На пути к победе (СИ) - Романов Герман Иванович - Страница 46

Маршал Кулик тяжело прошелся по кабинету начальника Генштаба генерала армии Василевского. Григорий Иванович опирался на трость, сильно припадал на опухшую ногу, скрипя зубами, все же ходил — понимал, что может слечь, как и Сталин, неожиданно. С «хозяином» дело скверное — Сталина случился апоплексический удар, тот самый, который инсульт. И крепко шарахнул — врачи хоть и выражают надежду, но глаза отводят в сторону, и уже ясно, что прежним Верховному Главнокомандующему не быть. Не тот у него возраст, далеко за шестьдесят, да и война отразилась на здоровье — старший сын в плену, младший разбился в самолете, тут все обстоятельства сошлись самым негативным образом. Так что сейчас власть перешла к ГКО, к «коллективному Сталину», так сказать, к двум его заместителям — Молотову, что возглавил правительство, и самому Кулику, возглавившему вооруженные силы. Третьим на заседании утвердили Жданова как секретаря ЦК — никаких возражений на счет его кандидатуры не было, все понимали его место и роль в партии как преемника. Так что получился «триумвират», имеющий всю полноту власти в стране, коллегиальный орган власти, при этом их четверо, включая маршала Ворошилова и председателя Госплана Вознесенского — состав ГКО летом по решению Сталина был расширен до десяти членов. Но и «оппонентов» хватает — к мнению предсовнаркома постоянно присоединялись Маленков и Каганович. Берия и Микоян и «нашим, и вашим», и было видно, что оба ждут выздоровления Сталина, особенно первый, лишившийся своего «покровителя». Но противоречия хотя имелись, но до открытого противостояния дело не дойдет — пока идет война подобные дрязги со сведением старых счетов могут плохо окончится для страны, которая ведет изнурительную войну с могущественным противником.

Но это не означает, что нельзя действовать исподволь — наступил тот момент, когда нужно расставить «своих» людей по значимым постам. Григорий Иванович это прекрасно понимал, к тому же союз «первоконников» отнюдь не распался — все четыре маршала и генерал армии Тюленев находились в Москве, и что немаловажно, пользовались доверием Сталина, который все же их «задвинул», не оправдали они, кроме Кулика, его надежд в первом году войны, не оказались «гинденбургами»…

— Мы в Генштабе тоже так считаем — немцы воюют с каким-то надрывом, хотя вермахт многочисленный, но дивизии, «разбавленные» мобилизованными европейцами уже отнюдь не прежнего качества, «пожиже» будут. Не все, но славяне с румынами неустойчивы, французы с итальянцами вообще имеют сомнительную боевую ценность.

— В панцерваффе таких мало, Александр Михайлович, там служат исключительно немцы, к тому же собраны лучшие кадры. Именно потому война идет с неимоверными трудностями, потому, невзирая на большие потери, мы должны обескровить танковые войска фельдмаршала Гудериана. Тогда ситуация станет значительно лучше — противник лишится наступательных возможностей, и будет способен только на короткие контрудары. К тому же половина самолетов люфтваффе воюет против союзников, а может и больше — две трети, ведь истребительная авиация занимается противовоздушной обороной собственно Германии — ночные налеты англичан идут беспрерывно. Да и американцы, понеся значительные потери в стратегических бомбардировщиках, теперь тоже бомбят ночами. Так что стало намного легче, потому Смушкевич с Новиковым захватили полное господство в воздухе.

Ситуация в небе действительно стала намного лучше, чем было в реальной истории. И тут все события взаимосвязаны — управление ВВС стало более эффективным, вернувшиеся в строй десятки генералов и офицеров, которые должны были быть расстреляны, внесли в войну свой немалый опыт. К тому же сейчас шло производство только новых самолетов, таких как истребители ЛА-5 ФН, ЯК-9 разных модификаций, И-185. Появились в большом количестве штурмовики СУ-6 и бомбардировщики ТУ-2, выпуск ИЛ-2 и ПЕ-2 потихоньку сворачивали. И ленд-лиз уже чувствовался – на фронте повсеместно летали истребители «аэрокобра», бомбардировщики «митчелл» и «бостон». Появилась и настоящая стратегическая авиация, сплошь из «американцев». Производство безнадежно устаревших ИЛ-4 в Комсомольске на Амуре свернули еще в прошлом году, с началом войны с японцами. ПЕ-8 было выпущено ничтожное число, как и ЕР-2, упор делался на выпуск самолетов фронтовой авиации. Так что поступили разумно, воспользовавшись поставками по ленд-лизу, благо в США для сокрушения Японии принимали титанические усилия. В состав АДД поступили «летающие крепости» и «либерейторы», причем их насчитывалось уже три сотни, большую часть которых использовали в ночных бомбардировках «островов». Передали американцы и «тандерболты» — только эти крупные истребители могли сопровождать В-17 и В-24 в налетах, дальности полета у Р-47 хватало.

— Аэродромы уже подготовили, завезли все необходимое — так что поддержку с воздуха обеспечим. Помогут и союзники — по иракским и румынским нефтепромыслам будут наносить удары англичане и американцы. Для этого будут использованы крымские аэродромы, туда начата переброска из Англии В-17, два авиакрыла. Все вопросы маршалом авиации Головановым с союзным командованием согласованы еще месяц тому назад. Мы и так затянули с бомбежками, но теперь появились возможности, которыми следует воспользоваться. Вряд ли румыны выдержат удар полутысячи бомбардировщиков — там пожары начнут полыхать до неба. И как только удастся разбомбить одновременно с Плоешти и Киркук, войска Малиновского и Монтгомери перейдут в наступление, а Королевский Флот атакует Цейлон. Думаю, за месяц наши «друзья» много «нехорошего» наворотят. Они научились воевать, и порядком озлоблены, к тому же самолетов у них на фронте не меньше, чем у немцев, но скорее раза в два больше.

Планирование войны теперь велось по согласованию с командованием союзников, по подаче Рузвельта. И на этот раз пришли к общему знаменателю — постараться полностью лишить «Еврорейх» бензина. А на одном синтетическом топливе немцы много не навоюют, оно удовлетворяет примерно четверть от потребностей вермахта и кригсмарине с люфтваффе…

«Антипартийная группа» Молотова-Маленкова-Кагановича, сообразив куда дело зайти может, решила убрать товарища Хрущева, но тот сумел их «одолеть». Но правил «дорогой Никита Сергеевич» недолго, уже через семь лет против него сложился новый заговор, и к власти пришли совсем другие люди…

Глава 54

— «Вентура», экселенц. Скорее всего, из Диксона, у русских там есть взлетно-посадочная площадка. Думаю, это самолет ледовой разведки, нас уже обнаружили, и ведут радиопередачу.

Самое скверное, что бывает для притаившегося в засаде охотника, так то, что его «лежку» обнаруживают раньше времени. Такое часто бывает — ветер подует не с той стороны, и жертва уловит чужой запах, или стрелок некстати чихнет. Но то зверь, а на войне засевшие в засаде стрелки сами становятся жертвами — их успевают перебить намного раньше, чем те сообразят, что их «вычислили», и забросают минами. И хотя море огромное, но маневрирую у северо-западного побережья Таймыра среди россыпи островов «Шарнхорст» своего момента терпеливо дождался — в секторе досягаемости были головные суда русского конвоя, в сопровождении ледокола и тяжелого крейсера «вашингтонского» типа.

— Пора сбрасывать маску, Фридрих, поднимайте в воздух наши гидросамолеты — надо точно знать, где находятся русские транспорты и как к ним подойти, минуя ледовые поля. Будет скверно, если мы сами попадем в ловушку, из которой будет невозможно вырваться. Не очень бы хотелось потерять линкор, и начинать зимовку всем экипажем в этом арктическом безмолвии. Так что необходимо провести самую детальную рекогносцировку, думаю русские с американским крейсером на расстоянии ста миль, и мы завтра утром уже перехватим конвой.

Контр-адмирал Эрих Бей посмотрел на пасмурное небо и дождался — из густых облаков в пятидесяти кабельтовых, еле видимый в бинокль, вывалился двухмоторный самолет, и начал делать круг над германским линкором. А так всегда поступают, когда в условиях плохой видимости стараются разглядеть вражеский корабль и точно определить его тип — а с носовых углов сделать это крайне затруднительно. И повернувшись к командиру «Шарнхорста» капитану цур зее Хуффмайеру, Бей произнес: