"Фантастика 2025-190". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Потапов Артём - Страница 436

— Хм. Допустим. Какой процент «воронов» способен стать потенциальным «носителем»? Цифры, статистика? Что можете доложить относительно этой стороны вопроса?

Куратор даже не поднял головы. Спросил, продолжая что-то вычитывать из предоставленного отчёта.

— Так, а зачем эти данные систематизировать…? — проблеял лаборант, обильно покрываясь потом. «И почему его все так боятся? Ну что мне он сделает? Уволит? Не расстреляет же… Хотя лучше не проверять и не знать» — мысли только мешали и сбивали, и без того неуверенного сотрудника.

— Не понял?

Вот сейчас, когда Куратор резко прихлопнул лист к столу и впился взглядом, словно удав на мышь перед броском, лаборант понял «почему». Не было в этих холодных глазах ни человечности, ни жалости, ни сострадания.

Только могильный холод, что веет сыростью из склепа. Тут же подоспела следующая мысль, завершающая картину восприятия и ставящая в данном вопросе окончательную точку: жизни в этих глазах просто не было, они были мёртвые.

— Ну…

— Так. Стоп! Уровень вашего звена?

— Среднее…

На этих словах Куратор так сморщился, что лаборанту действительно от самого себя противно стало.

— Давайте сюда руководителя вашего отдела, прямо сейчас.

Дважды повторять не пришлось, выдохнув более шумно, чем стоило, сотрудник буквально на пятках совершил виртуозный разворот и, чуть ли не бегом, направился на выход. «Вот и ладно. Вот это правильно. Пусть, вон, начальники и отдуваются, им и платят больше»…

— Знаете, когда я прошу отчёт, то жду, что докладчик будет в состоянии связать хотя бы два слова. А вообще, что сможет чётко и внятно давать ответы на поставленные вопросы.

Теперь в кабинете куратора «обтекал» уже руководитель ОАИИП (Отдел Аналитических Исследований Испытуемых Проекта), старшего звена.

— Видите ли…

— Нет, — резко прервал его Куратор, — Не вижу. Впредь подобное считать недопустимым. Это ясно? Отлично. Повторяю вопрос и жду на его чёткий и внятный ответ. Какой процент «воронов» способен стать потенциальным носителем? Цифры, статистика? Что можете доложить относительно данной стороны вопроса?

— Так, а смысл анализировать подобные данные? — руководитель всё-таки смог совладать с собой и взять официальный тон.

— Не понял? Вы сговорились, что ли? Жду внятных объяснений, — как можно сдержаннее сказал Куратор.

— Дело том, что фактически каждый испытуемый является потенциальным «носителем». Те, кого мы называем «воронами», не более чем возмутители общего потока. Да, они где-то отличаются от основной массы испытуемых, но это и не делает их особенными. Что же касается указанных вами ранее 15% от изначальных показателей, окончательно ответить на этот вопрос будет возможно только при проведении финального исследования испытуемых. В данный момент практически все участники находятся в границах 5–7%. И на указанное значение не влияет ни наличие Уника, ни отношение к категории «воронов». Именно по этой причине, анализ таких данных утрачивает смысл. Для этого придётся охватывать всю аудиторию. Боюсь, такой уровень в текущий момент выходит за пределы наших возможностей.

— Возможности пока оставим в покое. Лучше объясните, по какой причине данная информация отсутствует в предоставленном отчёте? — достаточно резко спросил Куратор, но докладчик выдержал выпад достойно.

— По причине отсутствия её, на момент его формирования. Мы продолжаем работать и получать всё новые сведения и данные. Учитывая ваше распоряжение и отношение к проделанной работе, предоставлять информацию без предварительной проверки, посчитал не профессионально.

Руководитель ОАИИП смог-таки попасть в цель, подобрав нужные слова, и разрядить обстановку — Куратор молча кивнул и откинулся на спинку кресла, давая понять, что остался доволен ответом.

— Хорошо. Процент точности данных на текущий момент?

— Порядка 43%, но эта цифра имеет стабильную тенденцию роста.

— Продолжайте.

— Так вот. Те, кого мы называем «воронами», как я уже говорил, не более чем просто возмутители. Их «вспышки» обусловленным не столько выдающимися возможностями, сколько поступками и их последствиями в пространстве.

— Точнее.

— Это любые события, выходящие в той или иной мере за грань принятой нормы.

— Пример.

— Хм. Возьмём, прям самый необычный, для полноты картины восприятия. Один из испытуемых заплатил местным алхимику и кузнецу, объяснил, что ему необходимо и чего хочет добиться этим, и они за пару дней сделали под его чутким руководством самогонный аппарат.

—?

— Да, самый что ни на есть самогонный аппарат. Запустили его, выгнали первак и сразу упились вусмерть. А сейчас промышляют производством и продажей крепкого алкоголя в какой-то там провинции. Причём бизнес идёт в гору. И вот это событие, никак не связанное с целями наших исследований, создало достаточно мощную «вспышку». Мы потратили немало сил и времени, прежде чем нашили причину и были крайне ей удивлены.

— То есть. Кто-то принёс технологии в чуждый этому мир? К каким последствиям это может привести? Есть предварительный анализ? Почему этот аспект не был принят во внимание на стадии подготовки?

— Смею предположить, что причинами явились именно возможности Проекта, которые фактически не ограничены. Соответственно, принять во внимание все вероятности и нюансы, фактически не представляется возможным.

Нехотя, но куратор, всё же, кивнул, соглашаясь с докладчиком. Признавать чью-то правоту ему приходилось редко, и давалось ему это непросто. Однако, это не делало его слепым самодуром — слушать и слышать он умел замечательно.

— Так что о вероятных последствиях?

— Точных данных нет и спрогнозировать их практически невозможно, а делать догадки и строить гипотезы, полагаю, нам не пристало?

— Правильно понимаете. Вы приятный собеседник. В дальнейшем предпочёл бы обсуждать текущие вопросы именно с вами. Если отставить гипотезы и прочее, ваше мнение?

— Моё? — докладчик откровенно растерялся, — К каким-либо существенным изменениям это привести не должно. Объективно пользование магией значительно эффективнее и выгоднее сложных, сомнительных технологий. Такие мелочи, как самогон, будут явлением, скорее, локального характера.

— Принимается, — кивнул Куратор, — В данном направлении силы и средства не расходовать, но процесс контролировать по мере возможности. Вернёмся к началу, относительно «носителей». Только кратно. Остальное отправите отчётом по готовности.

— Кратко… — докладчик замялся, вспоминая, что уже озвучил и о чём ещё не успел сообщить, — Если вкратце, то тут включается так называемый принцип «велосипеда» — нельзя разучиться на нём ездить. Теоретически, абсолютно любой из них «носитель». И не исключено, что незаурядный персонаж, окажется им в большей степени, чем наши «вороны». Последние результаты проверок и анализа именно на это и указывают. Смею предположить, что изначально подход к этому вопросу был выбран неверно.

— Не понял? Учитывалось мнение и видение каждого. Где ваш отчёт по этому пункту?

— Его нет. Я присоединился к Проекту несколько позже, и эти данные уже не собирали.

— Плохо, очень плохо! — докладчик в ответ лишь пожал плечами, уж его вины в этом точно не было, — Ладно. Ваши предложения?

— Как я и говорил. Подход выбран неверный. Для анализа интересующей нас информации слишком мало вводных данных, взять которые в текущий момент неоткуда.

— Почему?

— Всё дело в первичном тестировании. Не понимаю, зачем надо было использовать стандартные алгоритмы. Именно на этой стадии и требовалось выяснить, чьё сознание предрасположено к максимальной фиксации и сохранению поступающей информации. Сейчас эти сведения нам не получить чисто физически.

— А вот это становится проблемой… — Куратор резко встал и прошёлся по кабинету, — Я вас услышал. Можете идти. Ждут отчёт с уточнёнными данными.

Как только начальник ОАИИП вышел за дверь, Куратор созвал экстренное совещание. Любая ошибка, допущенная в самом начале, способна стать точкой невозврата и привести к краху проекта, каких бы масштабов он ни был.