Газлайтер. Том 38 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич - Страница 49

Малой радостно тявкает и принимается за дело.

Ци-ван как раз пошёл в свой нефритовый унитаз — роскошь уровня «я — Сын Неба и имею право». Ломтик через крошечный карман сбрасывает туда небольшой мощности взрыв-артефакт.

И подрывает.

Раздаётся грохот, вопль, ругательства, всплеск воды в подорванной трубе. Грандмастера этот небольшой взрыв-артефакт не убьёт, но задницу подпалит.

Жёны через мыслеречь тоже видели произошедшее. Маша прыскает. Камила прикрывает рот ладонью, чтобы не рассмеяться слишком громко.

Ну а на этом урок, конечно, не прекратится.

Пурпурный дворец, Хань

Ци-ван сидел в своих покоях и трясся, несмотря на доспех из металла — не от холода, не от усталости, а от чистого, беспросветного непонимания, куда ему теперь вообще можно деваться. Он уже проверил всё, что только мог проверить. Попробовал спрятаться в гардероб — и сразу там сдетонировала такая серия взрыв-артефактов, что его смело волной. Он попробовал открыть ящик стола — и получил тот же фейерверк в лицо.

Он рискнул подойти к серванту, где хранились его любимые крекеры из рисовой муки. Открыл дверцу — и снова вспышки, хлопки, дым.

Везде взрывы.

Повсюду.

За дверью дежурила бригада Целителей, чтобы в случае чего восстановить своего подорванного правителя.

В покои тихо вошёл советник Чжу Сянь.

— Вызывали, о Сын Неба?

Ци-ван поднял на него взгляд и хрипло произнёс:

— Советуй, советник.

Чжу Сянь, как всегда спокойный, словно его не касается происходящее, ответил без тени эмоций:

— Сканирующая система ведь пойдет на пользу вашему государству. Следовало бы принять её у короля Багровых Земель.

Ци-ван вскинулся, как ужаленный:

— Да плевать мне на людей! Людей у меня много!

В нервах он взял с журнального столика нюхательный табак, открыл коробочку — и в ту же секунду ему в лоб со звоном прилетела маленькая, наглая петарда. Она взорвалась так громко, что у императора железная маска опалилась.

— Да как он это делает⁈ — заорал Ци-ван, уже переходя в крик, полный отчаяния.

Чжу осторожно, даже с долей сочувствия, произнёс:

— Это неизвестно.

Ци-ван схватился за шлем руками, тяжело вздохнул, на выдохе почти всхлипнул. Он был Грандмастером магнетизма, сильнейшим человеком государства — и при этом не мог открыть ни один предмет в дворце без взрыва.

— Ну всё… ладно, — наконец простонал он. — Принимайте эту систему. Но… — он ткнул пальцем в сторону коридора, — забросьте её куда-нибудь в кладовку, на склад, в дальний угол! Чтобы её нигде не применяли!

Советник Чжу медленно поднял бровь:

— Как же так? У нас будут ресурсы, и мы не будем использовать их для спасения наших подданных?

Ци-ван фыркнул, откинулся на стуле и почти выкрикнул:

— Именно! Пускай Филинов умоется!

Он попытался встать — но тут за под креслом сдетонировала новая взрывчатка.

На следующий день еду к Царю в Кремль. Машина движется тихо, Камила сидит рядом, листает свои заметки, потом поднимает голову и говорит:

— Ци-ван всё-таки принял систему.

Я усмехаюсь.

— Да я уже посмотрел через Ломтика. — Делаю жест, будто пролистываю невидимый экран. — Он не просто принял. Он подписал приказ, где прямым текстом написано: «Систему не применять. Использовать только для хранения».

Камила моргает, а я открываю ей изображение приказа через теневой портал — короткая вспышка, иероглифы, печать. Она читает, потом качает головой:

— И что же теперь делать?

Я пожимаю плечами, будто это обычный бытовой вопрос.

— Ну раз петард оказалось недостаточно, то подарим Ци-вану капканы. Медвежьи, заячьи… всякие. Пусть тренирует ловкость.

Камила смеётся вслух, закрывая рот ладонью, чтобы водитель не услышал лишнего, а то перегородку как раз опустили

Ворота Кремля остаются позади. Машина медленно поднимается по внутренней дороге, охрана пропускает нас дальше, и уже через пару минут мы оказываемся у центрального входа Кремлевского дворца. Несколько быстрых проверок, два кордона, короткий поклон дежурного генерала — и нас проводят внутрь по коридорам власти.

Лифт поднимает нас на нужный этаж. Двери распахиваются, и сопровождающий жестом указывает на кабинет. Мы с Камилой заходим.

Царь сидит за большим столом, и, хоть он старается выглядеть спокойным, тревога у него прорезается в мелких деталях: чуть напряжённые пальцы, слишком ровная осанка, взгляд, который постоянно возвращается к нам. Видно — новости последних дней давят.

Он встаёт и целует руку Камилы как королевы, а со мной здоровается через рукопожатие.

— Данила, давайте сразу к делу? — предлагает после приветствия.

— Давайте, — соглашаюсь я, присаживаясь напротив. — А то я и так задержался в Москве.

— Насколько велика угроза Астрала? — спрашивает он.

— Пока, может быть, она и не планетарного масштаба, но Демоны будут наглеть всё больше, — отвечаю без обиняков.

Царь уточняет:

— Больше, чем покушение на двух королей?

— Астральным тварям плевать на наши титулы, — говорю я ровно. — У них вообще нет категорий вроде «монарх», «министр» или «обычный человек». Для них существует только один повелитель — Гора.

Царь хмурится, опускает взгляд, начинает медленно постукивать пальцами по столу.

В этот момент Камила отправляет мне мысле-речь:

— Над чем Царь так сильно задумался, Даня?

Я отвечаю брюнетке:

— Как и любой правитель, Борис не хочет отдавать власть над своим государством в чужие руки. Он, в отличие от Ци-вана, действительно заботится о Стране, но пока угроза не станет настолько очевидной, что её просто невозможно будет отрицать, — на объединение сил он не пойдёт.

И в этот момент дверь распахивается со стуком. Входит Владислав Владимирович. Вид у него серый, напряжённый, глаза тревожные — сразу ясно, что новости плохие.

— Что такое, Влад? — спрашивает Царь, резко поднимая голову.

— Часть потерпевших от Астральных карманов, тех, кто находится в коме… стали одержимыми.

— Новый виток пошёл, — киваю безрадостно. — Где сейчас одержимые?

— Позволь, Государь, — вместо ответа Владислав берет со стола пульт и включает ламповый телевизор на тумбочке.

На экране новости: захваченная одержимыми больница, персонал в панике, всполохи света, журналисты на расстоянии. Внизу бегущая строка: «Тверь. Городская больница № 12».

Не теряя ни секунды, активирую связь-артефакт. Канал раскрывается мгновенно.

— Слушаю, брара, — принимает вызов Рома, капеллан Рвачей.

— Для братства есть срочное задание, — говорю я. — Координаты пришлю сейчас сообщением.

Рома гаркает куда-то в сторону — явно отдаёт приказ — и возвращается в эфир:

— Три минуты, и братья будут готовы к вылету.

— Ваше задание: возьмите сыворотку Лакомки «Сто пятую» и готовьтесь к бережной зачистке одержимых.

Связь закрывается.

Царь поднимает на меня взгляд — тревожный, напряжённый.

Камила по мыслеречи аккуратно задаёт вопрос, который не произнесла бы вслух:

— Даня, а Рома точно всё сделает правильно?

— Точно, — отвечаю. — Большую часть инструкций я уже передал ему по мыслеречи через кольцо мидасия: кто такие одержимые, что с ними нужно бережно, без крови, и что «Сто пятая» сыворотка в вену поможет изгнать низших Демонов (Высшими там и не пахнет). По связь-артефакту я лишь сделал вброс первичных данных — исключительно для Царя и Владислава Владимировича, чтобы они были готовы к шоу.

— Оу, я тогда тоже приготовлюсь, — мысленно улыбается брюнетка.

Пять минут — и в прямом эфире вспышки порталов разрывают пространство рядом с вторым и третьим этажами больницы: шесть золотых всполохов, и серокрылые Рвачи влетают через окна.

Херувимы действуют быстро и собранно, как элитная штурмовая группа. Через мыслеречь с Ромой я вижу, как они фиксируют пациентов и возвращают им контроль. Всё — меньше минуты, и все одержимые либо стабилизированы, либо уже приходят в сознание.