Мастер Трав I (СИ) - Мордорский Ваня - Страница 19

Сейчас важно только дыхание, размеренное и глубокое дыхание.

Жива входила с каждым вдохом.

95/100.

Еще чуть-чуть. Еще немного и процесс завершится.

Тревожные мысли пытались прорваться через концентрацию.

А что если дед не справится с последними волками? Что если они его загрызут, а меня разорвут на куски? Что толку будет от пробужденного Дара мертвецу?

НЕТ!

Вдох-выдох.

96/100.

97/100.

Еще чуть-чуть!

Последние капли энергии втекали в переполненный корень жизни мучительно медленно. Как будто я пытался влить воду в уже полную до краев чашку.

Я чувствовал, как что-то внутри меня готово разорваться, как созревший плод.

Почти!

Корень жизни раздувался, готовый треснуть.

99/100.

Последний глоток живы!

100/100.

ВЗРЫВ!

Меня ослепило и обожгло изнутри, в вены будто влили расплавленный металл. Каждая клетка моего тела одновременно умирала и возрождалась заново.

Я хотел закричать, но не мог — голос застрял в горле.

Жива, накопленная в духовном корне, хлынула наружу и пронзила меня полностью: кости, мышцы, кожа — она была везде. Она наполняла каждую клеточку моего тела, изменяя и пробуждая что-то спящее в самых глубинах моей сущности.

И вдруг время замедлило свой ход и я почувствовал Древо Жизни. Случайно коснулся его сознанием.

Это было что-то невероятное! Древо было настолько медленным и непостижимым, что мой разум, маленький и хрупкий, начал растворяться в этой бесконечности. Древо не думало словами или образами — оно просто… было. Существовало. Росло.

Сознание Древа было слишком огромным и глубоким, оно было…совершенно другим, нечеловеческим.

Моё «Я» размылось, растеклось по нему, став частью чего-то большего.

На короткое мгновение я стал Древом и почувствовал, как мои корни пьют воду из глубин земли, после чего мой ствол тянет её вверх, к листьям. Моя крона пожирала свет, превращая его в энергию, а сам я питал тысячи растений вокруг себя, делясь живой, которую производил. Я был вечен. Я помнил времена, когда этого леса не было, а на месте деревьев простиралась пустошь. Я видел, как всё зарастало, жизнь возвращалась и мир менялся.

Я был…

Нет.

Где-то в глубине сознания вспыхнула паника: если я сейчас не прерву контакт, то просто растворюсь! Ещё мгновение — и я перестану быть Виктором, быть человеком!

НЕТ! ЭТО НЕ Я! ЭТО ДРЕВО! Я — ЧЕЛОВЕК!

С отчаянным усилием воли я разорвал связь — это было как оторваться от магнита, вырваться из липких объятий. Резко и очень болезненно моё сознание вернулось в тело. Я задохнулся и упал на четвереньки, хватая ртом воздух. Голова кружилась, а перед глазами плыли золотистые пятна.

Я… я жив… Я человек… Я вырвался…

[ДАР ПРОБУЖДЕН]

[ВИД ДАРА: СИМБИОНТ

* тип дара травнической направленности*]

Грэм! — опалила мысль. — Я не знаю сколько длился мой контакт с древом! Может его уже убили!

Голова завертелась, ища Грэма и через мгновение я выдохнул с облегчением.

Старик был жив и стоял в десяти шагах от меня, опершись на топор. Возле него в беспорядке лежали туши огромных волков, напоминавших волка Трана, только их мех был более плотным, почти черным, а клыки длиной с мой палец. В ранах от топора на их тушах я разглядел черную кровь, которая словно дымилась превращаясь в дымок. Это были какие-то необычные волки. Даже кровь у них была явно магической. Однако сейчас было не до них. Пошатываясь, будто это я провел сейчас тяжелый бой, пошел к старику.

Левая рука Грэма висела как плеть, то-ли сломанная, то-ли погрызанная до кости, сходу не понять. По лицу стекала кровь из глубоких царапин, оставшихся от когтей волков. На правом бедре кровила рваная рана.

Действие зелья, которое он принял, явно заканчивалось и он выдохся. Еще бы, после такого боя!

— Получилось? — прохрипел Грэм повернув ко мне голову. — Дар пробудился?

— Да, пробудился, получилось. — кивнул я.

— Хорошо, — выдохнул дед. — Тогда всё не зря… Не зря… Рискнул и потратил эликсир. Значит, стоило того…теневые волки…мерзкие твари…

Грэм отхаркнул сгусток крови и вытерся рукавом, быстро достал небольшую бутылочку из сумки и выпил залпом, до дна.

— Правда, чутка здоровья потерял, но это ничего, скоро попустит… Эти волки… Древо любит так делать: делиться с тобой живой, и пока ты ее берешь, заставляет мелких тварей защищать его… Нам еще повезло — эти были слабые. Раньше бы я таких одной рукой…

Слова Грэма пролили свет на то, почему волки вели себя так безрассудно, даже когда Грэм начал одерживать над ними верх и от стаи осталось всего пара особей. Виною всему Древо, которое ими управляло или…подчинило. Я не совсем понимал как это возможно, но пока сомневаться в словах Грэма не приходилось.

Я взглянул этого крепкого старика с уважением и благодарностью — он справился с дюжиной волков и при этом в нем не было ни капли страха, только готовность принять бой и сражаться за внука до последнего. Теперь я понял, что у Трана с его волком шансов не было: Грэм развалил своим топором лесную волчью стаю — что ему тот один волк? И Тран, видимо, все-таки знал о силе Грэма, поэтому и не полез в открытую конфронтацию, а вот Гарт… Тот недооценил силу старого Охотника.

Ноги Грэма резко подкосились и я рванул к нему. Правда, удержался он скорее благодаря топору, на который опирался, чем моей помощи.

— Тяжко… Но ничего… — прокряхтел он, теперь уже натурально как старик.

Я помог ему, взвалив его руку себе на плечо. Удивительно, но молодое и откровенно тощее тело Элиаса пока справлялось с весом деда. Видимо, пробуждение Дара добавило и физических сил, иначе это я объяснить не могу. Да и в целом я ощущал, что тело распирает от силы, вот только скорее всего она заемная и это временный эффект.

Мой взгляд скользнул по черным прожилкам на руках Грэма: они стали толще и начали довольно часто пульсировать.

Такого раньше не было!

— Это из-за эликсира? — спросил я.

— Да… Он дал силы в долг и теперь забрал.Теперь мое тело меньше сопротивляется черной хвори и ей легче распространяться.

Внутри всё обожгло противным холодком. И тут я снова виноват — в том, что ускоряю смерть этого человека.

— Домой, — задыхаясь сказал Грэм, — Быстро! Пока не пришли другие твари, покрупнее. На запах крови обязательно слетятся падальщики. Главное до Кромки добраться, а там уже как-то дойдем до…

Он не договорил. Ноги снова подкосились и он навалился на меня всем весом.

Я скрипнул зубами и едва удержал его.

Черт! Он тяжёлый! Килограммов под сто, если не больше. А я щуплый пятнадцатилетний подросток.

— Держись, — прохрипел я, пытаясь сохранить равновесие.

— Держусь-держусь… — бормотал Грэм, но глаза его сонно и устало закрывались.

— А раны… — начал было я, понимая, что нужно их прочистить и хоть чем-то перевязать. Может у деда были какие-то эликсиры, которые он взял да забыл сказать мне?

— Потом… Это потом… Сейчас надо поскорее убраться отсюда, это главное… — выдохнул сквозь боль Грэм. — Проклятый эликсир! Он выжег все резервы организма, и теперь еще и наступил откат. Дерьмо…

Мы медленно, мучительно медленно двинулись прочь от корня Древа.

Хотелось рвануть подальше от этого места, да побыстрее. Вот только это было невозможно: я тащил Грэма и мог только оглядываться по сторонам и надеяться, что сзади никто не крадется. Даже просто обернуться с стариком на плечах я нормально не мог.

Каждый шаг давался мне с трудом, ноги дрожали, спина ныла, а дыхание постоянно сбивалось.

Но я не останавливался — нужно было уйти подальше от корня.

Я еще раз осознал насколько же я слаб, и как не хватает в такие моменты простого физического развития, элементарной силы, чтобы спасти кого-нибудь, вытащить на своем горбу.

Через минуту мы прошли уже метров двадцать и позади раздалось хлопанье крыльев, заставившее меня вздрогнуть.

Как там говорил Грэм? «Если слышишь крылья, прячься к дереву»?