Измени меня! Академия Стихий - Вулф Алекса - Страница 3

А сейчас поняла. Банально, но всё сводилось к деньгам. Им обоим было удобно, что попалась богатенькая дурочка, обеспечивающая им их прихоти. Квартира, за которую никогда не просила денег, продукты, что всегда водились в холодильнике. Интернет, компьютер… А вскоре папа обещал подарить свой старенький фольц, и я могла бы стать личным «водителем» зарвавшейся парочки. Но их планам не суждено было сбыться.

Сначала я застала их в своей квартире. На своей кровати. А после… после случился дождь, бордюр и старушка. И новый мир…

– Ари! Ты там уснула? – В дверь ванной комнаты настойчиво постучали. Скорее всего, уже не в первый раз.

Нырнув под воду, я тут же вынырнула и, сдув пену с губ и носа, ответила:

– Сейчас выхожу!

Наспех обмывшись и высушив волосы полотенцем, я переоделась в домашнее и вышла из ванной.

Блум сидела на своей кровати и разбирала учебную сумку. Услышав меня, девушка оторвалась от своего занятия и улыбнулась мне.

– Прости, что поторопила. Устала безумно, хочу помыться и завалиться спать.

– Расскажешь, как всё прошло?

– Ты про что? – И взгляд такой честный-честный, наивный и ничегошеньки не понимающий. Даже слишком.

– Свидание. Как там его звали…

– Эдриан, – ответила Блум и мило покраснела. – Всё прошло… хорошо. Но, если ты не против, я бы предпочла пока не делиться подробностями. Только не обижайся.

– Да какие обиды. – Я махнула рукой. – Главное, чтобы ты была счастлива.

– Я счастлива, – улыбнулась Блум и резвой козочкой вспорхнула с кровати, на ходу схватив своё полотенце. – Спасибо, Ари!

Я ответила на улыбку соседки и проводила её задумчивым взглядом до двери. Всё же на редкость светлый человечек. Надеюсь, Эдриан не разобьёт ей сердце, как в недалёком прошлом это сделал со мной бывший.

Так, не думать. Я приказала себе выбросить прошлую жизнь из головы и возвращаться к терзаниям и душевным мукам не собиралась. Мне подарили новую жизнь, новые знакомства и безграничные возможности. Тратить время на слёзы по прошлому в мои планы не входило.

Чпоньк!

– А-а-а… А где? – Материализовавшись на моём стуле, Касс потянулся на лапах, заглядывая в пакет с посудой из-под ужина.

– Вовремя приходить надо, – фыркнула я, не испытывая ни грамма угрызений совести. Не после того, как стараниями этой пушистой задницы я влипла в… дракона.

– Жестокая! Изверг! Я буду жаловаться!

– Валяй, – махнула я рукой. – Ручку дать?

– Злая. Неудивительно, что эта ящерица к тебе прицепилась. Рыбак рыбака…

Я вздрогнула. Касс уже не впервые употреблял словечки и выражения из моего мира, но я списывала это на нашу связь. Однако стоило во всём разобраться получше, потому как в этом комке белой шерсти хранилось секретов на целую академию.

– Как у тебя хватило мозгов украсть у него амулет? Я молчу про сам факт кражи, – вздохнула я. – Но… у него?! Ты чем вообще думал?

– Твой дракон мне сразу не понравился, – фыркнул кот. – И вообще. Он сам виноват – оставил амулет без присмотра. А я просто… взял на хранение.

– На хранение? – Я неверяще приподняла бровь. – Ну-ну. Так же, как и заколку Блум позавчера? Или как ошейник карликового вилохвоста профессора Ингрид Скадис? Это за него мне назначили отработку! По твоей вине меня наказали дважды!

– Клетка дракона на наказание не тянет, – лениво зевнул кот, но вовремя заметил закипающий во мне гнев и в одно мгновенье слетел со стула. – Ариведерчи, злюка!

Чпоньк!

Исчез, гад. Нет, с ним однозначно надо было что-то делать. Неправильный фамильяр мне достался. Вместо помощи и поддержки я получала лишь бесконечные подколки и проблемы на свою головушку.

Отбой в академии отмечался тихим перезвоном, после которого шастать по общежитию не советовалось. Не то чтоб появление после звонка в коридоре грозило штрафом или отчислением, но к таким студентам присматривались внимательнее, а прицепиться всегда можно найти к чему, было бы желание.

Я же старалась быть прилежной и следовать своду правил академии, который выдали абсолютно всем первокурсникам на вступительной лекции. До сих пор листок с красивой золотистой рамочкой и названием «Свод правил Академии стихий» лежал на моём столе, придавленный цветочным горшком. Чтоб не упорхнул при малейшем порыве ветра из окна.

Пожелав соседке спокойных снов, я отвернулась к стене и моментально уснула, успев лишь ощутить привычную тяжесть в ногах от вернувшегося кота.

Тьма. Кругом тьма и невесомость. Я снова и снова попадала в этот сон.

Я парю, не ощущая тела. Чувствуя себя зрителем со стороны, я осознаю происходящее будто кино. Кино про слабую, неуверенную в себе девушку, которая никогда не могла за себя постоять. Медленно в фантомной груди закипает злость. На себя, на ту слабохарактерную амёбу, которой я была. Гнев разрастается у солнечного сплетения, которое я не чувствую физически, но всё равно ощущаю. Жаром, пламенем, бурлящей лавой. И не выдерживаю. Кричу в пустоту тьмы:

– Я не хочу быть ею. Я не хочу быть той, кто сдаётся. Той, что не смогла защитить себя. Той, кто умерла, потому что была слишком слабой… Нет! Я не хочу быть ею!

– А чего же ты хочешь? – вкрадчивый голос из темноты. Он повсюду, он заползает в фантомные уши, проникая в самый центр сознания.

«Отомстить» – первая мысль, которая тут же растворяется, не оформившись в словоформу. Потому что на самом деле мстить не хочется. «Стать сильнее» – да, но для этого придётся перекроить себя, сшить заново из лоскутков разорванной личности, сформировав новую… ту, кем никто и никогда не сможет манипулировать. Ту, которая не позволит обмануть себя и выбросить, как ненужную вещь.

– Измени меня! – кричу, вкладывая в эти слова всю боль и разочарование прошлой жизнью. – Измени! Я не хочу быть той, кто сдаётся. Я хочу стать сильной!

– Сила требует жертв. – Голос спокойный и чуть насмешливый. Он снисходителен, но в нём чувствуется некоторая заинтересованность. Я развлекаю его своей трагедией. – Ты готова отдать всё, что имеешь?

– У меня ничего не осталось. Всё, что у меня есть, – это я. И я больше не хочу быть слабой. Измени меня!

– Такова воля твоя. Что ж, ты получишь то, о чём просишь. Прими меня. Прими силу, что дарую тебе. Забудь о прошлом. Ты больше не она. Она умерла. А ты – ты выживешь.

Мощный удар в фантомную грудь, и меня, будто мячик, швыряет назад. Вспышка голубой молнии, ещё одна. Вскоре вся тьма превращается в полотно из многочисленных разрядов, бьющих молниями прямо в моё фантомное сердце. Удар, удар, ещё удар. Я теряю связь с реальностью и проваливаюсь в бессознательное.

– Помни: сила – не только дар. Но ещё и испытание.

Слова невидимого существа едва достигают моих ушей, теряясь в вязком тумане поглощающего сна без сновидений.

А потом я просыпаюсь…

– Вставай, соня! Завтрак пропустишь!

В меня полетело нечто мягкое, что спустя секундное замешательство после сна я смогла идентифицировать как подушку.

– Ну ма-а-ам, ещё пять минуточек!

– Сейчас водой оболью! – со смехом отозвалась Блум, забирая у меня свою подушку, которую я уже мостила обнимать.

– Я таки протестую! – раздалось со стороны моих ног, и я совершенно без зазрения совести спихнула тяжесть на пол. Я до сих пор злилась на Касса, поэтому жалости и сострадания к котику-клептоману не испытывала. – Рмя!

Но шутки шутками, а опаздывать на завтрак не хотелось. Да и спокойнее сразу поесть и сбежать до того, как шумный поток голодных организмов заполнит собой всё помещение академии.

– Тебя никто не спрашивал. – Отбросив одеяло, я свесила ноги с кровати, на ощупь находя тапочки. – Блум, ты уже была в ванной или устраиваем забег, кто первый?

– Твоё счастье, я уже умылась, – усмехнулась соседка. – Так что врезаться в закрытую перед носом дверь тебе не светит. По крайней мере, сегодня.