая монстров, но ни разу не задевая людей.

Точность была нечеловеческой. Абсолютной.

Минута. Две. Три.

Серебряные линии не останавливались. Они множились, пересекались, создавали сложные узоры в воздухе. Монстры умирали сотнями. Тысячами. Море тварей начало редеть, но серебряный ураган не замедлялся.

На севере Максимус Малигаро стоял, опираясь на молот, его благословение уже спало. Пусть он и был апостолом бога, но у всего есть ограничения, и если он не хотел умереть, то приходилось это учитывать. Глава клана смотрел на происходящее с открытым ртом. Вокруг него монстры просто падали мертвыми, разрезанные невидимыми ударами.

— Это невозможно, — прошептал он. — Никто не может двигаться так быстро. Никто.

Хельга Эйзенхорн отключила все свои артефакты. В них больше не было нужды. Ее турели молчали, барьеры погасли. Девушка стояла, глядя на серебристые вспышки, которые мелькали по всему Разлому, и в ее глазах горел исследовательский азарт вперемешку с чем-то похожим на страх.

— Скорость… реакция… точность… — бормотала она, записывая что-то в блокнот дрожащей рукой. — Это превосходит все известные пределы человеческих возможностей. Даже апостолов. Это… это что-то другое.

Четыре минуты.

Серебряные линии начали появляться реже. Не потому, что Дарион замедлился, просто монстров становилось все меньше. Огромное море тварей, которое заполняло улицы города, превращалось в разбросанные кучки трупов.

Пять минут.

Последняя волна монстров попыталась отступить к порталам. Они бежали, давя друг друга, отчаянно пытаясь сбежать от серебряного кошмара, то, что раньше гнало их сюда, уже не казалось таким страшным. Но сейчас побег был… бесполезен.

Серебряные линии догоняли их одну за другой. Разрезы появлялись в спинах бегущих, в ногах, в головах. Монстры падали, даже не успев понять, что убило их.

Касс увидела, как серебристая фигура мелькнула прямо перед окном храма. На мгновение, всего на долю секунды, она смогла разглядеть мастера.

Дарион двигался в слиянии с черным тигром, его тело покрывали темные полосы, глаза горели золотом. Клятвопреступник был размыт от скорости, окутан молниями. Но главное, его лицо было абсолютно спокойным. Не яростным, не напряженным. Просто сосредоточенным, как у мастера, выполняющего привычную работу.

Потом он исчез, оставив после себя только серебристый след.

Шесть минут.

Рев монстров начал стихать. Потом и они окончательно замолчали.

Серебряные линии появились в последний раз, прочертившись через остатки монстров у дальних порталов. И наконец все замерло.

Тишина.

Абсолютная, гнетущая тишина опустилась на Разлом.

Касс медленно вышла из храма. За ней потянулись остальные Охотники, словно загипнотизированные. Они шли, не в силах поверить своим глазам.

Все монстры были мертвы.

Улицы завалены трупами. Горы разрубленных тел тянулись во все стороны. Кровь текла ручьями, образуя лужи на камнях. Запах был чудовищным, но никто не обращал на это внимания.

Тысячи монстров. Десятки тысяч. Может быть, сотни тысяч. Все убиты за шесть минут.

И посреди этого моря трупов, в самом центре города, стоял Дарион Торн.

Слияние с духом спало. Черные полосы исчезли с его кожи, золотое свечение погасло. Клятвопреступник был сжат в руке, кончик опущен к земле. Дарион тяжело дышал, пот стекал по лицу, но стоял он все равно прямо.

Он огляделся, оценивая результат своей работы, и устало выдохнул.

— Хорошо, — пробормотал он себе под нос. — Очень даже хорошо.

Касс первой ринулась к нему, перепрыгивая через трупы монстров. Остальные Охотники медленно двигались следом, все еще не до конца осознавая, что только что увидели.

Максимус Малигаро шел, опираясь на молот. Его лицо было бледным, в глазах читался шок. Хельга следовала за ним, лихорадочно что-то записывая в блокнот, ее руки дрожали.

Брина Синкроф остановилась в нескольких метрах от Дариона, просто глядя на него. В ее взгляде была смесь благоговения, страха и чего-то еще. Чего-то, что она сама не могла понять.

Остальные кланы сходились к центру. Боран, Зориан, Эйзенхорн, Синкроф. Все, кто выжил. Все, кто был свидетелем этого спасения их жизней.

Они стояли кругом вокруг Дариона, молча глядя на него. Никто не знал, что сказать. Слова казались недостаточными для того, что они только что видели.

Я осматривал поле боя, стараясь отдышаться. Стойка Мерцающего Клинка всегда была энергозатратной, но после всех тренировок и поглощенных жемчужин истощение оказалось не таким сильным, как я ожидал. Тело гудело от напряжения, мышцы ныли, но я чувствовал себя… бодрым. Силы продолжали восстанавливаться даже сейчас, демоническое сердце Баала работало как вечный двигатель, перекачивая энергию.

Хорошо. Значит, прогресс налицо.