Наследник Мудрецов. Том 5 (СИ) - Романович Роман - Страница 50

— За тобой не угнаться.

— Так полчаса всего. Если медлить, поесть не успеешь.

— Что насчёт особой еды? Успеем что перехватить или её в особых ресторанах подают? Я угощаю.

— Раз угощаешь, то пошли. Покажу, что здесь и как.

И показала.

— У меня старший брат здесь учится. Третий курс. Хорошо все места изучил. Хватает забегаловок, где обещают одно, а по факту толку — ноль. Если же хочешь что-то и полезное, и вкусное, и чтобы эффект был, а время поджимает — то про эстетику забудь.

О чём она, я понял минут через пять, когда мы дошли и отстояли очередь. Прямо даже не знаю, как это назвать. Уж точно не в ресторан пришли. Еду выдавали через окошко. Лепёшка хлеба — а туда мяса накидывали да овощей. И стоило это — восемьсот рублей за порцию! В обычной столовке можно полноценный обед на четверых за эту сумму взять. С десертом! А тут, считай, уличный перекус. Короче, дорого.

Удивляло то, что перед нами в очереди человек десять стояло, а с момента, как мы подошли и своё получили, сзади ещё человек тридцать пристроиться успело.

— Ты не смотри так, — рассмеялась Настасья. — Идём, здесь недалеко парк, там присесть можно.

— Не замёрзнем?

— Я — нет. Про тебя не знаю. Да и горячее это блюдо. Сейчас поймешь.

— Это мясо тварей из-за Грани?

— Верно. Очень вкусно! Ты спрашивай пока. Раз накормил, отвечу на вопросы.

Подумав, что за такие деньги я из неё ответы выбью вообще все возможные, приступил к допросу.

— Что насчёт заклинаний?

— В обязательную программу входят только стандартные. Остальное — либо в качестве поощрений за заслуги, либо плати. Первое тебе не светит. Второе — от двухсот тысяч за одно слово.

— Слово по цене целого семестра?

— Не знаю, откуда у тебя такие сведения, но семестр сейчас стоит триста пятьдесят тысяч. Цены подняли, — помрачнела девушка, давая понять, что для её семьи это серьёзные деньги. — Двести тысяч — это за самые простые слова. Особо продвинутые и миллион могут стоить.

Мы дошли до парка, который буквально за соседним зданием был. Как ни странно, несмотря на погоду, народу здесь много собралось. С трудом место присесть нашли. Кто-то ел на ходу, причём не так, как мы. Многие с собой контейнеры и термосы приносили. Многие курили. В общем, народ разбился на группки и занимался своими делами.

— Что входит в эту цену?

— Описание.

— И всё?

— Наставления от наставников стоят от двадцати тысяч за урок.

А теперь к общей весёлости девушки добавилась толика издёвки. Мол, солдатик, как тебе такие суммы? Уже хочется отсюда сбежать? Мне не хотелось, хотя цены подавляли. У меня там двадцать миллионов с продажи кристаллов намечаются. Разгуляться я себе могу позволить. Все деньги не потрачу, но почему бы не приобрести штук пять полезных? Базовый набор хорош, но явно не является достаточным.

— От младших наставников, — уточнила она. — У старших уроки могут и сто тысяч стоить.

— И что, многие пользуются?

— С улицы — никто. Ну, или я не знаю. Одного урока мало, чтобы что-то отточить, нужно хотя бы пять, а лучше десяток. Слишком дорого. Поэтому к старшим мастерам попадают через личное ученичество, а это надо быть лучшим на потоке, чтобы тебя заметили.

— Хм… А что мешает скинуться, например?

— В смысле?

— Заклинание стоит двести тысяч. Двадцать человек…

— А-а, — не дослушала она. — При покупке ты приносишь клятву, что не будешь передавать заклинание другим лицам.

— Серьёзно? Даже роду?

— Даже своим детям, — рассмеялась Настасья, но как-то быстро поникла, взгрустнув. — Можно купить право для передачи в роду — стоимость увеличивается в десять раз, и это минимум.

— Как-то… жёстко.

— Хех, — улыбнулась девушка. — Ты ещё не слышал, сколько стоит алхимия. Точнее, алхимия, дополнительные занятия, аренда полигонов, доступ к книгам и многое другое. Чтобы ты понимал, если хочешь прогрессировать, то к стоимости семестра желательно добавить столько же. А если хочешь стать лучшим — то две стоимости. Без учёта заклинаний, разумеется.

— Минимум?

— Минимум. Но деньгами всё не закроешь. Они просто ускоряют процесс.

На то, как ела Настасья, было приятно посмотреть. Не зря она про эстетичность упомянула. Есть наше блюдо аккуратно, требовало запредельной ловкости. Девушка не особо заморачивалась, ничуть этого не стеснялась, что и понравилось. Ожидал я от неё другого. Что настолько ухоженная девушка предпочитает рестораны, а не сидеть вот так, на морозе, и закидывать с помощью зубочистки мясо в рот. Столовых приборов нам никто не дал.

Поспрашивал я и про всякое другое. Углубляться не стал. Это пока девушка не знает, что я сотрудник Бюро. Слово «шпик» ко мне быстро прицепится. Как дальше ситуация повернётся, кто его знает. Может, всем плевать будет. А может, и нет. Недовольство, что я служивый, с первых же минут проявилось. Поэтому целью я ставил не секреты вызнать, а очаровать девушку, заложить фундамент для дальнейшего общения. Чем не повод войти в круг студентов? Всяко лишним не будет.

— А что насчёт двухуровневых заклинаний и выше? — спросил я в конце.

Настасья засмеялась.

— Там всё ещё дороже. Слов много, комбинаций из них ещё больше. Если хочешь готовую связку, то готовься платить.

Да уж. Что-то после разговора двадцать миллионов уже не кажутся таким уж большими деньгами. Время вышло, пора было идти. Настасье — на лекцию. Мне — на следующую тренировку.

Поразительно, но факт. Меня попытались подловить. Те два альтернативно одарённых, то есть таких, когда к наличию Дара идёт ещё щепотка тупости и мешок нездорового энтузиазма.

— Эй, солдатик! — преградил мне путь в коридоре не кто иной как Говорун. — Разговор есть.

— Чего тебе, руки-спички?

— Что? — Его лицо вытянулось. — Знал бы своё место!

— Это какое же? — подошёл я ближе.

— Нам такие здесь не нужны! — добавил Буля как-то невпопад.

— Это какие же? — глянул я на него.

— Тупые вояки! — заявил Говорун.

— Да неужели, — расплылся я в улыбке. — Господа, а представиться не желаете?

Поначалу, раз меня записали в «тупого вояку», подстроиться под этот образ было проще простого. Теперь же я показал образ «аристократа». Холодный тон, тщательно отмеренное презрение, гордая осадка и транслируемое ощущение поколений благородных предков за спиной. Говорун аж отшатнулся, уставившись на меня недоуменно. А вот Буля не понял, что поменялось. Нахмурился, но мысль до мозга слишком долго шла. Если вообще шла.

— Михаил Тарсов, — представил благородный говорун.

— Сергей Валовой, — представился и я, как того требовал этикет. — Так что ты там, Михаил, против военных имеешь? С удовольствием послушаю.

— Тебе здесь не место, — повторил Буля, упорно не понимая, что ситуация изменилась. — Отправляйся к своим. У вас отдельная программа. Нечего к нам лезть! — сжал он кулаки.

— Общаешься с простолюдином? — спросил я презрительно у Михаила. — А манерам его не научил?

— Да ты! — вспыхнул Буля и полез на меня с кулаками.

— Хватит! — крикнул Михаил, притормозив подельника.

Вряд ли друга, учитывая, как он подшучивал над Булей во время занятий.

— Ты чего? — не понял тот.

— Представишь свою подружку? — спросил я.

— Если захочет, сам представится, — буркнул Тарсов. — Так, значит, ты из благородных. Почему без перстня?

— Может, потому что не твоего ума дело? На вопрос-то ответь. Всё ещё очень интересно. Или, может, сразу на дуэль прогуляемся?

— Какая ещё дуэль? — заволновался Буля, который явно рассчитывал, что всё пойдёт по другому сценарию.

— Всегда к твоим услугам, — процедил Тарсов.

— Если прилюдно извинишься и выразишь уважение к служивым людям, отпущу.

— Ещё чего, — вздёрнул он подборок. — Выбирай место и время.

— После этого занятия, — прикинул я, что оно у меня последнее. — Где у вас здесь дуэли проводятся, я пока не знаю, так что место с тебя.