Брачный контракт по-драконьи (СИ) - Руд София - Страница 23

Ага, дорожит и во всех грехах меня подозревает.

— Лема, а ты не знаешь, что со мной случилось вчера?

— Ой, госпожа, я ничего не видела. Клянусь! — Лема смущается еще больше.

Она, тотчас сославшись на срочные дела, кланяется и уходит, плотно закрыв за собой дверь.

Я же так глубоко ухожу в мысли, что вспоминаю про отвар лишь тогда, когда кончики пальцев начинают гореть из-за температуры чашки.

Тут же возвращаю ее обратно на поднос, что стоит аккурат на зеркальном кофейном столике у кресла, и вновь прокручиваю в голове странное видение, больше похожее на отрезок жизни, который я каким-то образом умудрилась забыть. И те слова… те слова…

Бред! Может, у меня попросту воображение разыгралось, после того как я надышалась порошком в тайном кабинете лорда? А я ведь так и не узнала, что это была за гадость в склянке.

Сонный порошок пахнет иначе. Да и если бы это был он, я бы свалилась без чувств. К тому же лорд сказал, что я не пожалела ни его рубашку, ни камзол. Не ногтями же я их разрывала, как дикая кошка.

— Боги! — Я подскакиваю с места и тут же опускаюсь на ватных ногах.

Именно так и было. Я разорвала одежду лорда Соула. Только вот не как кошка, а как искусительница…

Лорд Соул

Не взяла украшения, а положила в шкатулку камни, зная, что идет в западню. Не испугалась, не отступила, хоть и знала, что помощи ждать неоткуда.

Шагнула в портал, прямо в логово гнусных гадов во главе Максвеллом, и, даже когда все пошло не по плану, не сбежала одна. Осталась спасать Лизи, хотя знает ее лишь два дня.

— Что это? Слепой героизм? Слабоумие и отвага? Или хитрый план? — раздается голос Гарея.

Но говорит он совсем о другом деле, которым ему лично поручил заняться король. По этому поводу друг приперся с утра пораньше ко мне в кабинет.

Однако сказанная Гарем вслух фраза идеально дополняет мысли, которые не дают мне покоя со вчерашнего дня.

— Ты чего? — Кай хмурится, когда я перевожу взгляд с отчетов на столе на компаньона, прижившегося к черному креслу в моем домашнем кабинете, как к собственному.

— Узнал, на кого работал этот Макс? — спрашиваю я.

Но Гарей отрицательно качает головой.

— Как вообще вышло, что он скончался до допроса, Соул?

— Он заключил с кем-то сделку, не успел ее выполнить, и заклятие остановило его сердце.

— И ты не успел узнать, кто стоял за похищением твоей племянницы, верно я понимаю? А ты уверен, что кто-то стоял?

— Уверен, — киваю я, ибо вся эта картина выглядит подозрительно.

Ни один, даже самый отчаянный картежник не рискнул бы сунуться к моей семье. А этот сунулся.

Опоил Лизи так, что она едва ли понимала, что происходит, и если бы не Диана… Глупая, камней напихала и рисковала собой. А если бы все кончилось плохо?

Или она знала, что будет так, как ей нужно?

Злость берет верх, когда я собираю мозаику снова и снова, но картина получается той же.

К Диане пришли кредиторы, которым заплатили за нападение на нее. Ниточка вела к Максвеллу, который обманом вынудил Лизи выйти из дома, а после опоил и шантажировал Диану. И она пошла, рискуя собой, что уже безумно злит.

Но еще больше злит то, что Макс скончался. Кто бы ни руководил его действиями, он знал, что марионетке конец. Знал, что останется в тени. Это все будто бы тщательно спланированная операция.

И отсюда возникает один-единственный вопрос: «Кому это выгодно?»

Гнев берет такой, что не сразу замечаю, как перо трескается в руке. Ибо в списке на первом месте — Диана.

Проникла в дом, пробудила дракона и, едва я начал ее в чем-то подозревать, тут же обеспечила себе репутацию абсурдно героическим поступком. И если это то, о чем я думаю, ей остается лишь одно — связать себя со мной узами брака, и тогда она получит доступ к тому, что ей нужно. К тому, что я охраняю.

Неужели она и есть та, за кем я так долго охочусь? Диана — моя неуловимая воровка? Возможно. Но она не убийца! А преступница, которую все ищут повинна во многом.

Откидываюсь на спинку кресла и закрываю глаза, желая найти хотя бы один факт, который поставит эту теорию под сомнение, но их нет. Все против нее. И разум тоже против, лишь дракон, час от часу просыпающийся, гневается, веля не клеветать на Диану.

Кажется, я сейчас свихнусь. Мне нужны ответы, но прямые вопросы задавать нельзя. Что если это не она, а я напугаю ее до полусмерти? Что если она опять исчезнет, а я не найду ее?

— Твой артефактор еще в столице? — спрашиваю я у Гарея.

— Спарт? — уточняет он так, будто у него десять талантливых артефакторов на каждом углу. — В столице. Что ты задумал, Соул?

— Я поручил ему кое-что. Поторопи, — прошу я товарища.

И тот обещает заглянуть к Спарту немедленно, а мне остается только ждать, когда же устройство, способное дать мне нужные ответы, окажется в моих руках.

— Ваша Светлость, леди Роуэлл пришла в себя, — докладывает Лема.

И я тотчас покидаю кабинет и иду наверх, мысленно моля всех богов, чтобы Диана Роуэлл оказалась той самой вздорной адепткой, которую я помню с академии, а не хитрой непревзойденная шпионкой, умудрившейся сбежать от дюжины преследователей.

Едва вхожу в ее комнату, как лекарь говорит о Диане: «Всего-то пара ушибов», и уже это выводит из себя. Все нутро велит защищать ее и оберегать, встать на ее сторону, несмотря ни на что, но нельзя.

Потому и начинаю игру вразрез с желаниями, что разрывают изнутри. Дракон рычит: «Присвоить, покорить, любить!» Это сводит с ума, ибо… агент короля и преступница — невозможный союз.

И все же к ней тянет. Тянет так, что приходится отступить, пока не наломал дров, и затаиться, как хищнику, ожидая либо ее ошибки, либо своей.

И я, пожалуй, впервые в жизни хочу быть неправ, но Диана пробирается в тайный кабинет. Зачем? Случайно?

Мысленно пытаюсь найти тысячу оправданий, но у леди есть свои способы сбить меня с толку. Уронить полотенце — единственную вещь, прикрывающую изгибы тела, и тем самым заставить меня в этот самый миг бороться с рассвирепевшим драконом внутри.

К счастью, «платье» Диана успевает подхватить, но ее обнаженные длинные ноги все равно не укрываются от моего взгляда. Так же, как и тонкие плечи, ключицы.

Дракон рычит так, что я забываю, зачем вообще сюда шел, а Диана делает шаг.

Затем еще один. Ко мне… Да так близко, как раньше никогда сама не подходила. Что она пытается сделать?

— Пока вы не начали опять меня обвинять, лорд Соул, скажу, что сюда я попала случайно. И, как видите, в одном только полотенце. На дело в таком виде не ходят, так ведь? — Даже ее голос звучит непривычно тихо и… невыносимо соблазнительно. — Вижу, вам нравится, Ваша Светлость.

— Что вы затеяли, леди Роуэлл? Хотите отвлечь меня от разговора?

— А у меня получается? — Она игриво прищуривается.

— С вами точно все в порядке? — спрашиваю я, хотя уверен, что Диана что-то затеяла.

Однако дракону, что свирепеет внутри с каждой секундой все больше, плевать на обстоятельства. Ему подавай ее.

Я так реагирую, потому что Диана истинная или дело все-таки в каком-то воздействии? Может, не стоит ждать устройства Спарта? Одна ночь с ней сама все расставит по местам.

И Диана должна это понимать. Она что-то задумала? Нашла способ и это обойти или, в самом, деле ни при чем и я зря ее мучаю?

— Ну, не вам же одному все время меня смущать. Я тоже могу, — щебечет она, а после этого встает на цыпочки, прислонившись ко мне своим телом, обернутым лишь несчастным полотенцем, и добавляет: — Считайте это моей маленькой местью.

Зря это она. Ох, зря…

— Вы же знаете, что не стоит начинать игру, если не готовы повышать ставки? — Я склоняюсь к ней, зная, что как бы она ни храбрилась, а все равно смутится и отступит, пока я даю ей этот шанс.

— Ставки? — Диана хмурится, однако нет и намека на страх в ее глазах.

Она продолжает. Занятно.

— Леди Роуэлл, я ведь предупреждал вас, чтобы держались от меня как можно дальше? — напоминаю я о нашем последнем разговоре, ибо сдержать дракона, да что там дракон… сдержать себя все труднее.