Мастер Трав I (СИ) - Мордорский Ваня - Страница 63

Так что…. Пусть он лучше будет спокоен.

Я медленно опустил руку.

Прости, научный интерес, но безопасность важнее.

Решение было принято. Эти растения нужно было уничтожить сейчас же. До того, как их увидит Грэм, а он может проснуться в любой момент.

Рукавицы у меня были, но ими очень неудобно хватать растение, если оно начнет извиваться и попытается вырваться, лучше что-то вроде щипцов.

Я поднялся и вышел в пристройку-сарай, где хранились старые инструменты. Покопавшись среди ржавых инструментов я нашёл то, что искал — длинные металлические щипцы. Старые, но функциональные. Такими, наверное, кузнецы вытаскивают раскалённое железо из горна. Непонятно, зачем они Грэму.

Разжег огонь. Пламя разгорелось быстро — угли ещё не успели полностью остыть после варки отвара. Я подбросил несколько сухих веток и дождался, пока огонь не разгорится достаточно сильно. Затем я надел рукавицы и взял щипцы.

Первым взял горшок с чернотерновым сеянцем. Щипцами аккуратно схватил стебель у основания, стараясь не задеть шипы. Растение дёрнулось словно живое существо, пытающееся вырваться — я почувствовал это даже через металл инструмента. Сильное!

Я вырвал его с корнем. Корневая система оказалась куда более развитой, чем я ожидал — за те несколько часов, что я спал, растение успело пустить корни глубоко в землю. Они были чёрными, толстыми и покрытыми мелкими волосками.

Я бросил его в огонь без сожалений: с такой скоростью разрастания корневой системы ползучий горец просто дитя по сравнению с этим монстром!

Пламя взметнулось вверх, став на мгновение ярко-зелёным. Растение задымилось, и я почувствовал резкий, едкий запах — что-то среднее между жжёным перцем и серой. Инстинктивно зажал нос и рот рукой, но было уже поздно — несколько вдохов я успел сделать.

Голова закружилась, а в глазах потемнело.

Чёрт!

Я отшатнулся от очага, кашляя. Дым был ядовитым. Конечно же, он был ядовитым! Это же хищное растение с ядовитыми шипами!

Схватив тряпку, которая лежала на столе, я плотно прижал её к лицу, закрывая нос и рот. Дышать стало тяжелее, но хоть не придётся вдыхать эту гадость.

Надо сделать яму во дворе для такого сжигания. Но сейчас останавливаться на полпути уже было нельзя.

Второго мутанта — кровяного ползуна — я вырвал так же осторожно и бросил в огонь через щипцы, даже не приближаясь.

На этот раз дым был красноватым и пах железом. Металлический привкус появился даже во рту, несмотря на тряпку.

Третий кактусоподобный вообще ничем не дымил, просто шипел и сопротивлялся пламени — оно его просто не брало!

Я подбросил еще дров и продолжил его держать: из всех мутантов он был самым «малоподвижным».

Когда все три мутанта сгорели, я открыл дверь и окна настежь, впуская свежий воздух. Ветер ворвался в дом, разгоняя ядовитый дым.

Я стоял у двери, жадно вдыхая чистый воздух и чувствуя, как постепенно возвращается ясность сознания.

Я не мог рисковать, оставляя эти растения на виду у Грэма. Не мог дать ему повод усомниться в моём контроле над Даром. Хоть наши отношения уже отличаются от того момента, когда я только появился в этом мире, но всё равно о полном доверии речи пока не идет.

Когда дым окончательно рассеялся, я закрыл окна и вернулся к подоконнику.

Осталось восемь горшков: четыре с проросшими здоровыми растениями и четыре пустых.

Я осторожно взял горшок с солнечной ромашкой любуясь им. Два крошечных зелёных листочка, тянущихся к солнцу. Такие хрупкие, такие нежные… но в них был потенциал. Если всё пойдёт правильно, через несколько недель (может с моей подпиткой даже быстрее) на этом стебле распустится золотистый, наполненный энергией цветок.

Я вспомнил описание из теста:

Солнечная ромашка. Аккумулирует особую, «светлую» живу через прямой солнечный свет. Её лепестки — ценнейший ингредиент для зелий восстановления и очищения. Чем больше солнца получает растение, тем выше концентрация активных веществ.

Это растение нужно было вынести наружу прямо сейчас. Пусть уже начинает накапливать солнечную энергию. Именно на это растение я возлагал больше всего надежд. Взрослый целый экземпляр мог стоить нескольких десятков серебряных — зависело уже от насыщенности листьев солнечной живой. Ну и от покупателя, конечно. Проблема в том, что это растение очень… деликатное.

Вынес на самое освещенное место, прямо под падающие лучи солнца.

Маленький росток слегка качнулся на ветру, и мне показалось, что его листочки чуть развернулись, тянясь к свету. Хорошо, уже начал впитывать солнечные лучи.

Я вернулся в дом и осмотрел остальные ростки. Лунник и женьшень тоже выглядели здоровыми. Я оставил их на подоконнике — им хватит рассеянного света, который проникал через окно. Ночную фиалку спрятал в тень. Вот как раз ей были противопоказаны прямые солнечные лучи.

Горшки из-под мутантов я отставил в сторону. Если там осталось хоть один мелкий корешок, то такие живучие растения просто могут вырасти заново, а значит та земля уже непригодна, и ее либо заливать кипятком, либо…высыпать куда подальше.

Я вышел наружу и направился к корыту с водой. Зачерпнул воды ладонями и плеснул себе в лицо. Холодная, освежающая. Потом ещё раз. И ещё.

Вода стекала по подбородку, капая на землю. Я выпрямился, вытирая лицо рукавом и глубоко вдыхая.

Сегодняшний день был… насыщенным. Поход к Морне, рынок, готовка, уборка, посадка семян, уничтожение мутантов… Слишком много всего. Тело устало, но разум был ясен. Эффект настоя сереброчешуйной ягодницы всё ещё работал, помогая мне анализировать, думать и планировать.

Я вытер лицо краем рубашки и задумался.

Проблема в том, что я пытался использовать живу на ценных растениях. На семенах, которых у меня было мало, и которые я не мог позволить себе потерять… Это было глупо.

Мне нужна была практика. Много практики. Но не на редких растениях — нужны были… «подопытные». Растения, которых много, которые легко достать, и которые не жалко испортить. Обычные распространенные семена, на которых я повышу свой навык контроля.

Первое, что попалось на глаза — заросли ползучей горечи. Этот злостный сорняк я уже встречал при прополке. У неё были длинные вьющиеся стебли, покрытые мелкими жёлтыми цветками, которые уже начали превращаться в семенные коробочки. Я сорвал несколько. Внутри каждой коробочки было по десятку крошечных черных семян. Затем взял семена обычного подорожника и луговой травы, которая росла за оградой, взял и лопух с его репьями.

И, наконец, одуванчики. Вернее, их аналог в этом мире. Пушистые белые шарики, готовые разлететься от малейшего дуновения ветра. Я осторожно сорвал несколько, стараясь не повредить семена.

Через полчаса у меня была целая горсть семян самых разных растений. Всё это — сорняки, которые росли везде и не имели никакой ценности. Идеальный материал для экспериментов.

Этого хватит надолго.

Но прежде чем начинать эксперименты с семенами, мне нужно было проверить ещё кое-что. Я вспомнил о ромашке, которую пересадил в кадочку еще день назад да так и благополучно о ней забыл, скормив ей только одну порцию живы.

Искал ее всюду пока не понял, что Грэм зачем-то оставил ее в тени. Похоже он подумал что она мертва. Надо было его предупредить, что она еще жива — он, в отличие от меня, вряд ли это понял. Слишком уж плохо она выглядела.

Нашел кадочку и присмотрелся к ромашке. От нее остался только один стебель с единственным листом и почерневшим, мёртвым цветком и слабый корень.

Осторожно протянул руку, прикасаясь пальцами к стеблю и активировал Дар. Не собирался подпитывать ее, хотел лишь узнать как она себя «чувствует», как бы странно это ни звучало.

Связь установилась мгновенно — намного быстрее и легче, чем с семенами. Наверное, потому что это было уже живое, растущее растение, а не спящий зародыш.

Растение действительно умирало и одноразовой подпитки день назад было недостаточно — нужно было больше и чаще.