Геном хищника. Книга седьмая (СИ) - Гарцевич Евгений - Страница 65

Мы были уже совсем близко! В полумраке, подсвеченном только этими, кажется, вечными лампочками, я уже разглядел верхушку лабораторной стены и фрагмент одного из шаблонов-рецептов, частично заросший мхом и какими-то завитушками, издалека похожими на клевер.

До той стены было метров чуть меньше ста метров, и вообще зал выглядел довольно большим. Уже не просто лаборатория, где трудится пара энтузиастов, а полноценный завод, куда смело можно было загнать несколько десятков человек. И при этом они бы не толкались локтями, даже близко бы не тёрлись. Зал был разделён на зоны. Цистерны были вкопаны в углубление, а к пыльным, потрескавшимся аквариумам, наоборот, вели ступеньки. Получалось что-то типа антресоли, на которой виднелся проход куда-то ещё.

Бродить по всем этим уровням и каменным постаментам можно было долго. Как, впрочем, и прятаться, отбиваясь от наседающих врагов. Я нашёл место помягче, так чтобы и песка уже намело, и мох поплотнее разросся. Проверил его сканером «Миротворцев» на момент каких-нибудь неприятно-токсичных сюрпризов и опустил на него Анну.

Она будто бы спала и во всю видела кошмары. Дышала едва заметно, и глаза под закрытыми веками, крутились примерно так же, как у меня, когда я отбивался от «котиков». Я кое-как, но в основном мимо, попытался напоить её «Живинкой» и услышал ворчливый стон. Призвал Пепла не отходить от неё, а сам вернулся к арке, где заметил металлический штырь, торчащий из стены и похожий на рычаг. Чем он и оказался. Металл «Древних» даже не потемнел со временем. На краю проглядывалась резьба, будто раньше здесь был какой-то удобный набалдашник. Но кто-то явно скрутил его и вынес отсюда, как и все остальные не прикрученные и не прибитые ценности этого города. Может, «Древние» просто переехали, а, может, здесь уже всё подчистили первые переселенцы.

Не суть, главное, что механизм всё ещё работал! Я навалился на рычаг, столкнув его сразу на несколько сантиметров. Потом застряло, я толкнул ещё раз, дёрнул и протолкнул до нижнего упора. В стене щёлкнуло и начало скрипеть, будто внутри нехотя и ворчливо вступили в перепалку какие-то шестерёнки. Панель внутри арки задрожала и медленно поползла вперёд. Настолько медленно, что, даже не дойдя до середины проёма, начала совсем терять скорость. Я подскочил и навалился, вляпавшись в ошмётки паутины и старой затвердевшей смазки. Поддал створке инерции, понимая, что если она остановится, то сдвинуть её уже не получится. Довёл до конца проёма и ещё пихнул, пока не услышал глухой щелчок в стене.

Толстая, тяжёлая и, возможно, теперь закрытая намертво. В принципе, самое то, что нужно в нашей ситуации. Если выживем, то уж как-нибудь выберемся, зато сейчас задержим «Искателей».

Так безопасней…

Как только механизм створки перестал гудеть в стене, за спиной сразу же что-то зашуршало. Как-то даже насмешливо, что ли, будто уточняли, уверен ли я, что так безопаснее?

Тут же напрягся мой пушистый индикатор всякой нечисти и злобности, а в рамках сканера чуйки из общего тревожного фона сформировался вполне чёткий маркер. Знакомый маркер — тот самый, что из второго отряда монстров.

Я сформировал «Перо», пока зачем-то прикрывая его за запястьем, и чуть выдвинулся вперёд и в сторону, перекрывая доступ к Анне. Со стороны цистерн, с нижнего уровня к нам с лёгким, непонятным шелестом и стрекотом двигалось нечто худое, но высокое. Проскочило мимо стальных конструкций, подобралось к стенке углубления и выбросило наверх первую клешню.

Зацепилось, будто это какой-то ледоруб или крюк. Хотя по форме и количеству острых зубчиков всё-таки больше напоминало ледоруб. Рядом взлетела вторая лапа, а потом показались то ли усы, то ли антенны, а за ними уже и голова. Два чёрных фасеточных глаза, размером со среднюю дыню, между ними узкая, маленькая морда с парными жвалами на остром подбородке.

Дальше уже выбралось всё остальное. Тонкая шея, постепенно расширяющееся брюшко, кажется, даже со сложёнными крыльями и дальше пошли лапы. Первая пара, затем вторая, с третьей было что-то не так. То ли не доросло, то ли монстр не первый раз выбирался, чтобы подраться.

Тот самый мальчишка во мне, который не стал археологом, как, впрочем, и энтомологом тоже не стал, сейчас радостно завопил: «Ух ты! Богомол!» Что-то было притягательное в этих чудных созданиях. Эти косы-лапы, боевая стойка и хрупкая смертоносная сила, воспетые во многих культурах и даже играх про киберпанк. Там, помнится, такие клинки в виде киберимплантов были у главного героя.

Согласен, там было красиво. А вот здесь что-то уже совсем неэлегантно. Лапы толстые и плотные, сплошь усеянные острыми наростами — реально, такой пилой можно вековые деревья валить на раз-два.

— Ух ты, богомол… — прошептал я и почти стыдливо запихнул «Перо» в разгрузку.

Нечем хвастаться, против такого не пофехтуешь. Вспомнился фильм про «крокодила» Данди с его коронной фразой: «разве это нож? вот это нож…» Думаю, умел бы богомол говорить, что-то подобное он бы точно пропипикал.

Я потянулся за спину за «ваншотом», но натолкнулся на пустоту, совсем забыв, что винтовка-то осталась у Джона.

Монстр заметил моё движение и угрожающе поднял лапы. Жвалы на морде у него задрожали, и раздалось противное шипение с явной примесью какой-то ультразвуковой волны. Мой геном уже, кажется, устал удивляться, терпеть и бороться, поэтому боли я не почувствовал. А вот тёплая струйка крови из уха вытекла.

Я в ответ ударил «Аурой страха».

Пока геном со мной, надо этим пользоваться, и не только боль терпеть в защите, но и идти в атаку. Я не помнил, насколько богомолы быстрые, в голове только крутилось, что самки своих мужей кромсают и они сильно крупнее. Кто был передо мной, по размеру фиг поймёшь. Это для меня «оно» большое, на две головы выше, а по их меркам может каким-то задохликом оказаться…

Страха, по крайней мере, хоть чуть-чуть, но отхватил. Усы встопорщились, крылья затрепетали, а передние лапы вдруг оказались прямо перед моим лицом. Точнее, одна попыталась отрубить мне голову, а вторая пригвоздить ботинок к каменному полу.

Вот так я и узнал, что богомолы быстрые… А ещё гибкие. Я ударил по лапе, пробившей камень рядом с моей ногой. Прогнул её в сочленении, но выломать не смог даже близко. Отскочил сам, уворачиваясь от новой попытки перепилить мне шею, и открыл огонь из «чезета». Практически в упор, заменив выпады и «фехтовальные» контратаки короткими очередями. Каждый раз попадал, но каждый раз без видимого урона. То рикошет по гладкому панцирю из какого-то явно армированного хитина, то пуля просто продавит, но тут же и смявшись отвалится.

Где-то на восьмую очередь монстр даре реагировать перестал. «Аура страха» его не брала, а сейчас он и вовсе страх потерял. Только атаковал, не пытаясь защищаться. Меня спасало, наверное, только то, что лапы были слишком большими и с какой бы скоростью они ни мелькали, можно было заранее подгадать момент уклонения. Но богомол теснил меня к стене, а я уводил его от Анны.

Не могу сказать, что это прям был мой план, но когда монстр перестал реагировать на пистолет. И я в очередной раз разминулся с лапой, я практически воткнул дуло пистолета, богомолу в глаз и вдавил спусковой крючок, всаживая туда остатки очереди. Ждал, что всё лопнет, как перезрелая дыня, но по факту повторил лишь рикошеты с промятиями, только последняя пуля вошла как надо. Практически ввинтилась в защищённую сетчатку глаза и скрылась внутри чёрного шара. Туда же я ещё успел отправить зажигательный дротик, но уже в момент, пока летел в стену. Я не понял, как он это сделал, но лапа, к счастью, тыльная сторона без зубцов ударила меня в рёбра.

Прохладный полёт со свистом в здоровом ухе подогрелся взрывной волной зажигательного генома и вслед за мной брызнул выбитый глаз. Фасеты брызнули не хуже шрапнели, сами за меня распределив «Поглощение» по всему боку. Хоть броня выдержала! А то, капец, из какой хрени делают местных монстров, что одни когтями броню рвут, а у вторых — глаза из кевлара.