Сваха (СИ) - Ленина Егорина - Страница 23

— Вряд ли бы его букеты таскали стражи. — покачала я головой.

— Стражи? — замерла подруга. — Какое сегодня число? Единый, как я могла забыть?! Годовщина! Я ушла! У меня выходной!

Быстро, но бережно собрав помятые лилии, испачкавшись желтой пыльцой, она схватила корзину и умчалась в сторону администрации. Наверное в архив. Сейчас Ибрагим получит свою долю нежностей и будет опять сиять. Много ли ему для счастья надо? Придет к нему жена, скажет, что он самый-самый и всё. У меня так не выходит. Только скажу Вику, что он самый любимый, дак сразу получаю подозрительные взгляды. И с чего бы это?

— А вот этот как тебе? — указала Марианне на проходившего мимо Максимельяна.

Максимка прогуливался вместе с Велеей и ржавая морщила свой выбеленный нос, глядя на нашу вывеску. Никак "выгуливают" новые наряды. Вон, сверкает опять, как мухомор в росе.

— Какой-то он… — замялась Марианна.

— Пижон? Мажор? Хмырь? — заинтересованно перечислила я, скидывая шелуху за окно.

— Слащавый и самовлюблённый. И барышня такая же.

Соглашусь, пожалуй. Максимка еще и с тросточкой идет. Вроде как под джентльмена "косит". Весь такой важный. Интересно, они о детях когда-нибудь задумаются? Или так и будут друг с дружкой в семью играть? Так! Они клиенты? Нет! Оба меня терпеть не могут? Счастья им безмерного! И чего вы остановились? Куда они смотрят?

Так-так! А кто это тут у нас лестницу волочет? Тимофей? Куда ж ты опять?! У тебя плохие отношения с лестницами. Ой дура-ак!

Мы обе завороженно смотрели за разворачивающимся действом и семечки грызлись всё более активно. На нервах.

Тимофей подошел к ювелирке, выставил свою стремянку и полез.

— Не в то окно. — пробурчала я. — Там же спальня родителей, а не Серафима.

Но это услышала только Марианна и теперь она еще и прислушивалась к моим комментариям.

Парень взобрался наверх и наполовину влез в окно. Визга не было, а я ждала. Только ручки тонкие показались, схватили Тимофея за пояс и втянули того полностью в комнату.

— Вот это Анфиса Георгиевна даёт! Только бы супруг-ювелир не подумал чего не того.

Но нет. Стройная женщина выскочила на улицу, оглянулась, помахала мне рукой и быстро забежала за угол своего дома. Там она хекнула и переставила лестницу к следующему окну, из которого уже выглядывала Серафима.

— Ой как тут у вас интересно! — очень эмоционально выдала Марианна. — То мужчины раздеваются, то целый спектакль романтический. Тут дома не продаются?

Предложила с этим обратиться к Веселее. У нее есть знакомый риэлтор в администрации. Вроде как она его улитками снабжает и за это он готов для Веси на всё. Или готов на всё, чтобы она их больше не таскала ему. Как-то так.

О! Иришка идёт. А Максимка аж голову свернул, оборачиваясь на неё. А у Велеи тяжёлая рука, оказывается. Вон как вдарила ему по загривку.

Предложила Марианне прогуляться и посмотреть на стражей на ярмарке. Сейчас все равно уже местные обходы у них закончились. Согласилась.

Вышли и помахали Ираиде рукой. Она тоже помахала и ускорилась. Между нами осталось только пройти расстояние дома ювелира, как оттуда вышел… Григо! Да ты ж мой хороший! Еще и в костюме приличном. Не "писк" моды, но очень подчеркивает рост и стройность. Вот только старые ботинки портили всё. Зато как он волосы прилизал на прямой пробор! Совершенно не идет. Вот если усики ему отрастить тоненькие да закрутить кончики вверх…

— Григо, сколько лет сколько зим? — подбежала я к нему. — А чего тут забыли? Никак суженую нашли? Подарочек выбирали?

Дядька заметался и дёрнулся в сторону от меня. А там Иришка. Он скривился и дёрнулся опять. А тут я. И такое горестное лицо вышло у него, что будто и не красивые и молодые девушки идут, а черти решили его прибрать.

— За что? — простонал Григо и голову повесил.

Иришка тоже поздоровалась с ним и дядька Григо аж передернулся.

— Я не нуждаюсь в ваших услугах! — быстро кинул он нам хмурые взгляды. — И вообще, я уже уезжаю обратно и сюда больше ни ногой!

Быструю походку мужчины мы наблюдали втроем. Быстр, однако. Уже и за поворотом почти скрылся.

— А кто это был? — подала голос Марианна.

— Да так. — отмахнулась я. — Тот, кому я еще не нашла пару. Тяжелый случай, но я не отчаиваюсь.

— А почему он так на вас отреагировал? Обычно красивых девушек взглядами провожают, а этот сбежал.

— Долгая история. — ответила, еще глядя вслед Григо. — Но он не только на нас так реагирует. Вообще от женщин шарахается. Особенно от симпатичных.

Иришка поддакнула.

— Мне подходит. — решительно оповестила нас Марианна. — Деловой, из чужих коек выуживать его не нужно будет, как моих мужей, спортивный. Когда свидание устроите?

Остатки семечек из рук у меня повыпадали. Голуби с крыш сорвались и склевали все быстренько. И наговнили, соответственно. Вот и думается мне, что вот именно в это белое гуано меня только что пригласили войти. И как мне Григо выловить?

— Мы едем в Речное? — сориентировалась Иришка.

Я встрепенулась, сгоняя непрошенную неуверенность.

— Марианна, пакуй чемоданы. Мы едем в Речное!

Глава 17. Чуток о вампирах и капля о бобре

В дом вошла, как на поле боя. Ну как сказать любимому и неповторимому, что я отчаливаю в края родные? Ну что ж. Чему быть — того не миновать!

— Му-у-уж! — заорала с порога. — У меня сюрприз!

Наверху что-то грохнуло, треснуло и разбилось. Ну вот! Теперь только обрадуется моему скорейшему исчезновению. Кто молодец? Я молодец.

Вик спустился, чем-то безбожно мерцая. Весь. С ног до головы. И бледный еще такой. На всякий случай встала так, чтобы между нами был стол. Ну а вдруг он, как в саге про вампирюг, вот так преобразился? Вернулся домой еще когда темно было, завтракали с задернутыми шторами, спать не ложился… Все признаки на лицо! Помню-помню, как там Роберт с кабачковой фамилией сиял на солнышке. Как его там? Огурцов, Баклажан… О! Патисон! Ну точно! Ща клыки попрут.

— Что ты невеселый такой? — активно скалясь, сделала я ход. — Улыбнись-ка. Тебе так идет улыбка!

Вот сейчас! Минуточку… Нету? А где? Пришлось подойти и заглянуть Вику в рот. Пощупала вполне обычные для человека клыки и аж взгрустнулось.

— Что-то не так? — настороженно уточнил Вик, держа меня за талию.

— Мяса сырого тебе не хочется? — заглянула ему в глаза. Вроде не красные. — Или крови тепленькой?

— Олена, это ты беременная и это у тебя вкусы поменялись. — поцеловал он меня в лоб. — Если тебе так хочется, то пожалуйста. Только сначала к лекарям сходим и там скажут — можно такое тебе или нельзя.

Руками по волосам его провелась и блестки остались на моей коже. Когда-то было модно так обсыпать волосы. Помню, особо этим увлекались продавцы в продмаге перед Новым годом. И все продукты были праздничными, из-за летящих с их причесок блестюшек. Возможно, потом, при выходе из организма, тоже всё было праздничным, но я не рассматривала.

— А что это? — потрясла я рукой.

— Был тебе подарок. — потряс он еще и головой, засыпая все вокруг. — Мне доложили, что ты хотела зеркал набить, наклеить осколки на шар и повесить всё это под потолок. Вот эти блестяшки взял в одном селе, где краску делают. Вот такую пыль там собирают и как-то утилизируют. Теперь там совсем чуть-чуть осталось в банке. И надо бы Куча отмыть.

— Да уж вижу.

Пёсенька моя вышла гламурной. И везде, где она шла, оставались гламурные следы. Куч Зверев теперь. Отмывали его в бане под переделанную песню, да простит меня Сергей Зверев.

— Наш Куч обожает дольки кабана, дольки кабана на-на дольки кабана…

Дом помог оттереть Рома, пока мы порхались с собакой. Ну что за парень! Где ж там Настасья-то? Надо срочно их уже оставить наедине. И Романа как-то потормошить. Девчонка-то ведь тоже хоть куда! И с детьми ладит, и со взрослыми, и спокойная, и миролюбивая, и работящая… Много еще всяких и. Нервная правда, но это мелочи жизни. Вот упустит и будет потом локти кусать. Или я ему эти локти покусаю. И ей. Я вообще кровожадной стала. Может это я вампир? Присмотрелась к шее Виктора. Вон как жилка бьется. Укусить что ли? Если что, то я попрошу Иришку и она мне справку о сумасшествии напишет.