Я вернулась, чтобы сжечь его дом (СИ) - Сторбаш Н.В. - Страница 20

— Да, я… я назвала ее Сяо Цай.

Щеки бедняжки Су полыхали ярко-малиновым цветом, перекрывая нанесенный дома румянец.

— Маленькая цветная? — Сюэ улыбнулся шире. — Какое замечательное имя! Оно отражает доброту и заботу сестрицы Су об ее радужной лисице.

Я сидела неподвижно, вогнав ногти в ладони до крови. Те же слова! Та же улыбка! Он сказал мне те же слова на первом нашем свидании. Только сейчас я осознала, как нелепо, по-детски, звучали тогда мои речи. Сяо Цай! Так пятилетние девочки называют кукол и щенков.

Но Су Цзянь, опьяненная красотой и мягкими речами Сюэ, не замечала ничего. Как и я тогда!

Сюэ Сюэ бросил на меня мимолетный взгляд и снова вернулся к бедной девочке:

— Сестрица Су, надеюсь, мне позволено называть тебя так?

— Да, — краснота Цзянь доползла до шеи.

— Сестрица Су, судя по всему, давно знаете сестрицу Ли, знает ее привычки и предпочтения.

— Угу.

— Может ли сестрица Су помочь мне? Подсказать, какая вещица обрадует сестрицу Ли? Какой подарок заставит ее улыбнуться? Я пытался угадать, но мой скорбный ум не сумел постичь эту тайну.

— По… подарок? — Цзянь ошеломленно взглянула на меня.

Вот же мерзавец! Прямо сказал, что присылал мне подарки. Почти открыто признал, что мы с ним помолвлены или находимся в неподобающих отношениях.

Я уже раскрыла рот, чтобы объяснить Су Цзянь, что к чему, как Сюэ Сюэ тихо рассмеялся:

— Прошу прощения, сестрица Су, сестрица Ли, я неправильно выразился. Дело в том, что на приеме в поместье Су я, видимо, ненароком оскорбил сестрицу Ли, отчего она справедливо разгневалась на меня. Я хотел загладить свою, пусть невольную, но всё же вину, поэтому осмелился послать сестрице Ли подарок.

— Молодой господин Сюэ, — я нарочно выделила официальное обращение, — молодой господин Сюэ ни жестом, ни словом не оскорбил меня на приеме Су. Поэтому я и не посмела принимать подарки. Если нет вины, ее не нужно заглаживать.

— Я также слышал, что мой необдуманный поступок вызвал гнев юной госпожи Ли. И он обрушился на невинную служанку.

Значит, ты и о понижении Мэймэй уже знаешь! Неужели эта дуреха продолжает доносить ему на меня? Наверное, стоит выгнать ее из поместья напрочь. А может, кто-то еще из слуг подкуплен? Еще и этот нелепый слух о злобном духе…

— Сестрица Су, рассудите нас, — он снова обратился к подруге. — Желая загладить вину перед юной госпожой Ли, я осмелился поговорить с ее служанкой. Разумеется, я не пытался вызнать секреты юной госпожи Ли. Единственное, о чем я спрашивал: понравился ли подарок юной госпоже Ли? Заставил ли хоть на мгновение улыбнуться? Скажи, сестрица Су, так ли велик мой проступок и так ли виновна несчастная служанка, что ответила мне на эти вопросы?

— Ну, — неуверенно протянула Цзянь, глянув на меня, — наверное, нет.

— Я не сомневался, что острый ум сестрицы Су вмиг разрешит мои сомнения. Может, тогда юная госпожа Ли сменит гнев на милость?

— Юная госпожа Ли, — ответила я, — не выбирала Су Цзянь судьей в данном вопросе, а потому имеет право не следовать за ее мнением.

— Разумеется. Я позволил себе лишнее, — тут же отступил Сюэ Сюэ. — Как вам нравится вид на реку?

Юные девушки, что прислуживали в ресторане, принесли и расставили блюда по всем столикам. Во время трапезы Сюэ Сюэ не поднимал сомнительные темы, а обсуждал с Су Цзянь праздничное шествие, чудесную погоду и стихи почтенного Цюй Юаня.

Заслышав звук барабанов, мы перешли на террасу. На реке как раз показались яркие разноцветные драконы — длинные лодки с вырезанными на носу драконьими мордами. На гребцах была одежда того же цвета, в который выкрашена их лодка, и издалека казалось, что по зеленоватой воде плывут, взмахивая десятками плавников, диковинные рыбы или звери.

На носу каждой лодки сидел барабанщик и задавал ритм гребцам.

Драконы мчались с невиданной скоростью, с каждым мгновением приближаясь к излучине реки, мелькнули напротив нашей террасы и улетели дальше. По опыту я знала, что они доплывут до последней метки, где выбранные императором чиновники определят победителя, а потом вернутся сюда, к излучине, и будут красоваться своими умениями перед сотнями зрителей.

— Великолепное зрелище, не так ли? — отметил Сюэ Сюэ, наблюдая за восторженными лицами девушек. — Жаль, что даже оно не вызвало улыбку у юной госпожи Ли.

Я промолчала.

— Должен сказать, что любоваться лодками вовсе не так весело, как плавать на них. Могу ли я пригласить юную госпожу Ли покататься со мной по реке? Разумеется, не сегодня, а в более тихий и безлюдный день.

Несмотря на все старания, я все же вспыхнула от гнева. Как он посмел? Почему бы прямо не пригласить меня в свою спальню?

— Благодарю молодого господина Сюэ за столь любезное приглашение, но я вынуждена отказаться. И от приглашения, и от дальнейшего присутствия здесь. Ши Хэ, собирайся! Я ухожу. Су Цзянь?

Бедная девочка даже не успела толком разобраться в том, что только что случилось.

— Я… я…

— Или ты хочешь остаться с молодым господином Сюэ здесь? Наедине?

— Нет, Лань-Лань, я пойду с тобой!

Ши Хэ едва успела подхватить купленные ранее лакомства и побежала за мной. Захваченные врасплох охранники быстро начали созывать остальных, а потом поспешили за нами.

Ну каков же негодяй! Мерзавец! Распутник! Как он посмел сказать такое мне, свободной девушке из благородной семьи? Фамилия Ли ничуть не уступает Сюэ! Как может отец быть настолько слеп?

Позади ресторана людей стало еще больше. Все ждали возвращения лодок и старались подобраться ближе к краю обрыва. Я протискивалась сквозь толпу, не замечая ничего вокруг. Из-за шума сотен голосов я не слышала, как меня окликала сзади Ши Хэ, не видела, как далеко отстала Су Цзянь и как один за другим исчезали охранники, приставленные ко мне отцом.

Только когда чья-то грубая рука крепко схватила меня за горло и оттащила за торговые палатки, я поняла, что осталась одна.

Глава 12

На меня набросили грязную длинную накидку, которая полностью скрыла желтое платье, вытащили дорогие шпильки, растрепали волосы, а уж потом потащили дальше. Теперь никто не угадал бы во мне благородную девицу из дома Ли.

Прежде чем я успела опомниться, шум веселящейся толпы остался далеко позади. Мои похитители не уходили от реки. Они спустились с возвышенности туда, где вдоль берега тянулись деревянные склады неприглядного вида и перед каждым торчал отдельный причал для небольших лодок. В один из таких складов меня затолкали, небрежно привязали к столбу, что поддерживал крышу, но так, чтобы вход оказался за моей спиной. Сами похитители расселись перед входом, и я не могла их видеть, только слышать.

Сердце мое колотилось, как сумасшедшее. За две жизни меня похитили в первый раз. Я… я даже не смогла закричать там, на площади, попросту не сообразила. Горло болело после жесткой хватки, но вдруг это не помешало бы мне позвать на помощь? Там было столько людей!

Закричать сейчас? Рот мне не заткнули.

Наверное, я могла бы, но очень-очень сильно боялась. А вдруг меня ударят? Вдруг они осквернят мое тело и погубят мою чистоту? Да и кто будет оставаться возле складов, когда неподалеку проходит праздник. Хотя какая-никакая охрана быть должна.

Закричать? Я попыталась, но из горла выходил лишь глухой сип. И тогда я беззвучно заплакала.

— Уж больно легко вышло, — сказал один. Он чуть присвистывал при разговоре.

Я застыла, прислушиваясь к их словам. Вдруг узнаю, кто меня похитил и зачем?

— Да трудно ли сладить с девицей? — а этот картавил.

— Ты что, ослеп? Видел, сколько с ней охраны было? Если бы их не убрали, мы б тут не сидели.

Третий странно выговаривал слова, будто родился не в Линьцзин. Я не могла понять, это всего лишь выговор в какой-то отдаленной провинции или один из похитителей — иноземец.