Караул! Яга сбежала! (СИ) - Артемова Елена - Страница 40

— А как с пропавшими девами быть? — поинтересовалась я, не услышав этого пункта в плане.

— А с ними пусть Иван разбирается, — резонно заметил Кощей. — Нечего в тереме штаны просиживать, княжич он или нет?

Что ж, пожалуй, Кощей прав, а Василиса пусть помогает, ей тоже полезно будет.

**

— Мне надо послать тебя к Лешему? — поинтересовалась я у Кощея, когда мы, держась за руку, спустились с крыльца.

— Нет, — усмехнулся мой мужчина. Мой же? От этого понимания по телу прошла волна тепла и нежности. Мой. И никакой кикиморы рядом!

— Я прекрасно найду дорогу. — Кощей громко свистнул, подзывая коня. Ещё секунду назад Мрака не было видно, а сейчас со стороны леса на нас мчится тёмное облако. Помню, как я, впервые увидев это зрелище, испугалась.

Ехать нам предстояло не так далеко. По словам Кощея, за дубовой рощей у озера Надежды и живёт его друг. При упоминании названия я нервно хихикнула:

— Почему Надежды — в честь очередной утопленницы? — ну а что? Девичье — там девицы тонут, кто его знает.

Оказалось, что нет, к тому озеру нет хода простому люду. А Леший он обречён на вечное одиночество, оттого и надежда, что он надеется обрести своё счастье.

М-да, печалька. Загнула я последний оставшийся беспроблемный палец, пообещав мысленно разобраться с этим позже.

Глава 31

Дорога до дубовой рощи оказалась на удивление спокойной. Мрак бежал плавно, словно скользил над самой землёй, а не скакал по ней. Я сидела впереди, прижавшись спиной к груди Кощея, чувствуя тепло его рук, державших поводья. От этого было невероятно спокойно, даже несмотря на цель нашего визита.

Что скрывать, я волновалась. Всё-таки, по словам домовых, болотная ведьма — вторая по силе после Яги. А поскольку Яга теперь я, и силёнок у меня не очень-то чтобы очень, то… сравнение явно не в мою пользу. Поддержка Кощея, да ещё и Леший рядом немного успокаивали, но, будем откровенны, не сильно.

Если вина за пропажу девиц и правда на болотной, то так ведьма и признается. Я даже представляю себе этот разговор:

— Ты девушек в зеркала заточила?

— Я.

— Зачем?

— Надо было.

— Верни назад.

— Обойдёшься.

И что я с ней сделаю? Правильно — ничего.

Из размышлений меня вывел шёпот Кощея.

— О чём задумалась, моя любимая ведьма? — прозвучало у самого уха, обдавая жаркой волной.

Я вздрогнула и чуть не съехала с седла.

— Да так… Прикидываю, хватит ли мне сил, чтобы болотницу в её же трясине утопить, если что, — пошутила я, стараясь скрыть неуверенность в голосе.

Рука Кощея на мгновение отпустила поводья и обвила мою талию, прижимая к себе ещё крепче.

— Не твоя это забота. Сила — моя задача. А твоя — быть умной и осторожной. Мы просто побеседуем, навряд ли она с порога начнёт в нас швыряться заклинаниями… — Он не договорил, но по его тону мне стало ясно, что такая вероятность весьма высока.

Лес расступился, и мы выехали к озеру. Его я узнала сразу: вот мостки, на которых я сидела, а вон там, чуть дальше, баня и домик Лешего. Воспоминания о том, как сурово смотрел на меня тогда Кощей, нахлынули так ярко, что я не удержалась от вопроса.

— А почему ты тогда так разозлился, когда увидел меня у озера? — выпалила я, заглядывая в глаза любимому.

Он усмехнулся в ответ.

— А сама-то, как думаешь? — Сведя брови к переносице, он ответил вопросом на вопрос.

Если бы я знала ответ, то не спрашивала бы. Навряд ли он тогда приревновал. К кому? К старику-Водяному? Или к другу Лешему? А может, к болотнику тому, что купался? Болотник? А не муж ли он ведьмы, к которой мы направляемся?

— Нет, — услышав новый вопрос, ответил Кощей. — Он на другом болоте хозяйничает. А что до того, почему я злился… — он вернулся к первому, — Прости. Я злился не на тебя, а на ситуацию в целом. Каждое утро просыпаться с тобой… это, конечно, приятно, хоть и непонятно почему. Но вот не иметь возможности на продолжение… Это сильно выводило из себя.

Он говорил тихо, почти вкрадчиво, и каждое слово будто обжигало кожу. Я замерла, боясь пошевелиться, чтобы не спугнуть этот редкий момент откровенности.

— Я привык всё контролировать, — продолжил он, и его голос приобрёл низкий оттенок, от которого тело покрылось мурашками. — А тут ты. Появилась из ниоткуда. В моей постели. В моей жизни. В моих мыслях. И я не мог ничего поделать. Не мог понять, что это: чья-то шутка, ловушка, колдовство? А главное — не мог… не мог просто быть с тобой. Как хотел. Эта неизвестность, эта беспомощность сводили с ума. Вот и злился.

— Как хорошо, — шепнула я, накрывая его руку, сжимавшую поводья, своей ладонью, — что ты рядом. И что ты — настоящий. Теперь я точно знаю, это не наваждение, что я и ты… мы…

Запнулась, не зная, как выразить словами те чувства, что испытываю к нему. Но ему не нужны были признания, он понимал всё без слов. Прижав меня крепче, выдохнул мне в макушку:

— Никуда тебя больше не отпущу.

Мрак замер у покосившейся избушки, на пороге которой нас поджидал хозяин. Леший в серой рубахе, подпоясанной обычной верёвкой. Он стоял, засунув руки в карманы штанов. Босиком. Плечом привалившись к двери и с хитрым прищуром осматривал нашу парочку, так увлечённую разговорами, что не замечавшую ничего вокруг. И когда Кощей потянулся ко мне с поцелуем, против которого, надо сказать, я совершенно точно не возражала, то Лешему пришлось многозначительно кашлянуть.

— Кхе-кхе, доброго утречка, — его хриплый голос заставил меня вздрогнуть. Кто здесь? Но, увидев, что Леший один, я откинула голову на плечо Кощея и улыбнулась.

— Доброе. Мы тебя разбудили? — Растрёпанная шевелюра хозяина леса наводила на мысли, что он прямиком из постели.

— Не вы, лес шумел, сказал — гости едут. — Широким жестом Леший махнул в сторону рощи. — С чем пожаловали? Дело какое или так?

Он приподнял одну бровь, пытаясь выглядеть строгим, но при этом огоньки в глазах выдавали веселье.

— Всего помаленьку, друг, всего понемножку, — Кощей спрыгнул с коня, помог спуститься мне, а затем по-братски обнял Лешего.

— Рад за вас, дружище, — похлопывая товарища по широкой спине, шепнул Леший, но так, чтобы я расслышала.

**

В избе всё было не так, как в прошлый раз. Никаких гостей, заправленная кровать, пустой стол без следов вечерних безобразий. Но стараниями хозяина уже через пять минут на скатерти появились кружки, буханка ржаного хлеба, вяленое мясо и кувшин с ароматным напитком.

— Взвар, твой любимый, — ставя на стол угощение, произнёс Леший.

— Грушевый, — довольно потирая руки, пояснил мне Кощей. Но яснее не стало, я так и не поняла, что такое взвар.

Пока этот напиток не разлили по кружкам. На деле это оказался самый обычный компот из сушёных фруктов, кусочки которых плавали на дне. Сделав первый глоток, я зажмурилась от удовольствия — вкуснота необыкновенная. Пожалуй, теперь это и мой любимый напиток.

За едой Кощей рассказал другу о проведённом ритуале, о том, что все сомнения рассеялись и теперь его можно официально поздравить — он нашёл своё счастье.

Счастье, то есть я, благоразумно помалкивала, пусть мужчины сплетничают. А дальше акцент в беседе сместился на насущные проблемы. Обозначив причину нашего визита и попросив помощи в поиске ведьмы, Кощей замер в ожидании ответа.

Судя по тому, что Леший согласился не сразу, он явно не желал встречи с болотницей. Да и то, как он морщился при одном лишь её упоминании, наводило на мысли, что у него какие-то личные счёты.

Надо бы Кощея расспросить, — промелькнуло у меня в голове. Хотя вряд ли он мне расскажет. Вон, Леший в тот раз отказался тайны друга выдавать. Но попробовать-то стоит, а вдруг?

— Давненько не видал я старой карги, — побарабанив по столу, произнёс Леший. — Что же, знать, время пришло. — Он резко поднялся со своего места, словно боялся передумать. — Идём, дорога дальняя, но я знаю слова заветные, тропы короткие.