Поцелуй со вкусом крови (СИ) - Зимина Юлия - Страница 32

Резко притянув меня за талию, он впился в губы, жадно терзая их.

— М-м-м-м… — застонала я, отдаваясь во власть вампира, отвечая со всей страстью, на какую только была способна.

Как я того и хотела, вся нежность и сдержанность полетели в бездну, а мне только это и нужно было. Не хотела ласково и медленно, нуждалась в его мощных толчках и глубоких проникновениях, чтобы громкие стоны слетали с губ, чтобы весь воздух выходил из легких, чтобы я металась под ним, задыхаясь от подступающего оргазма.

Подхватив меня под ягодицы, Кристиан, не разрывая опьяняющего поцелуя, дошел со мной до кровати, падая на нее.

Я пискнула от неожиданности, тут же забывая обо всем, когда его губы припали к моей шее, а затем и к груди, втягивая сосок в рот.

— А-а-ах… — выгнулась дугой, сжимая простыни в кулаках.

— Тише, радость моя, — прошептал Кристиан, толкая мою согнутую в колене ногу в сторону, медленно скользя пальцами по внутренней стороне бедра и подбираясь к чувственному месту, мокрому от его близости.

Недолго думая, темный вошел в меня двумя пальцами, прикусывая зубами сосок.

— А-а-ах… — учащенно дышала я, пытаясь сжать ноги, так как ощущения были слишком яркими.

— Ну уж нет, — нахальная улыбка тронула уста вампира, — теперь моя очередь мучить тебя.

— Кристиан… м-м-м… — стонала я, желая, чтобы он вошел в меня, чтобы ворвался до предела, отправляя за грань блаженства.

— Что такое? — издевался он, терзая сосок и будто не понимая, что именно мне нужно. — Хочешь меня? Так возьми…

«А почему, собственно, и нет?»

Разгоряченная от возбуждения, я грубо пихнула его в грудь, опрокидывая на спину.

Не сводя с него пылающего похотью взгляда, забралась сверху, чуть приподнимаясь, чтобы направить высвобожденный из штанов член в себя.

— Такая нетерпеливая, — усмехнулся темный.

Не могла в этот момент ни о чем думать. Необходимость чувствовать его в себе выкручивала мышцы, доводя до безумия.

Немного зависнув, резко села, громко застонав от глубокого проникновения.

— М-м-м… — выдохнул Кристиан, сжимая мои бедра и приподнимая над собой, чтобы спустя секунду резко вжать в свое тело, толкаясь на всю глубину.

— А-а-ах… — выкрикнула я, наклоняясь к манящим губам и проникая между ними языком.

Поцелуй был сладким, лишающим рассудка. Член темного рывками двигался во мне, а я стискивала его в себе, слыша несдерживаемые стоны моего жениха.

Нам было так хорошо вместе. Только он и я. И именно в эти мгновения смогла понять — мы правда созданы друг для друга. Две половинки единого целого.

Толчок… наши стоны в унисон… и я задрожала от яркой вспышки наслаждения, усилившейся в несколько раз, когда темный пронзил мою кожу на шее, делая глоток…

«Что за чувство в груди? Я… счастлива? Точно, именно так и есть! Рядом с ним я действительно счастлива…»

39. Огромный шаг вперед

Кристиан

— Вы такие пунктуальные, аж не могу, — съязвил Мариус, когда мы с Николь переступили порог библиотеки, представая перед очами отца.

— Если задержались, значит, причина была веской, — встал он на нашу сторону.

— Конечно же, веской, раз на целых полтора часа где-то пропали, — фыркнул Мар, которому захотелось чем-нибудь треснуть, ведь, как подсказывало мое чутье, он прекрасно знал, чем именно мы занимались совсем недавно, потому что Ника была довольно громкой.

— Завидуй молча, — кинул отец в сторону Мариуса, который явно не ожидал подобного. — Лучше бы за брата порадовался.

— Ну да, — усмехнулся он, — Кристиан, смотрю, весь светится.

— А ты, смотрю, слишком разговорчивый стал в последнее время, — отбил я его словесную подачу.

— Как ты себя чувствуешь, дитя? — спросил отец у моей монады, которой предстояло узнать много того, что точно ее возмутит, и это я еще мягко выразился.

— Спасибо, более-менее могу уже себя контролировать, — ответила Николь, стоя рядом со мной.

Свежо было в памяти, как она выворачивалась из моих рук, пытаясь надеть нижнее белье, которое я стягивал обратно, желая продолжения. Самолично прогулялся до ее новой комнаты, принося оттуда все необходимое. Испытал много новых эмоций, выбирая кружевные трусики для своей монады и бюстгальтер им в тон. Для меня после встречи с этой бывшей человеческой девушкой почти все было в новинку. Я добровольно делал то, на что никогда не согласился бы, не будь ее рядом со мной. Она меняла меня, это сто процентов, но я и не возражал, понимая, что мне нравятся эти изменения.

— Присядь, — отец указал рукой на диван. — Разговор будет долгим, тебе многое предстоит узнать, но я хочу попросить, чтобы ты все хорошенько обдумала, а уже потом делала выводы. Если будут вопросы, я с радостью на них отвечу. Теперь ты моя дочь, Ника, а мы — твоя семья. И, повторюсь, я безумно счастлив этому.

Разговор вышел долгим и далеко не самым легким. Николь в основном молчала, иногда забывая, как дышать. Отец не стал ничего утаивать, говорил как есть. Начал с предыстории про ведьму, о которой мы с Мариусом узнали совсем недавно. Прошелся по своей жизненной линии, можно сказать, открывая душу, ведь отец поведал о маме и ее смерти, а также о всех тех девушках, которые отдавали жизни, рождая вампирят. Он рассказывал о законах и договорах на покупку человечек, которые подписывали их семьи, продавая своих детей. Нужно было видеть глаза моей монады, когда она слушала все это. Я прекрасно понимал, какие мысли бродили в ее голове, ведь она была одной из тех, кто мог стать временным инкубатором, чуть позже выпуская душу из тела. Тем, кого призывали в дома темных, не оставляли выбора. Их могло спасти от смерти лишь одно — они должны оказаться пустышками.

— Получается, — безжизненный голос Ники безумно тревожил меня, — те, кто родил темных, умерли?

— Да, дочь, — склонил голову отец. — Именно на такое наказание обрекла нас ведьма, но я не пытаюсь как-то выгородить свой народ, нет. Мы могли бы не думать о продолжении рода и просто жить дальше, не трогая людей. Многие именно так и поступают, но, пусть это и прозвучит жестоко, нам нужно было отыскать монаду. А для этого требовались человеческие девушки. Да, из-за нас погибали и погибают, но… знала бы ты, как сильно и нам хочется получить свой кусочек счастья. До недавнего времени все думали, что девушек выбирают для питания и зачатия, хотя на самом деле это не так. Мы искали тебя. И, наконец-то, нашли, — улыбнулся виновато глава клана, дожидаясь реакции Николь. — Ты первая вампиресса за всю историю существования вампиров, — продолжил он, набирая полную грудь воздуха. — Я безумно счастлив, что у меня появилась дочь. Боги, — вздохнул он, — я так ждал тебя, ты бы только знала.

Каждое слово отца усиливало мое волнение, ведь Николь молчала, не спеша с выводами. Я нервничал все больше, без конца поглядывая на свою монаду, а она сидела с непроницаемым лицом, не позволяя считать с него эмоции.

— Хочу, чтобы ты понимала, никто и ни к чему принуждать тебя не будет, — продолжил отец. — Ты выше всех вампиров, выше совета и наших законов. Ты никому не подчиняешься и никому ничем не обязана. Только тебе выбирать — обращать девушку для темного или нет. Ни один не имеет права заставить тебя. Ты — будущая супруга Кристиана, сестра Мариуса и моя дочь. Я, конечно, безумно хочу внуков, а уж про внучек вообще молчу, но это только ваше с Кристианом дело. Ему уже, кстати, говорил об этом. Понимаю, свалилось на тебя многое, а дальше будет еще тяжелее, так как всем не терпится увидеть тебя и познакомиться. А уж когда до темных дойдет, что именно ты можешь им дать, то…

— Не пугай ее, — вмешался я, сидя как на иголках.

— Ее напугаешь, как же, — фыркнул Мариус.

— Да замолкни уже, — шикнул на него. — Николь, — коснулся ее ледяной ладони, чувствуя, как волнение усиливается в разы. — Ты расстроилась? Переживаешь? Проклинаешь нас? Ну скажи ты хоть что-то!

— Получается, с моим появлением девушки больше не будут погибать? — тихо спросила она, немного снижая уровень моей подступающей истерики.