Сын помещика 4 (СИ) - Семин Никита - Страница 42

— Благодарю, ценные сведения.

— Простите, коли не в свое лезу, — забрав деньги, осторожно начал Кузьма Авдеич, — но зачем князю ваша бывшая девка?

— В чреслах у него зудит, — процедил я. — Привык своих крепостных иметь, как ему заблагорассудится, а с ней не сложилось. Она мне в ножки кинулась, прося защиты, вот я ее из крепостных в дворовые и перевел. Так он с другой стороны зашел. Слух пустил, будто я из-за нее от помолвки с дворянками откажусь. Из-за чего пришлось ей вольную дать да отправить восвояси. Но как понимаешь, теперь я не только на нее прав не имею, но и защитить толком не могу.

Бригадир помрачнел и спросил, как ту зовут-то и где она сейчас.

— Пригляжу за ней, когда в городе буду, — пояснил он свой интерес.

— Пелагеей ее звать. У швеи помощница сейчас. Угорская Маргарита Игоревна — слыхал про такую?

— Нет, но выясню, — пообещал Кузьма Авдеич.

— А чего ты так решил за нее заступиться? — во мне вдруг проснулась подозрительность.

А если он сам решил «на два фронта» поработать? Кузьма Авдеич вдруг замялся и даже покраснел.

— Да так, барин… просто… — непривычно было видеть, как этот уверенный в себе мужик мнется, как девица какая. — Жену себе ищу, — взяв себя в руки, решительно рубанул правду-матку он. — И раз уж из-за девицы баре дерутся, вот и стало мне интересно — что за краса там такая неписаная. Ну и просто девку жалко, ежели ей зло причинят.

Такого ответа я точно не ожидал. На вид Кувалдину не меньше тридцатника. К этому времени не то что женой, детишками уже обзаводятся, да не одним. Это не будущее, когда со свадьбой тянуть могут лет до сорока. Даже мужику считается неприличным надолго затягивать с поиском супруги. Иначе выходит, что с ним что-то не то.

— Так ты бобылем еще ходишь? — не удержался я от вопроса.

— Не везет мне с бабами, барин, — мрачно сказал мужик. — Глянешь — вроде красивая, а хозяйка бестолковая оказывается. А иная вроде и хозяйка справная, но не по душе — не заделаю я такой деток. Просто не смогу.

— Кхм, — прокашлялся я от откровений здоровяка. — Ладно, смотри сам. Но если обидишь ее, я в стороне стоять не буду.

— Как же можно-то? — возмутился моему предположению он. — Да ни в жизнь я руку ни на одну бабу не поднимал! И впредь того делать не собираюсь.

На этом тему мы и закончили. Мне конечно мужская ревность не дает вот так просто Пелагею кому-то отдать. Но умом понимаю, что и запрещать ей что-то я не имею права. Да, хотел ей мужика найти с чином высоким, чего у Кузьмы Авдеича нет. Однако мало ли? Вдруг все же глянутся они друг другу? Бригадир артели — человек нужный и уважение имеет даже среди дворян, пусть и не у всех. Но в случае чего сможет найти заступников, если князь на него «наехать» вздумает.

С покупкой кровельного железа мы долго не провозились. И обошлось оно мне почти в тридцать рублей серебром! Или около ста двадцати ассигнациями. Блин, дорого! Тут реально задумаешься, а не продать ли мне яхту? Деньги тают прямо на глазах и что-то не видно новых заказов портретов на горизонте.

В усадьбу я возвращался в тяжелых раздумьях. Хотел вот заняться модернизацией яхты, но на это тоже нужны деньги. А их нет. Если продам яхту, то и модернизировать ее нет смысла. Ее итак у меня заберут, причем по весьма приличной цене. Но блин, я уже успел привыкнуть к ней! И тому комфорту, что она дает. По реке реально быстрее от нашего имения до города добираться. Что уж говорить о том, что в пути нет жуткой тряски, как в тарантасе, да и пыли тоже. Неудивительно, что сейчас более популярно речное сообщение. Да и грузы предпочитают по рекам перемещать. Поезда еще только начали свое развитие и железных дорог просто не существует. Вон, только-только небольшой участок ведут от Царицына до Калача. Телегами же много не увезешь. Короче, яхта сейчас для меня из средства роскоши реально превратилось просто в удобный и необходимый транспорт. От того и расставаться с ней не хочется. Тогда где взять деньги?

В таком хмуром настроении меня и застала мама. Сегодня она никуда не пошла, готовясь к завтрашнему посещению театра.

— Что-то случилось? — тут же спросила она, отложив журнал, который читала до этого, сидя в кресле.

Таить что-то я от нее не стал, поделившись проблемой. И вот тут она меня удивила, заодно невольно заставив почувствовать себя дураком.

— Так вам же ссуду одобрили? И Сергей Александрович уже успел получить первый транш. Так в чем проблема? Деньги на лесопилку выделили? Ну так мы их и потратим на нее, просто на строительство новой. Из этих денег пока можно и на мастерскую взять, и на твою яхту. Все равно как отдавать будем, все уже окупится сторицей, и я уверена — ты к тому времени еще заработаешь.

Блин, и почему я о таком очевидном варианте не подумал?

«Привык на себя рассчитывать, вот и не подумал» — пришел я к выводу.

— Спасибо, что-то я и правда совсем об этом позабыл, — улыбнулся я. — Кстати, у меня есть для тебя сведения о том, кто заказал поджог. Теперь мы можем быть твердо уверены, что это князь Белов.

После чего я ей пересказал свой разговор с Кувалдиным. Еще и про Пелагею не забыл упомянуть.

— Ну, зачем ему эта девка — понятно, — поморщилась мама при упоминании бывшей служанки, — а мне-то ты зачем о ней говоришь?

Пришлось пересказать и свои мысли о двухходовке князя и графа. Это не убедило маму на сто процентов, что я прав, но хотя бы заставило задуматься.

— Хорошо, буду иметь в виду, — покладисто ответила она.

На сегодня у меня осталось лишь одно дело — сходить до Маргариты Игоревны. И вот тоже проблема — какое платье ей нарисовать. И чтобы оно было откровенно-эротичным, но при этом можно было в нем в свет выйти. С нынешними нравами — совместить несовместимое. Так я видел эту задачу.

Поломав голову, я решил:

— А с чего платье должно идти «одним комплектом»?

Почему бы мне не нарисовать его из двух элементов? В руки тут же чуть ли не сам прыгнул карандаш, и я принялся набрасывать эскиз пришедшей идеи. Сейчас любят делать «чашечки», которые поддерживают грудь, оставляя чуть ли не всю ее верхнюю половину на всеобщее обозрение. Это если брать вечерние платья, а не домашние. Берем! Перед у нас будет закрыт одной полоской ткани, а верхняя часть держаться на шее женщины, оставляя открытой спину. Почти полностью. И бока тогда тоже будут открыты. Ниже — юбка. Ее делаем не пышной, без складок и с разрезами по бокам. Примерно до колен, чтобы ходить удобно было, но все что выше прикрывалось. А вот спину и бока прикроем плащиком на декоративной защелке в районе шеи. Нет, лучше его к краям платья, где чашечки, крепить, оставляя декольте открытым. Да, так определенно гораздо эффектнее и давить на шею носительнице не будет. На первый взгляд, все получается прикрытым. Но стоит скинуть плащик, и вот — женщина уже на треть обнажена. А когда сядет и вытянет ножку — то еще чуток оголится. Но не открывая самые пикантные места. Да, вот так получается и вызывающе — никто такое не носит, и в то же время приличия формально соблюдены. С этим уже можно идти к Угорской.

Что я и сделал, правда предварительно пообедав.

В дверь квартиры Маргариты Игоревны я стучался с некий трепетом. Хотелось увидеть Пелагею, чтобы заодно про Кувалдина предупредить, узнать, как она, да и спокойнее мне будет, если не тет-а-тет с женщиной останусь. Но похоже, у госпожи Угорской были свои планы. Так как открыла она мне сама и девушки в ее доме не наблюдалось.

— Вы без помощницы сегодня? — спросил я с самого порога, когда она закрыла за мной дверь.

— Дала ей задание по учебе, — улыбнулась женщина. — А что? Соскучились по своей бывшей служанке?

— В некотором роде, — не стал я отрицать.

— Ну уж простите, — развела Маргарита безмятежно руками. И тут же заметила свернутый листок в моей ладони. — Это то, что я думаю?

— Проверьте, — протянул я ей свою работу.

Проводив меня в зал, Маргарита принялась изучать мой эскиз. И по ее загоревшимся глазам, я понял, что в целом оправдал ожидания женщины. Причем настолько, что она про меня просто забыла, вдруг кинувшись в сторону своей швейной машинки. Лишь на полпути заметила меня и виновато вернулась обратно на стул.