Галантные гиганты Ганимеда - Хоган Джеймс Патрик - Страница 23

– Да… более чем. Благодарю вас.

В тот момент он мог бы задать еще тысячу встречных вопросов, но решил приберечь их на будущее для ЗОРАКа; сейчас ему было сложно даже представить инженерию такого масштаба, при том что в устах Шилохин процесс выглядел настолько же заурядным, как возведение многоэтажного дома.

– Как я уже говорила чуть раньше, – продолжила Шилохин, – правительство хотело вначале испытать теорию на практике. Именно для этой цели и была собрана наша экспедиция – чтобы провести полномасштабный эксперимент на солнцеподобной звезде в другой части космоса. – Она сделала паузу и продемонстрировала незнакомый жест. – Полагаю, что дальнейшие события доказали их правоту. Звезда потеряла стабильность и превратилась в новую. Мы едва успели спастись. Гарут только что рассказал вам о проблемах с двигательной системой «Шапирона», из-за которой и возникла ситуация, с которой нам теперь приходится иметь дело: после отлета с Искариса мы сами постарели меньше, чем на двадцать лет, но в вашем времени все эти события произошли двадцать пять миллионов лет тому назад. Так мы оказались здесь.

Комнату вдруг наполнил приглушенный хор голосов. Прежде чем продолжить, Шилохин выждала несколько секунд.

– Здесь тесновато и сложно меняться местами. Кто-нибудь еще хочет задать мне вопрос, прежде чем я снова сяду и верну слово Гаруту?

– Всего один. – Голос принадлежал Лоренсу Фостеру, командующему главной базы Ганимеда. – Некоторых из нас интересует вопрос… На вашем счету технологии, намного опережающие возможности землян, – к примеру, межзвездные путешествия. А значит, в процессе вы наверняка должны были вдоль и поперек исследовать и саму Солнечную систему. Кое-кто из присутствующих принимает ставки на то, что хотя бы некоторым из ганимейцев доводилось бывать на Земле. Не хотите это прокомментировать?

По какой-то причине Шилохин будто поморщилась… хотя наверняка сказать было сложно. Ответила она не сразу и первым делом повернулась к Гаруту, чтобы вполголоса обменяться с ним парой слов. Затем она снова взглянула на землян.

– Да… вы правы… – Слова, доносившиеся через наушники и ушные вкладыши, звучали нерешительно, будто выражая сомнения, вложенные в исходный ответ Шилохин. – Ганимейцы действительно… посещали Землю.

По всему залу прокатилась внезапная волна оживления. Эту часть выступления хотелось услышать всем.

– Полагаю, еще до вашей экспедиции к Искарису, – заметил Фостер.

– Само собой… примерно за сто земных лет до этого. – Она помолчала. – Больше того, некоторые члены нашего экипажа сами посещали Землю, прежде чем их завербовали в экспедицию к Искарису. Но прямо сейчас никого из них здесь нет.

Землянам не терпелось узнать о собственной планете от существ, которые лично побывали на ней задолго до того, как сами земляне появились на свет. На гостей со всех сторон обрушился шквал спонтанных вопросов.

– Послушайте, когда мы сможем с ними поговорить?

– У вас где-нибудь хранятся снимки Земли?

– Может, есть что-нибудь типа карт?

– Готов спорить, это они построили тот город в горах Южной Америки.

– Да ты рехнулся. Он же не настолько древний.

– Экспедиции на Землю были организованы ради перевозки животных на Минерву?

Смущение Шилохин, похоже, лишь усилилось из-за внезапно вспыхнувшего энтузиазма публики. Она выбрала последний вопрос, ответ на который они знали и без нее, будто рассчитывая, что он каким-то образом отвлечет внимание от прочих тем.

– Нет, тогда животных еще не доставляли на Минерву и о подобных планах не было и речи. Скорее всего, это случилось позже. О причинах мы знаем не больше вашего.

– Допустим, но как быть с… – Фостер умолк, когда в его ухе раздался голос ЗОРАКа.

– Говорит ЗОРАК. Я обращаюсь только к землянам; это не перевод слов Шилохин. У меня есть основания считать, что ганимейцы не расположены к ответам на эти вопросы. Возможно, сейчас подходящий момент, чтобы сменить тему для разговора. Прошу прощения.

Озадаченно насупившиеся брови землян ясно дали понять, что все они слышали одно и то же. Ганимейцы, судя по всему, этого сообщения не получали, ведь на их лицах не было и намека на ту реакцию, которую бы неизбежно вызвало подобное обращение. Неловкая пауза длилась всего секунду, после чего Фостер твердой рукой перевел разговор в более спокойное русло.

– С этими вопросами можно повременить до следующего раза, – сказал он. – Время, должно быть, уже близится к ужину. Но прежде, чем мы закончим эту встречу, нужно договориться насчет более насущных планов. Насколько я могу судить, самая серьезная проблема касается вашего корабля. Как вы собираетесь ее решать и можем ли мы чем-то помочь?

После краткой беседы со своими спутниками Шилохин села на прежнее место и, судя по ее языку тела, была рада, наконец-то, выйти из-под «линии огня». Ганимейку сменил Рогдар Джассилейн, главный инженер «Шапирона».

– У нас было двадцать лет, чтобы изучить суть проблемы, и теперь мы знаем, как ее исправить, – сообщил он. – Гарут описал внешнее проявление неполадки – невозможность затормозить движение системы из вращающихся черных дыр, на которых базируется физика главного двигателя. Пока двигатель работал, мы были бессильны. Теперь мы можем его починить, но несколько ключевых деталей вышли из строя, и заменить их с нуля будет крайне сложно, если вообще возможно. Сейчас наша насущная задача – осмотреть ганимейский корабль, который находится подо льдом на базе «Копёр». Судя по снимкам, которые вы нам показали, судно отличается более продвинутой конструкцией, чем «Шапирон». Но я все же надеюсь, что нам удастся найти там нужные детали. Похоже, что двигатели обоих кораблей не отличаются друг от друга в плане принципиального устройства. Именно этим нам нужно заняться в первую очередь – посетить базу «Копёр».

– Без проблем, – ответил Фостер. – Я организую… о, прошу прощения… – Он повернулся и вопросительно взглянул на появившегося в дверях стюарда. – Ясно… спасибо. Мы скоро будем. – Затем он снова обратился к Джассилейну. – Извините, что отвлекся, но ужин уже готов. Да, насчет вашего вопроса, экспедицию на корабль мы можем организовать уже завтра, в любое удобное вам время. Детали можно обсудить сегодня вечером, а пока что могу я пригласить вас всех к столу?

– Мы не против, – ответил Джассилейн. – Я отряжу часть наших инженеров для осмотра. А пока, как вы и сказали, давайте все пройдем к столу.

Он остался стоять, а окружавшие его ганимейцы тем временем вскочили на ноги, образовав безнадежную давку в конце зала.

Когда земляне тоже поднялись со своих мест и стали отходить назад, чтобы освободить больше места для гигантов, Гарут сделал еще одну, заключительную ремарку:

– Есть и другая, крайне важная для нас причина, по которой мы бы хотели взглянуть на корабль под базой «Копёр». Возможно, что там мы сможем найти зацепки, подтверждающие вашу теорию о миграции ганимейцев в другую звездную систему. И если это действительно так, то на корабле могут встретиться подсказки, которые выведут нас на ее местоположение.

– Думаю, звезды могут подождать до завтра, – сказал проходивший мимо Джассилейн. – Прямо сейчас меня больше интересует земная еда. Ты пробовал те штуки, которые они называют ананасами? Пальчики оближешь – на Минерве я в жизни ничего подобного не ел.

Хант оказался рядом с Гарутом посреди толпы, которая начала собираться у дверей зала. Он взглянул на собеседника с массивными чертами лица.

– Вы правда готовы это сделать, Гарут… отправиться в путешествие к еще одной звезде, спустя столько времени?

Великан опустил взгляд; похоже, он всерьез задумался над вопросом.

– Возможно, – ответил он. – Кто знает? – По тону голоса, звучавшего в его ухе, Хант догадался, что ЗОРАК прекратил работать в режиме открытого обращения и теперь поддерживал независимые разговоры с обеих сторон. – Мои люди вот уже много лет живут мечтой. И лишать их этой возможности было бы неправильно – тем более сейчас. Сегодня они устали и думают лишь об отдыхе; но завтра они снова начнут мечтать.