Сын помещика 4 (СИ) - Семин Никита - Страница 38

— А мне надо было кричать от испуга, да забиться в дальний угол, как ты бы поступила? — огрызнулась девушка.

— Нет, — сбавила обороты Настя. — Но не так же откровенно… Будто напоказ их выставляешь. И флиртовала ты с Романом полдороги, я и слова вставить не могла!

— Сестренка, да ты никак ревнуешь? — развеселилась Анна. — Уже посчитала Романа своим?

— Вы с отцом в его невиновность не верили. Готовы были разругаться и с ним, и с его родителями. Только я знала, что он не врет. Но как только правда выяснилась, тут же меня задвинули в сторону! Никогда ты меня не слушала. Все себе забираешь, все внимание к себе притягиваешь! А мне что⁈

— А кто тебе не дает мужчин привлекать? — раздраженно бросила Анна.

— Ты!

— Чушь! Ты просто трусиха! Будь ты посмелее, то спокойно бы с Романом общалась, как я. И никто бы тебе не помешал. И с остальными также. Если ты сама молчишь, пищишь иногда, то с чего я в этом виновата стала?

— Значит так, да? — воскликнула Анастасия. — Значит, я — трусиха⁈

— А разве нет?

— Ну, я покажу тебе, какая я трусиха, — прошипела девушка. — Всем вам покажу!

После чего вдруг собралась и выбежала из комнаты. А там и из секции, которую они арендовали. Анна лишь растерянно смотрела ей вслед, не понимая, что на сестру нашло. Впервые она так рьяно на нее набросилась с обвинениями. Через минуту в комнату постучался отец.

— Вы чего тут расшумелись? И куда Анна убежала?

— Настя, — поправила отца девушка. — Это Настя убежала.

— Настя? — еще сильнее изумился Петр Егорович. — Так, рассказывай, чем ты ее обидела?

— Я обидела? — удивилась девушка. — Да ее никто не обижал! Сама себе что-то надумала, а я еще и виновата? Ну уж извините, папенька, я тут не при чем!

После чего девушка поднялась с кровати и тоже пошла на выход.

— А ты-то куда? — донесся ей вслед голос отца.

— Воздухом подышу! Может, эту дуреху найду, а то еще заблудится, а спросить дорогу назад постесняется, — отрезала девушка.

Насте было обидно до слез от слов сестры. Она разве трусиха? Да она просто не такая нахальная! И чувство такта у нее есть. Она скромнее, и не пытается выпятить себя на всеобщее обозрение — разве это трусость? Или Аня думает, что раз первой бросилась помогать вытягивать сестру Романа на яхте, то Настя на такой поступок была не способна? А ведь она просто трезво оценила, что будет там лишней, особенно после окрика Романа. И именно Настя близнецам не дала туда же побежать, а загнала их в каюту. Разве это говорит, что она трусиха?

«Нет, я тебе еще докажу, что не трусиха. Надо быть посмелее? Хорошо! Буду смелой! Такой, что все еще ахнут!»

Уверенным шагом Анастасия шла к Маргарите Игоревне. Она помнила те наряды, что неизвестный мастер нарисовал для одежд блудниц. Если их сделать чуть-чуть менее открытыми, но оставить их «изюминку» с открытой линией на боку, то что может быть более смелым — надеть подобное платье для выхода в свет? И тогда мужчины будут смотреть именно на нее, а не на сестру. И с ней захотят пообщаться.

— Я вам всем покажу, что я не трусиха, — прошептала себе под нос Анастасия.

Глава 16

8 августа 1859 года

— Здравствуй… — протянула удивленно Маргарита, открывая дверь и не зная, кто именно из близняшек Скородубовых перед ней.

— Анастасия, — подсказала ей девушка, поняв затруднение женщины.

— Да, проходи, — посторонилась она.

Женщина была удивлена столь позднему визиту Скородубовой, да еще без компании собственной сестры. Она привыкла, что те неразлучны.

— Что-то случилось?

В этот раз Маргарита была одна, без своей помощницы, чему Настя была только рада.

— Д-да, — с запинкой от волнения кивнула девушка.

И замялась, не зная, с чего начать. Весь былой запал у нее прошел, пока она шла до квартиры Угорской, и сейчас стала уже сомневаться в собственном намерении.

«Но если я отступлю, то получается, что Анна права!» — промелькнула у нее мысль. Она же и придала ей сил рассказать, зачем пришла.

Просьба девушки несказанно удивила Маргариту.

— Позволь уточнить, — медленно начала она. — Ты хочешь, чтобы я тебе сшила платье, наподобие тех, что сейчас делают для блудниц?

— Только чуть поскромнее, — потупившись, кивнула Настя. — Без столь… широкого разреза на боку.

— Но оно все равно получится очень уж… откровенным. Ты же понимаешь это? Всем сразу станет видно твое нижнее белье. Это платье и вовсе должно надеваться на голое тело, тогда оно лучше всего подчеркивает естественную красоту. А если ты так его наденешь, да еще выйдешь в нем в свет… Твоя репутация сильно пострадает.

Маргарита сильно сдружилась с близняшками, и ей не хотелось, чтобы те как-то пострадали. Пусть и репутационно. Тем более по ее вине.

— В этом платье все будут смотреть только на меня, — с решимостью во взгляде заявила Настя. — И… я не трусиха! Я смогу…

— Не стоит идти на такой поспешный шаг, — мягко положила руку на ладонь девушки Угорская. — Если ты хочешь привлечь всеобщее внимание, есть и иные платья. Не столь откровенные, но притягивающие взгляд мужчин. Почему бы тебе не выбрать какое-нибудь из них? Я могу помочь тебе подобрать фасон.

Маргарита тут же, видя сомнение в глазах девушки, поспешила за журналом, где были картинки с такими платьями. Журнал моды из самой Франции. Да, не новый, еще прошлого года, но вполне себе популярный, особенно в их провинции.

— Смотри, — вернулась Маргарита с журналом в руках.

Вот только все платья, что были изображены в журнале, хоть и были красивыми, но их стиль в корне отличался от того, что хотела Настя. В основном во Франции были популярны платья с круглой пышной юбкой. Эта мода успела и в Россию прийти. Да и у самой Анастасии уже было одно такое. А девушке хотелось чего-то уникального, хоть такого слова она и не знала, как и не могла в полной мере выразить свое желание. Потому она с сожалением отказалась от предложенных вариантов.

— И все же я прошу тебя не спешить. Давай, я спишусь с тем художником, что нарисовал так понравившееся тебе платье? И попрошу его нарисовать новый фасон, но уже не столь… откровенный, однако привлекающий всеобщее внимание? Уверена, он справится.

— И много времени это займет? — огорченно спросила Настя.

Ей хотелось получить платье как можно скорее, пока не пропала вся смелость.

— Не могу тебе сказать, — вздохнула Маргарита. — Роман постоянно в разъездах. Поймать его чрезвычайно сложно.

— Роман? — удивилась Анастасия, услышав знакомое имя. — А как его фамилия?

Смутное подозрение забрезжило в голове Скородубовой. Вот только она и подумать не могла, что знакомый ей парень рисует не только портреты, но и… такое непотребство!

— Винокуров, — подтвердила возникшую догадку Маргарита.

«А ведь все на поверхности было!» с шоком осознала Настя.

Тут и знакомство Романа с госпожой Совиной, и его искусство рисования. Да и Маргарита вскользь говорила, что художник не хотел поначалу рисовать фасоны платьев для блудниц. Теперь понятно, почему. Но в голове у Насти с трудом укладывался молодой юноша и его способность создать новую модель платья для девушек. Вот и не сопоставила раньше Настя факты.

— Он сейчас в городе, — прошептала она машинально, все еще пребывая в шоке от полученной новости.

— Правда? Тогда я могу поговорить с ним. Только… при случае я могу сказать, для кого он должен нарисовать фасон этого платья? — уточнила Угорская.

— Нет! — воскликнула испуганно Настя. И тут же устыдилась своей реакции. Она ведь сама сказала, что не трусиха. Потому уже пусть и не уверенно, но поменяла свое мнение. — То есть да. Если он спросит… да, скажи, что это для меня. Или… даже не знаю. Я ведь тогда буду в долгу перед ним. Я и сейчас в долгу перед тобой, что отвлекаю…

— Не переживай, мне самой интересно узнать, что может еще придумать этот юноша. Смотрю, он тебе нравится?