Хозяин облачного трона. Дилогия (СИ) - Опсокополос Алексис - Страница 57

Я остался один.

На столе передо мной лежал конверт. А в конверте — тайна. И хоть это была тайна не совсем моего рождения, а того прошлого Ари, я прекрасно понимал: изменит открытие этого конверта уже мою жизнь.

А ведь я только начал привыкать к тому, что есть: к моей новой жизни, к новому телу, к новой семье, к реалиям этого безумного мира с его магией и отмороженной аристократией. Казалось, что уже хватит с меня сюрпризов. Достаточно. Но нет — не хватит. Недостаточно.

Очередной сюрприз лежал передо мной в конверте. И почему-то мне казалось, что он будет даже похлеще, чем перемещение между мирами и попадание в чужое тело. Вот не отпускало меня такое предчувствие. И от этого было как-то не по себе.

Глава 21

Эпилог

Я снова взял конверт и повертел его в руках. Он был старый, картонный, чуть шершавый на ощупь, цвета старого пергамента. Никаких надписей, никаких рун или магических знаков на нём не было — просто пустая поверхность. Только посередине стояла крупная сургучная печать красного, почти кровавого цвета. На ней не было ни герба, ни символа, лишь гладкая поверхность, в которой под светом лампы угадывался слабый металлический блеск.

Неожиданный, конечно, подарок на день рождения. Признаться, меня бы устроило ограничиться бутылкой двадцатилетнего вина. Но раз уж я его получил, то надо вскрывать. Я положил конверт обратно на стол, взял оставленный отцом кинжал, перевернул левую ладонь и сделал надрез у основания большого пальца — неглубокий, но достаточный, чтобы выступили несколько капель крови. И тут же задумался: а куда её капать? По логике — на печать.

Капля упала на сургуч, и в тот же миг он будто ожил. Печать пошла по краям трещинами, и изнутри сквозь них проступило ровное алое свечение. Сургуч зашипел и начал таять. Не плавиться, а именно таять, будто превращаясь в дым. Я на всякий случай капнул ещё пару капель крови на конверт — и он тоже отозвался. По его поверхности прошёл мягкий золотистый отблеск, словно кто-то провёл по бумаге фонариком.

Затем раздался тихий хлопок, печать вспыхнула последним всполохом и рассыпалась в пепел. Я немного подождал, взял конверт, осторожно приподнял клапан и открыл его. Заглянул внутрь — там лежали три предмета: сложенный вдвое лист плотной бумаги, массивный перстень и довольно большой амулет на тонкой серебряной цепочке.

Первым я достал перстень. Он был тяжёлый, из светлого металла, с тонкой сеткой рун, и большим, серо-синим камнем, в центре которого едва заметно мерцали крошечные золотые искорки. Повертел в руках, рассмотрел, положил на стол.

Затем достал амулет — крупный, круглый кристалл изумрудного цвета, оправленный в серебро. Оправа была полностью покрыта крошечными рунами, совершенно мне не знакомыми. Когда я взял амулет в ладонь, кристалл словно ожил. Сначала он едва заметно засветился, будто в глубине его что-то шевельнулось, а потом засиял ярче и в итоге наполнил комнату зелёным, тёплым светом. Некоторое время я смотрел на него, потом тоже положил на стол. Свечение тут же угасло.

А я перевёл взгляд на сложенный лист бумаги, на то самое письмо, которое, должно было пролить свет на тайну рождения Аристарна Оливара. Точнее, не совсем Оливара, как выяснилось. Осторожно взял его, развернул. Буквы были выведены очень аккуратно, скорее всего, рукой женщины. Почерк ровный и очень красивый, почти каллиграфический. Я откинулся на спинку кресла и начал читать.

'Сынок!

Если ты сейчас читаешь это письмо, значит, всё у нас получилось, и ты жив. Я не знаю, как тебя зовут, где ты живёшь, каким стал. Я ничего о тебе не знаю, кроме одного: в тебе живёт родовой дар нашей семьи. Мне пришлось слишком дорого за это заплатить, но проклятие рода Дарсан, что лежало на нашей семье долгие века, наконец-то спало.

Дарсаны всегда были сильнейшим родом не только Арденаира, но и всего мира, однако сотни лет дар в нашей семье передавался только по женской линии. Мужчины нашего рода рождались без него. Твой дед и мой отец — нынешний император Арденаира Нардем Пятый лишён дара, как были лишены его отец, дед и прадед.

Я решила разорвать этот круг и вышла замуж за правителя Облачной империи — сильнейшего мага нашего мира, в надежде, что ребёнок от Императора сможет сломить древнее проклятие. Но судьба распорядилась иначе: твоим отцом стал не он. И всё же чудо свершилось. Проклятие спало. Ты первый Дарсан за почти тысячу лет, что получил дар. И не просто дар, а силу, равную которой я ещё ни у кого не видела. Даже у хозяина Облачного трона.

Я не знаю, кто твой отец. Я думала, он величайший целитель, но оказалось, что меня обманули, те, кому я доверилась. И я не знаю, что со мной делали, я ничего не помню, ведь я была уверена, что со мной работает целитель, и снимала все защиты на время общения с ним. Ты, наверное, слышал историю об императрице-изменнице, но знай: я не изменяла Императору. Я любила его. И до сих пор люблю, не смотря ни на что.

Уже здесь, в темнице, я поняла, что стала жертвой заговора — враги Дарсанов решили любой ценой не позволить нашему роду закрепиться при дворе императора Облачной империи. И они нашли наше слабое место — моё желание родить сына. И использовали его.

Твой отец, видимо, тоже был силён, раз ты преодолел проклятие. Но твой дар — это дар Дарсанов, я чувствую это. Тебе перешла от меня сила всего нашего рода, сынок.

Вместе с этим письмом тебе должны передать перстень. Это перстень императора Арденаира. Он передаётся из поколения в поколение, но никто не надевал его уже несколько сотен лет — наши мужчины считали, что недостойны носить этот символ величия рода Дарсан, не имея дара.

Мой отец передал этот перстень мне, надеясь, что его внук — мой сын станет одарённым. Ты получил дар, и перстень теперь твой. Носи его по праву рождения и силы. Я уверена, ты докажешь своими делами, сынок, что достоин его.

Ещё я передаю тебе свой защитный амулет — мне он уже не понадобится. Это уникальный родовой артефакт Дарсанов, который будет многократно увеличивать твою и без того великую силу в моменты опасности.

Возможно, тебя удивили мои слова о большом даре, так как ты никогда не ощущал его в себе. Если это так, то мою просьбу выполнили и сделали для тебя амулет, который скрывает истинную силу твоего дара. Это было необходимо, чтобы защитить тебя — показывать такую силу раньше времени опасно.

Но как только ты этот амулет снимешь, твой дар обретёт свою полную мощь в течение нескольких дней. Только знай, пути назад не будет. Делай это лишь тогда, когда будешь уверен, что готов.

Верные люди сообщили мне, что в Облачной империи начались гонения на уроженцев Арденаира, а Дарсаны объявлены врагами Императора. Но мы всё равно нашли тех, кто помог вытащить тебя из темницы. У них нет возможности сразу переправить тебя на мою родину — это слишком опасно, в первую очередь для тебя. Эти люди должны спрятать тебя в какой-нибудь семье и перевезти в Арденаир позже, когда станет спокойнее.

А если что-то пойдёт не так, то в двадцать лет ты получишь это письмо. И раз ты его получил, значит, что-то пошло не так. Но ты его читаешь, значит, ты жив, а это главное.

Умоляю тебя, сынок, не пытайся отомстить Императору. Я это уже сделала. Заранее. Сама того не желая. Я разрушила нашу любовь и лишила нас долгой счастливой жизни вместе.

Император верил, что я хотела родить ему наследника. Так и было. Но ещё сильнее я хотела родить первого за столетия Дарсана с родовым даром. Это ослепило меня, и моя одержимость очень дорого мне обошлась. Я могла быть счастлива с Императором, ведь я по настоящему его полюбила. А он меня. Но я всё разрушила, и я очень об этом жалею.

И ещё прошу: не ищи тех, кто стоял за этим заговором, тех, кто сделал это со мной. Не трать время и силы. Ты рождён не для мести. Ты рождён для большего.