Ревизор: возвращение в СССР 49 (СИ) - Винтеркей Серж - Страница 45

О, — тут же оживился я. Надо же Витю Макарова на неё позвать тоже. Сейчас, конечно, звонить ему бесполезно, он уже на занятия давно уехал. А вот после обеда набрать нужно обязательно.

Просматривая записи дел на неделю перед выездом, вспомнил, что я же с Иваном еще не связался! Рабочий телефон отделения Ивана у меня был записан ещё в том блокноте, с которым я не расставался со времён Святославля. У меня там много страничек. Ещё на лет пять его точно хватит, чтобы все новые телефоны туда записывать.

Из дома звонить не стал, учитывая прослушку. Съездил на переговорный пункт. Набрал его отделение, попросил позвать Ивана к телефону. Учитывая, что межгород, не стали даже пытать, кто и откуда, сразу его позвали. Через пару минут я с ним уже начал разговаривать. Спросил про жену, спросил про ребёнка. Всё у них было хорошо. А потом настоятельно попросил его приехать ко мне в Москву в гости на денёк — важные дела обсудить.

Иван понял меня с полуслова. Договорились, что он обсудит с начальством, когда сможет отгул взять, и приедет. И что он даст на мой адрес телеграмму с информацией, когда прибудет в Москву.

Договорились, что я его на вокзале встречу.

Ну да, не к себе же домой его везти, чтобы в комитете интересовались, с какой такой целью ко мне милиционер из Святославля приезжал, учитывая, что тот разговор, что я с ним планирую иметь, мы точно в моей квартире вести не будем. Придется о других делах разговаривать.

Вряд ли они поверят в нашу дружбу, учитывая, что до этого мы практически с ним не связывались. У кого есть весь учёт всех моих телефонных разговоров, так это у КГБ. Они, небось, помнят и о том, о чём я уже давно сам забыл.

Глава 18

Москва

С того же переговорного пункта позвонил и коллекционеру имеющих отношение к пожарным предметов. Надо же побыстрее со всем, что для фильма нужно подготовить, разобраться. Когда я сказал ему конкретно, чем мы будем заниматься и какую роль он может сыграть в этом фильме, в ответ ни слова не раздалось. Я аж даже забеспокоился искренне — не упал ли он там в обморок от счастья?

Встревоженно переспросил:

— Так что вы скажете, Борис Иванович?

— Павел Тарасович! — ожил Васильев. — Спасибо вам большое! Это же фактически у меня ещё одна мечта реализуется, получается. В газете я уже при вашей помощи побывал. Знаете, кстати, сколько мне моих знакомых после этого перезвонило, о которых я уже лет пятнадцать — двадцать не слышал? А теперь моя коллекция ещё одной цели послужит — высокому искусству кино. Миллионы людей смогут увидеть те экспонаты, которые я половину своей жизни так тщательно собирал. Это же полный восторг!

Договорились, короче, через полтора часа с ним встретиться.

Набрал режиссёра — тот полностью согласился со временем, предложенным для встречи. Отлично!

Но вначале я в редакцию «Труда» поехал. Как раз все рассчитал, чтобы успеть до встречи с режиссером и коллекционером.

Вера прониклась цитатой министра обороны, и дочитав статью, а также доев одну из привезенных мной ей сдоб, заверила меня с апломбом, что я могу звонить в Министерство обороны и обещать им, что статья завтра уже выйдет. Предложила это сделать, пока она к Силину по этому поводу сбегает. Но я все же сказал, что предпочту дождаться одобрения ее руководства. Это с моим-то жизненным опытом рассчитывать, что все всегда будет идти, как по маслу?

Шлепнув меня по плечу рукой за проявленное недоверие, Вера вихрем умчалась, оставив меня в своем кабинете. Правда, не забыла выдать два мешка с моими письмами. Эх, а я еще комсоргу два мешка с радио не отвез… Забегался и забыл напрочь… Ну что же, сразу после встречи с режиссером и Васильевым и отвезу…

Вера примчалась через десять минут, и сказала сразу с порога:

— Завтра статья выйдет! Эх, ты, не поверил мне!

— Ладно, виноват, виноват, — смеясь, поднял я руки ладонями к ней.

Сразу из ее кабинета набрал адъютанта министра обороны, который очень благосклонно в ответ на услышанное сказал, что министр будет очень доволен такой оперативностью. Вера внимательно слушала наш разговор.

— Ну вот, хоть кто-то сегодня будет доволен! — сказал я ей, когда положил трубку, и она рассмеялась.

Собрался уже уходить, когда Вера вдруг насторожилась, прислушиваясь к включенному на минимальный звук радио, и вдруг врубила его на полную катушку со словами:

— Паша! Это же твоя очередная передача! Надо же, какое приятное совпадение!

«Вашу маму тут и там передают!» — вспомнил я знаменитую цитату из Простоквашино. Прислушался. Да, слова мои, а вот свой голос и не узнать. Привычный эффект.

Послушав из вежливости сам себя пару минут, чтобы Вера не обиделась, ей почему-то очень важно было и слушать мое выступление, и смотреть при этом на живого меня, все же откланялся, сказав, что иначе на встречу опоздаю. Подумал при этом, как же так, почему такая хорошая женщина без мужика пропадает? Кольца-то обручального на руке нет!

Может, мне ее с Гришей познакомить? Поженятся, поселится у нас в доме. Буду ей свои статьи для «Труда» прямо во второй подъезд на третий этаж таскать. Всяко удобней, чем в «Труд» мотаться три раза в месяц… А сдобу для нее Галия может печь…

Только, боюсь, Гриша сразу раскусит мой мотив их поженить. Он же из ГРУ, если я не ошибаюсь.

Встретились с Востриковым у подъезда и вместе зашли к коллекционеру. Васильев принарядился в костюм старенький, но чистый, и галстук даже надел по такому случаю. Познакомил их с режиссером.

Ну а дальше он повёл нас свою коллекцию осматривать. Я, конечно, уже по второму разу шёл ее осматривать — а куда деваться?

Правда, с удивлением заметил, что это стоит того. Коллекция явно резко выросла с прошлого раза. Ну либо Васильев мне не все экспонаты показывал в первый раз. Шлемов так на три штуки больше стало однозначно. И один из них вообще по красоте не уступал тому, что в прошлый раз мне больше всего понравился. Терзаемым любопытством, спросил коллекционера, почему он в прошлый раз мне не показал ряд из тех экспонатов, что сейчас мне очень даже понравились.

— Так у меня их раньше не было, Павел Тарасович, — ответил тот, радостно улыбаясь. — Ко мне же теперь, после того, как ваша статья вышла, массово люди пошли, и бывшие пожарные, и члены их семей в том числе! Несут и несут экспонаты для моей коллекции!!!

Москва, ЦК ВЛКСМ

Своего коллегу Брынькина, идя на приём к Тяжельникову, Артём с собой звать не стал. Тот всё равно зашуганный и забитый сейчас, очень уж остро переживает из‑за своего провала в глазах руководства.

Одно дело — просто с каким‑то вопросом слегка облажаться. А другое дело — подставить свою организацию в глазах помощника генерального секретаря. Это уже не просто провал, это провал невероятного размаха. После такого из Бюро можно, как пробка, вылететь. И на дальнейшую карьеру в комсомоле точно уже не стоит рассчитывать.

Тем более что Тяжельников — человек очень серьёзный. Не терпит он грубых промахов у своих подчинённых. Комсомол в своих руках крепко держит, с генеральным секретарём отношения наладил на очень серьёзном уровне. И для него очень важна эта уже установившаяся положительная репутация в глазах генсека.

— Ну что у тебя, Артём? — спросил Тяжельников, когда тот зашёл к нему в кабинет. — Секретарь сказала, у тебя какое‑то срочное дело ко мне есть?

— Да, Евгений Михайлович, я как раз по этому делу, что заинтересовало генерального секретаря, по поисковым отрядам. Помните, мы с Брынькиным называли фамилии людей, что подавали эту инициативу вместе с другой много месяцев назад? Так вот, я их нашел, и даже оперативно организовал встречу с ними в эту субботу.

Тяжельников посмотрел на него с интересом и одобрительно кивнул.

— Ценю такую инициативность и оперативность, — сказал он. — И как прошла эта встреча? Есть какие‑то положительные итоги?

— Скажу, Евгений Михайлович, что, в принципе, теперь эта инициатива полностью готова к запуску. Оба, и Сатчан, который указан основным автором, и Ивлев, который статью намного раньше на эту тему в «Труде» делал, очень хорошо в ней разбираются. Так что долго сидели, и все проработал с ними до мельчайших деталей. Как погода позволит, мы можем немедленно приступать во всесоюзных масштабах к этой инициативе. Так что вы можете смело отчитаться генеральному секретарю, что комсомол полностью готов чтить память павших героев. А можно же и сказать, что мы уже этим и раньше, до этого поручения, занимались. И как раз весной с этой инициативой хотели стартовать.