Физрук: на своей волне 5 (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 29

Я вышел в предбанник, подошёл к столу секретарши и аккуратно, точно так же как взял, положил на место ключи от кабинета директора. Только после этого я вышел обратно в коридор.

Кирилл стоял у двери, бледный как мел и одновременно собранный. Он тут же наклонился ко мне и шёпотом спросил:

— Ну как, Владимир Петрович?.. Всё получилось?

— Да, Кирилл, куда же оно денется, — я подмигнул ему. — Всё готово. Можно расходиться.

Кирилл облегчённо кивнул и уже собирался подать знак остальным пацанам, чтобы они уходили с постов. Но в этот момент Гена, который стоял возле лестницы, резко вскинул руку.

Я уже собирался как-то реагировать на тревожный знак пацана, но не успел. Из лестничного пролёта одновременно вывернули двое — бригада скорой помощи. Один нёс в руке чемоданчик с медикаментами. Второй медленно водил глазами по коридору, явно пытаясь вычислить, где именно находится пациент.

Да… удивительно, но скорая приехала очень быстро. В этой реальности медиков, похоже, ждать не приходилось. Что, надо признать, радовало.

Я моментально взял инициативу в свои руки. Поднял руку, показывая, что это я — тот, кто вызывал скорую.

— Господа, здравствуйте, — поприветствовал их я.

— Здравствуйте, — ответил медик с чемоданчиком. — У нас вызов в школу. Вы вызывали?

— Да, вызывал, — подтвердил я. — Человеку плохо.

— Ну… вообще, когда вызывают скорую, человеку редко бывает хорошо, — хмыкнул второй медик, позволив себе каплю чёрного юмора, как делают те, кто слишком много лет работает в этой сфере.

— Так где наш больной? — уточнил первый. — Показывайте, куда идти.

— Конечно, сейчас всё покажу, — заверил я, жестом показывая следовать за мной. — Пойдёмте. И отдельное спасибо, что так быстро среагировали на вызов.

Медики кивнули и двинулись за мной по коридору.

Пацаны расступились в стороны, пропуская колонну, сохраняя вид, будто просто стояли и ждали урока.

Пока мы шли, я едва заметным жестом показал пацанам, что они свободны. Всё, что зависело от них, было выполнено идеально. Ребята поняли меня и буквально «бочком-бочком» начали растворяться в коридоре. Их присутствие на этой стадии было абсолютно лишним. И они это понимали.

— А что там с больным? — уточнил медик с чемоданчиком, шагавший ближе ко мне.

— Да я вам честно скажу, особо не знаю, — пожал я плечами. — Я ведь не медик, чтобы разбираться… просто стало человеку плохо, он уже в возрасте… вот я и позвонил. А вы уже сами увидите — мы практически пришли.

Я прекрасно знал, что географ уже был заведён директором в кабинет так, чтобы медики его не увидели. Но Лёня, разумеется, не должен был подозревать, что я-то это знаю. И уж тем более ему ни к чему знать, что я подвёл сюда скорую умышленно.

Мы вышли в коридор, где находился кабинет географии — та самая сцена нашего спектакля. Я уже мысленно готовился к тому, что мне придётся стучать, вызывать Лёню и устраивать лёгкую драму у дверей кабинета. В план входило несколько опций, и я был готов к любой.

Однако вмешался случай — тот самый случай, который иногда делает работу за тебя.

Делать ничего не пришлось.

Сам Леонид Яковлевич в этот момент выходил… из туалета. Медленно закрывал дверь локтем, он вытирал руки о брюки.

Когда он увидел меня, он лишь вскинул бровь. А вот когда он увидел медиков…

От автора:

Боярка о следователе у которого нет ни принципов, ни тормозов. Не так уж важно, кто перед ним — маг, князь или сам Государь — он докопается до истины.

Рекомендую: https://author.today/reader/511688

Глава 14

Лёня резко застыл, и я вскинул руку в приветливом жесте, чтобы ему «помочь»:

— Доброго дня, Леонид Яковлевич.

— Здравствуйте… Владимир Петрович… — директор ответил осторожно. — Здравствуйте, — отдельно, ещё более растерянно, он поздоровался с медиками.

Те ограничились короткими кивками — работа есть работа.

— И где наш больной? — сразу перешёл к делу медик с чемоданчиком, не тратя ни секунды.

Я подхватил реплику идеально синхронно:

— Да, Леонид Яковлевич, где наш больной?

И, словно между делом, представил его медикам.

— Знакомьтесь, Леонид Яковлевич, уважаемый директор нашей школы.

Леня окончательно опешил. Он несколько секунд просто стоял молча. Со стороны казалось, будто у него внутри за это время пронеслось сразу сто разных мыслей:

«Как это теперь выкручиваться?»

«Где Соня⁈»

Но рядом с ним никого не было, на кого он мог бы тут же свалить ответственность. Соня, как мы и договаривались, при первой же возможности «исчезла». Так что Лёня…

Если говорить другими словами — попал так попал. И это был идеальный момент, чтобы додавить ситуацию.

Директор стоял несколько томительных секунд, будто завис, как старый компьютер, перед тем как выдать хоть какой-то ответ. Он явно судорожно перебирал в голове варианты — плохие, ещё хуже и совсем катастрофические. Но, в конце концов, решился.

— Вы знаете… уважаемые доктора… спасибо вам большое, что приехали… и что так быстро отреагировали, — начал он говорить издалека.

Директор откровенно тянул время, пытаясь изобразить вежливость, которой в нём сейчас не было ни грамма.

— Так больной-то где? — напомнил сухим голосом медик с чемоданчиком.

— Да-да, помню, больной… — спохватился директор и, чуть вздрогнув, сделал глубокий вдох. — А что касается вашего вопроса… — он снова вдохнул. — Больной… ещё до вашего приезда встал… и ушёл… — решительно выпалил он.

Сказать, что было интересно наблюдать за тем, как Лёня врёт — это ничего не сказать. Географ-то находился в кабинете прямо за его спиной. И, согласно нашему плану, уйти никуда не мог даже теоретически.

Нет, я не скажу, что доверял географу на сто процентов — зависимым людям никогда нельзя доверять полностью. Но сейчас Иосиф Львович оказался в такой ситуации, когда если он уже начал играть роль, то вынужден играть её до конца. Строго по тем правилам, которые я ему предлагаю.

— Как ушёл? — удивление медика было неподдельным. — Он же был без сознания!

Второй медик подался вперёд, хмурясь:

— Зачем вы его отпустили? Он теперь может умереть по пути. С таким состоянием не шутят! Вы должны были его остановить как руководитель и заставить дождаться скорой!

Это были прямые, холодные слова людей, привыкших к реальной ответственности. Лёня замялся, моргнул, потер нос, глаза его тотчас забегали. Он осознал масштаб того, во что вляпался.

А я стоял рядом и молчал, позволяя ситуации «созреть».

— Ну… вот так и вышло, — произнёс Леонид, явно теряясь под прямыми взглядами двух врачей. — Он сказал, что ему стало лучше… встал и ушёл. Он ведь… не несовершеннолетний, чтобы я мог его удерживать.

— Ясно. В таком случае рекомендую вам, если у вас остался номер телефона пациента, позвонить ему и убедиться, что всё в порядке, — сказал врач с чемоданчиком.

Второй фельдшер ничего не добавил, но покачал головой, видимо, давно привык к проявлениям такой человеческой безответственности.

— Да-да, конечно… я ему позвоню, — поспешно сказал Лёня, уже заранее придумывая оправдание. — Просто… телефон, кажется, забыл в кабинете.

Он изобразил растерянный жест. Рука заскользила по одному карману, затем по второму, пальцы постучали по карманам пиджака. Движения были слишком показными, чтобы я хоть секунду поверил в его честность.

Он не хотел звонить географу. Ему было проще сыграть забывчивость, потому что он всё равно услышит гудки. Географ не возьмёт трубку по понятным причинам, а врачи могут счесть, что больному плохо.

Так что Лёня не искал телефон — Лёня искал выход.

Похлопав себя для убедительности ещё пару раз, директор наконец развёл руками:

— Вот… я же говорил, телефона нет.

Но уже через секунду взгляд его чуть изменился. Он, похоже, понял, что прежняя линия поведения себя исчерпала, и решил попробовать новую — более настойчивую и манипулятивную.