Неучтенный элемент. Том 10 (СИ) - "NikL" - Страница 6

Пока он это говорил, картины быстро сменяли друг друга. Порой я испытывал дежавю: вероятно, уже видел их в тех видениях, которые особенно в памяти не задержались. Но видимо отпечатались где-то в подсознании.

Перед глазами мелькали красивые белокаменные города и мегаполисы, великолепные храмы, бескрайние леса и поля сражений. Залы дворцов, кабинеты и тренировочные залы, полные артефактного оборудования. Арены размером с наш большой город и исполинские существа, похоже приручённые людьми. Летающие корабли из фэнтези. Некие магические машины с голографическими экранами и собрания за круглым столом.

Тем не менее я прервал демонстрацию отвлечением темы.

— Это всё очень интересно. Но первым в твой пространственный карман проник один из Непокорных уровня экзарха, захватив реликвию из Атлантиды…

Атлас пренебрежительно махнул рукой.

— Удачи ему пройти созданную мной защиту. Стоило бы волноваться, приди сюда хотя бы астрарх. Но о таком незначительном вторжении нет нужды беспокоиться.

М-да… экзарх в его глазах слабый — о нём не нужно волноваться.

Однако похоже своё пространство он контролирует плохо. Не совсем понятно, он о нём вообще не знал или просто его не волновало вторжение сейчас, когда рядом его верная слуга и её союзник… отношение к которому пока очень странное. Что от меня хотели я не знал, и предпочёл пока наблюдать, вернувшись к прежней теме.

— Мэль рассказывала мне о хороших и плохих сторонах общества богов. Пусть мельком. Ложь, оправданная необходимостью выжать больше веры. Ограничение развития технологий и перемещения, пропаганда слепого поклонения, спланированное расширение территорий. Но вместе с тем некая стабильность и отсутствие предвзятости и расизма… Во всяком случае, насколько я понял. Рассказ был кратким. У нас там настоящая гонка.

Атлас красноречиво вскинул бровь, и я догадался, что сказал что-то не так.

— Примерно представляю ситуацию. Да, расизма нет, разные народы живут… если нравятся богам и достаточно психоактивны, чтобы эффективно вырабатывать веру. Менее магические расы, не предрасположенные к сотворению богов и направляющие энергию в иное русло, не приживутся. Например, так выглядела приёмная площадка для эвакуации, когда Орда покорила мир насекомоподобных.

Картина сменилась знакомым пейзажем. Только в этот раз поле было пустоватоватым. Я видел элементалей, духов, драконоподобное существо с тремя парами сравнительно небольших крыльев…

— Я понял. Ни одного представителя основной цивилизации не эвакуировали даже просто ради включения в армию для финальной битвы.

— Всё верно. Мэль сказала правду — мораль и противоборствующие стороны всегда окрашены серыми тонами. А любое решение можно оценивать лишь со стороны своей выгоды и соответствия взглядам на правила жизни. К сожалению, я имел слишком много принципов, которые подавлял в себе до некоего предела.

Снова смена картины. Мы стояли на крыше часовой башни. Лунная ночь, небольшой городок. Стиль архитектуры напоминает европейский девятнадцатого века. От четырёх до шести этажей, покатые крыши с парой окошек, нехитрые барельефы, дымоходные трубы и вымощенные брусчаткой улицы.

Увы, городок был изрядно разрушен. Испуганно бегали люди, за которыми гонялись другие гуманоиды. Некоторые имели крылья и увеличенные когти. Они накидывались на людей и метили в шею, светясь алым. Кое-где начались пожары.

— Мэль говорила о придуманной Орионеем напасти — вампирах и якобы враге, который ему почти друг. Кажется, она присвоила себе твой грех перед господином.

Атлас коротко кивнул, рукой указав в сторону. Там он, облачённый в белые одежды, явился в сиянии и уничтожал монстров. Надо сказать, хоть и высокой разрушительностью они не обладали, но были весьма прочными судя по скорости истребления.

— Вероятно так и есть. Это нападение не было запланировано: всё же микроконтроль не абсолютный. Тем не менее оно должно было принести больше страха в сердца людей — родить новых паладинов и новые истории. Да, их спас слуга бога рассвета. Но… это было слабо. Люди не успели как следует испугаться. А я не мог безучастно смотреть на смерть и разрушение. На то, как им не дают развиваться. Развитие людей ярко отражается в их архитектуре и укладе. Смотря на это, что ты можешь сказать об эпохе и её продолжительности?

Пояснений мне не требовалось, но я подыграл, продолжая анализировать действия Атласа.

— Примерно девятнадцатый век. Я плохой историк, но если смотреть на сто лет в прошлое, дома были бы ниже и проще. А через сто лет в будущем они уже бы считались старинными — результатом ушедшей эпохи.

— Всего век… — Атлас покачал головой. — Города этой страны не особо менялись две тысячи лет. Да, богам выгоден рост населения, создание мегаполисов. Но… не вдаваясь в лекции по магии, порой лучше ограниченное фанатичное и сплочённое население, нежели мегаполис индивидуалистов, погрязших в своих рутинных делах, финансовых проблемах и борьбе с городской средой. Кроме того, в них приходится менять стратегии. Что сказать, за этот поступок сам Орионей снизошёл до меня и высказал критику. Но в первый раз меня лишь поставили на колени и придавили силой, немного ранив…

Продолжавшийся рассказ кратко повествовал о том, как понемногу Атлас, да и Мэль, с которой он оставался близок начали вызывать недовольство. Вот Геспер, третий избранный, был идеальным фанатичным слугой.

Атлас оказался самым мятежным: ведь просто не мог не сглаживать углы методов своего покровителя. Кроме того, он желал роста силы. И тут и там старался тихо добыть больше чистого эфира или даже божественной энергии. Если не повысить уровень, то модифицировать техники, отпечатанные в даре.

Кое-где он попадался. Вроде и сам виноват. Но вместе с тем остановка в развитии, хотя он мог идти дальше, его раздражала. У богов свой круг и к нему могут приближаться лишь избранные. Но Атлас к тому моменту уже надеялся тайно поднакопить сил, разорвать божественный пакт и сбежать.

Разумеется, Орионею он так не говорил, а буквально залезть в голову сильного создания без фатального вреда не получится. Атлас оправдывался тем, что хотел эффективнее ему служить и не перегибал палку.

Во время разговора я не ощущал каких-то влияний на себя — состояние оставалось неизменным.

Пейзаж снова изменился. На этот раз земли под ногами не оказалось, и мы просто стояли на незримой платформе. Прямо в, мать его, открытом космосе!

Я как будто попал в фантастический фильм: вокруг разворачивалось циклопических размеров астероидное поле, освещаемое небольшой далёкой звездой. Совсем рядом находилась бурлящая поверхность бурого газового гиганта, напоминающего Юпитер. Хотя это точно иная планета.

— Мы подходим к самой волнующей части рассказа. Небольшое отступление… до войны я любил писать книги. Не гордую автобиографию о подвигах и даже не сложные трактаты об обществе, политике и экономике. Хотя и они были. Я написал и несколько художественных книг, ставших очень популярными. Не из-за моего имени: они издавались под псевдонимом. И редактор не знал, что рукопись послана самим императором.

— Ты хороший рассказчик, — вполне искренне сказал я. — С войной всё кануло в бездну? Я ведь так и не сказал, что сто лет выживал один в мире с остановленным временем. Начал вырезать по дереву и дошёл до больших детализированных скульптур. С начала вторжения создал лишь одну статуэтку в самом начале, когда пришлось ждать встречи.

Атлас вполне по-человечески вздохнул и вновь обратил взор к нарисованной им же картине.

— Да, всё так. Я любил рассказывать истории, обернув их в приключение. А чтобы никто не знал финал, выдумывал события. Давно ждал момента раскрыть историю своей жизни. Сколько прошло времени? Здесь за ним довольно сложно следить.

— По прикидкам Мэль, ты на Земле около двух с половиной тысяч лет… Для сравнения, я сейчас выгляжу на двадцать один, может быть чуть старше. Мир за это время прошёл путь от примитивных каменных зданий, исключительно редкой грамотности и крохотного по нынешним меркам населения, наверное, не дотягивающего до ста миллионов. До восьми миллиардов людей, летающих машин, беспилотных полётов к другим планетам системы, способности делать снимки иных галактик и уничтожить цивилизацию менее чем за час без применения магии.