Правильный Драко (СИ) - "Tasadar" - Страница 63

Она протянула руку.

— Если хочеш', мы можэм пО’зже попрактиковаться ещё раз. Я покажу, как ты могла дЭйствовать лучше.

Паркинсон уставилась на протянутую ладонь так, будто это была ядовитая змея.

Потом медленно выдохнула, закрыла глаза — и всё же осторожно взяла руку Флёр.

— Это ты меня прости, — прошептала Пенси, — я…

Закончить она не успела — к ним подошёл профессор Корвин.

— Советую вам не отвергать помощь нашей гостьи, мисс Паркинсон, — произнёс он спокойно. — Не знаю, по какой причине вы потеряли самообладание, но это стало вашей ошибкой. Вы не контролировали эмоции и сражались бездумно. Постарайтесь, чтобы подобного больше не повторялось.

Если на месте мисс Делакур окажется настоящий противник, который действительно захочет вам навредить… он не станет вас щадить так, как она.

— Прошу прощения, профессор. Этого больше не повторится, — тихо ответила Пенси.

— Надеюсь на это, мисс Паркинсон, — кивнул Корвин и перевёл взгляд на Флёр.

— «Mademoiselle Delacour, si vous souhaitez continuer à fréquenter notre club de duel pendant toute l'année, il serait préférable de vous y inscrire — soit auprès de moi, soit auprès du professeur Flitwick — afin que nous puissions adapter notre emploi du temps. Je pense que le nombre de participants pourrait encore augmenter.»

(«Мисс Делакур, если вы и дальше желаете посещать дуэльный клуб в течение года, вам лучше записаться ко мне или к профессору Флитвику, чтобы мы могли подстроить расписание. Я думаю, число участников ещё возрастёт.»)

Он при этом обвёл внимательным взглядом всех присутствующих учеников из других школ.

Флёр несколько секунд смотрела на него задумчивым взглядом, словно её мысли на мгновение споткнулись. Потом мягко моргнула и ответила, тоже по-французски:

— «Oui, professeur Corvin. Je vous assure que d’ici notre prochaine séance, je m’inscrirai comme il faut. Et encore une fois… veuillez nous excuser si moi, ou les élèves de mon école, avons dérangé votre cours d’une quelconque manière.»

(«Да, профессор Корвин. Уверяю вас, что к следующему занятию я обязательно запишусь. И ещё раз прошу прощения, если я или ученики моей школы каким-то образом помешали вашему занятию.»)

Корвин спокойно покачал головой:

— «Vous n’avez rien dérangé, mademoiselle Delacour. Très bien… je ne vous retiens pas. Continuez.»

(«Вы ничего не нарушили, мисс Делакур. Что ж… не буду вас отвлекать. Продолжайте.»)

Он плавно развернулся и направился к следующей паре учеников.

Флёр проводила его взглядом чуть дольше, чем следовало.

Лишь когда Пенси неуверенно кивнула, девушка снова подняла палочку и вернулась к дуэли — мягко, терпеливо указывая сопернице на ошибки, словно ничего необычного только что и не произошло.

Поздний вечер того же дня.

Главный зал Хогвартса был пуст и непривычно тих — редкое состояние для школы, где обычно шумели сотни голосов. Огромные факелы на стенах потрескивали, бросая дрожащие тени на своды, а в центре, как сияющий страж, стоял Кубок Огня.

В зал медленно вошёл высокий мужчина. Его силуэт — вытянутый, угловатый — скользнул между длинных столов. Блики от огня цеплялись за лицо, то высвечивая резкие черты, то пряча их в тень, превращая выражение то в настороженное, то в задумчивое.

Он приближался шаг за шагом, словно проверяя, нет ли поблизости посторонних.

Никого, лишь мерцание пламени и тихий треск факелов.

Мужчина бросил быстрый взгляд вокруг, прищурился и сделал движение, собираюсь переступить защитную линию вокруг Кубка…

— Директор Каркаров, — прозвучал спокойный голос сбоку. — Могу ли я узнать, что вы делаете здесь в столь поздний час?

Из бокового прохода в зал вышел профессор Корвин. Его шаги были мягкими, почти неслышными, но взгляд — внимательный и цепкий.

Каркаров едва заметно вздрогнул.

И уже через секунду на его лице появилась привычная, чуть маслянистая улыбка, которой он казалось умел прикрыть любое раздражение.

— Ем… если я правильно помню — профессор Корвин, верно? — протянул Каркаров, делая вид, будто только сейчас вспомнил имя собеседника.

Корвин коротко кивнул.

— Ох, я просто… решил взглянуть на Кубок. Убедиться, что здесь всё в порядке. Сами понимаете, студенты бывают изобретательными — кто знает, что им взбредёт в голову? Вот я и подумал, что стоит перестраховаться… во избежание всяких непредвиденных ситуаций.

— Не волнуйтесь, директор, — спокойно ответил Корвин. — Мы всё предусмотрели.

Никаких непредвиденных ситуаций быть не может.

Защиту накладывал лично профессор Дамблдор… и я.

Он слегка наклонил голову.

— Так что ни один ученик младше семнадцати лет не сможет даже приблизиться к Кубку.

Он сделал короткую паузу.

— И никто не сможет бросить туда чужое имя… даже если их об этом очень сильно попросят.

При последних словах уголки губ Каркарова едва заметно дёрнулись. Он тут же натянул привычную, натянутую улыбку — слишком широкую, чтобы быть искренней.

— Что же… в таком случае я, пожалуй, пойду, — произнёс он чуть торопливо, стараясь не смотреть прямо в глаза собеседнику. — Я и не сомневался, что в Хогвартсе всё под контролем. Как говорится, безопасность — прежде всего.

— Благодарю за похвалу, директор, — тем же ровным тоном ответил Корвин. — И… доброй ночи. Не стану вас задерживать.

Каркаров помялся ещё мгновение, незаметно сжимая ладонь за спиной, потом коротко кивнул и почти поспешно направился к выходу.

Уже почти дойдя до него, Каркаров вдруг замедлил шаг и обернулся:

— Профессор Корвин… Ваше лицо кажется мне на удивление знакомым, но я никак не могу вспомнить, где его видел. Мы ведь с вами раньше не встречались?

Корвин спокойно поднял взгляд.

— Сомневаюсь, директор. Я бы вас точно запомнил.

Он сделал короткую паузу и добавил тем же ровным тоном:

— К тому же последние годы я путешествовал по Европе и редко задерживался где-либо надолго.

Каркаров медленно кивнул, но его взгляд задержался чуть дольше, чем требовалось.

— Хм… возможно, мне просто показалось, — пробормотал он и вышел из зала.

Корвин проводил его долгим, задумчивым взглядом.

Когда дверь за директором Дурмстранга закрылась, профессор ещё некоторое время стоял неподвижно, вслушиваясь в гул факелов и наблюдая за пламенем Кубка Огня.

За прошедшие выходные, вплоть до вечера воскресенья, ничего примечательного так и не произошло. Все желающие — со всех факультетов — успели бросить свои имена в Кубок. Среди записавшихся, разумеется, были и Делакур, и Крам. На Гриффиндоре многие старшекурсники тоже попытали удачу, хотя большинство делали это скорее «за компанию».

Однако самого ожидаемого зрелища — выходки близнецов Уизли — Драко так и не увидел. Даже выпив зелье старения и тщательно подготовившись, они не смогли сделать ни шага за защитную линию. Парни выглядели так расстроенно, будто их только что лишили рождественских подарков. Похоже, дополнительная защита Корвина оказалась действительно полезной.

И вот, вечером в воскресенье, весь Хогвартс, вместе с гостями из двух других школ, собрался в Большом зале, напряжённо глядя на Кубок Огня. Пламя в нём становилось всё ярче — будто готовилось вырваться наружу.

Когда Дамблдор поднялся со своего места и подошёл к Кубку, разговоры мгновенно стихли. Зал будто замер, задержав дыхание.

— Дорогие студенты, — начал директор, — Кубок Огня вот-вот примет своё решение. Когда я назову имена выбранных чемпионов, прошу их встать и пройти в комнату за директорским столом, — он указал на дверцу сбоку. — Там участники получат инструкции к первому туру.

Пламя вспыхнуло ослепляюще ярко и выбросило вверх первый кусочек пергамента.

Дамблдор ловко подхватил его и, чуть прищурившись, вслух произнёс:

— Чемпион от Дурмстранга — Виктор Крам.

Зал взорвался аплодисментами — громко, восторженно, в основном со стороны дурмстрангцев и доброй половины Хогвартса. Виктор поднялся с привычно невозмутимым лицом и уверенно направился к двери, указанной Дамблдором.